Оригинал материала
: В обстановке честных выборов
Выборы в России бывают разными — доказано последними региональными кампаниями и на примере законодательных собраний и горсоветов, где результаты провластных сил колебались от безооговорочной победы до риска поражения. То же касается и выборов мэров и губернаторов. Тут есть два кейса из соседних регионов — Москвы и Подмосковья. Несмотря на отличия регионов, электоральный срез в общем-то похож: тут тебе и «рабоче-крестьянские районы», и спальники с довлеющим влиянием новых буржуа. Общая повестка дня — ибо и те, и другие потребляют по преимуществу «федеральную» новостную повестку, велика доля проникновения интернета, у населения относительно высокая горизонтальная мобильность (в рамках Москвы повыше). Оба региона в целом протестные.
А вот результаты выборов в этих регионах вышли отличными почти на сто процентов. Уже в девятом часу вечера, после оглашения результатов экзит-полов, стало ясно, что врио губернатора Подмосковья Андрей Воробьев избавится от жуткой приставки и станет полноценным губернатором региона. Он по этим данным набирал порядка 75 процентов, а ближайший преследователь — кандидат от КПРФ Черемисов — примерно 10 процентов, а то и меньше. Геннадий Гудков, главный, казалось бы, альтернативный кандидат и «надежда оппозиции», набирал и того меньше — в районе 6 процентов (в результате меньше — около 5 процентов). Гудков теперь клянет административный фактор, который «сломал людей», и сравнивает Подмосковье с Мордовией, где были результаты за ЕР выше ста процентов.
После начала подсчета эти цифры начали подтверждаться данными с участков и практически не менялись на протяжении всего периода подсчета. Иными словами: по итогам — полный провал условной оппозиции и безусловный успех кандидата от власти. Надо думать, что Гудков тут сильно не прав и лукавит, когда объясняет административным давлением отличие результатов от Москвы.
Итоговые результаты выборов мэра Москвы. Кадр: vesti.ru В Москве, как известно, борьба шла за каждый голос, и в результате за каждый участок и каждую десятую процента. Рейтинг Сергея Собянина колебался с каждым процентом и где-то вокруг возможности второго тура.
Отчего различно вышло? Ведь в Подмосковье, как и в Москве, действующий губернатор помог соперникам преодолеть муниципальный фильтр. В том числе и кандидату от «непримиримой оппозиции» Геннадию Гудкову. Никто не давил на оппонентов власти (по крайней мере, они особо не жаловались). Никто не устраивал масштабных вбросов. В общем, все было таким же примерно образом, как и в столице. «С уважением относимся к другим политическим партиям. Потому что и сегодня за них проголосовало большое количество людей», - уже после выборов заявил «Дождю» Воробьев. Идиллия, примерно как и в столице.
Но результат получился не сопоставимым. Почему так вышло? Казалось, что шансы Андрея Воробьева похуже, чем у его столичного коллеги. Воробьев был назначен меньше года назад, его электоральный рейтинг был минимален за счет просто нулевой узнаваемости. А ведь в аппарате Воробьева уже знали, что их босса ждет предвыборная кампания. Собянин к тому времени был у власти уже два с лишним года и по опросам выходило, что москвичи хоть от нового губернатора и не прямо в восторге, но его знают, а деятельностью в целом довольны.
Воробьев, надо сказать, взялся за дело рьяно. За предвыборную кампанию он объездил все районы региона, в общей сложности совершив больше сотни рабочих поездок. В федеральном телеэфире (региональные медиа у жителей области вообще никакой популярностью не пользуются, эффективнее районные газеты, но и у них тиражи не впечатляют) Воробьев появлялся едва ли не каждую неделю с самого начала 2013 года, а иногда и существенно чаще. Его, скажем, презентовали в качестве главного героя программы «Железные леди» на НТВ — выглядел он неплохо.
Впрочем, тут требуется поправка: вообще в столице и Подмосковье есть довольно популярное региональное СМИ. Это — телеканал «Дождь». И «Дождь» отработал кампанию выборов мэра Москвы по полной: каждый чих кандидатов был освещен, причем информповоды Алексея Навального, просто в силу редакционной политики канала («альтернативные новости» и «то, чего не показывают в телевизоре»), доминировали над всеми прочими. Так что у Алексея Навального в целевой аудитории «москвичи» был явный перевес. А вот подмосковные выборы, опять-таки в силу редакционной политики (чего транслировать скучищу, как на кладбище — не сажают никого, никакого тебе даже Химкинского леса), в поле зрения канала попадали куда реже. Так что Воробьеву выборы никак не вредили, а вот Собянину при его пассивной работе со СМИ — он отказался от всех дебатов, в том числе на «Дожде» — вредили. Воробьев, напротив, на дебаты пошел, но они у него ничего не отняли, потому как смотрели их только отдельные энтузиасты.
И то, и другое голосование в целом прошло на невысокой явке. Но невысокая явка в Подмосковье сработала на Воробьева, а вот низкая явка в Москве, скорее, против Собянина. У Алексея Навального был хорошо отмобилизованный электорат и он пошел на выборы будто дисциплинированные коммунистические бабушки в конце 90-х -2000-е годы. Впрочем, борьба за повышение явки вполне могла подогнать вверх всех кандидатов.
По наблюдению с одного из подмосковных участков — ажиотажа не было, хотя на выборы люди шли. Спокойно, несколько тоскливо, ничего из ряда вон. Никакого ажиотажа. Кандидатов явно никто не знает (очень многие избиратели проводили немало времени за изучением биографий и фотографий кандидатов). В общем, рабочие и тихие выборы, как всегда в Подмосковье, последняя динамичная кампания здесь была в конце 1999-начале 2000 годов, когда во втором туре губернаторских выборов коммуниста Геннадия Селезнева побил бывший уже генерал-губернатор Борис Громов.
Главная причина отличного результата одна — если в Москве кампанию (удачно или неудачно) вели, как минимум, Собянин и Навальный (с поправками еще и Иван Мельников с Николаем Левичевым), то в Подмосковье кампанию, по сути, вел только Андрей Воробьев. Остальные не смогли отстроить процесс, не вложили и/или не нашли на кампанию источников финансирования, не смогли зажечь идеей своей победы и грядущих изменений избирателей. Получилось, что один кандидат со статистами выиграл даже при относительно скромных, казалось бы стартовых условиях. А вот конкуренция сразу поставила кандидата от власти в неудобную позицию. И едва не довела до совсем уж неприятного результата.
Алексей Навальный с женой и дочерью. Кадр: vesti.ru Иными словами: перед нами две модельные кампании — кампания без конкуренции и компания с конкуренцией. В Москве прошла кампания с конкуренцией. Для кампании «без Навального» кампания Собянина была проведена очень разумно и даже, кажется, эффективно. Но вот проблема — кампания была не такой. И даже при короткой, внезапно объявленной за три месяца до выборов кампании — а де-факто кампания стартовала за два месяца до голосования — конкуренты, прежде всего усилиями Навального, доставили Собянину массу неприятностей.
А вот в Подмосковье была образцово-показательная кампания, всячески отвечающая региону и потребностям всех участников процесса. Надо думать, что Москва и Подмосковье продемонстрировали образы цивилизованных российских кампаний будущего. То есть: а) кампания полного элитного консенсуса и относительной пассивности избирателя и б) кампанию с политически активными участниками. В кампаниях второго типа будут проблемы у представителей власти, несмотря на объективные преимущества, будет волонтерское движение и краудфандинг у альтернативных кандидатов, будет реальная конкуренция и мечты о реальной демократии почти начнут сбываться. В кампаниях второго типа все будет также, только имитационно и с победой кандидата от власти без особых проблем, даже в проблемных территориях.