Оригинал материала
: Руки прочь от выборов!
Михаил Захаров Градус поствыборной эмоциональной рефлексии повышается и рискует привести к потере значительной частью людей вменяемых чувства реальности. Это наблюдать очень грустно. Вот, например, писатель и филолог Григорий Чхартишввили (он же Борис Акунин) пишет у себя в блоге, мол, «нас, проголосовавших за Навального, больше полумиллиона. И мы не верим, что Собянин набрал 51 процент». И далее: «Но мы существуем в таких условиях, что только проголосовать мало. Надо еще иметь мужество отстоять свой голос.... Если нас будет много (на мтинге на Болотной площади — Полит.ру), режиму придется идти на переговоры и договариваться. Если мало – ну, значит, действительно, разговаривать с нами не о чем.
И наконец: «если Собянин хочет стать легитимным мэром, ему обязательно нужно пройти через второй тур. Иначе окажется, что все было напрасно. Расшевелил Москву, сделал из Навального лидера, заработал мощный антирейтинг - и всё впустую, один чистый убыток».
Читать такие, написанные рукой талантливого и умного, порядочного человека, с позволения сказать, революционные прокламации неприятно. Навевает тоску, чувство безысходности и печали. Вот почему.
Первое. 51 процент Собянина - медицинский факт. Этот факт зафиксирован Мосгоризбиркомом и за исключением отдельных эксцессов к собственно процедуре подсчета в сравнении с результатами реального волеизъявления никто значимых претензий не предъявлял.
Одну значимую претензию выдвигает штаб Алексея Навального — большой процент надомного голосования, которое и могло решить вопрос о победе в первом туре. Действительно, если на президентских выборах на дому проголосовали 55 тысяч человек, а теперь 110 тысяч — это могло повлиять на результат и дать Сергею Собянину искомые 40-50 тысяч для победы в первом туре.
Однако требование штаба Навального отменить результаты надомного голосования — это требование за пределами добра и зла. Какие есть права у кого-то бы то ни было не учитывать эти голоса, вы в своем уме? Кто дал право условно Леониду Волкову решать, что вот эти голоса плохие, а другие нет? Никаких доказательств голосования людей на дому под давлением, не по своей воле, через бюллетени, где уже была проставлена галочка за «правильного кандидата» по состоянию на вчера не было, но штаб Навального уже объявил результаты надомного голосования ничтожными и призвал их отменить. По какому праву?! Тогда уж просто не считать голоса тех, кто проголосовал за Собянина, и объявить победу Навального в первом туре.
Если даже придумать методику переголосования «надомника», то есть все основания полагать, что даже под гнетом внимания наблюдателей свои тысяч 70 Собянин по надомному голосованию соберет. Да, это будет «нечестная технология» и административный ресурс, но эти голоса будут отданы гражданами и горожанами за конкретного кандидата. Есть ли у них такое право? Да, есть, и лишить их этого права никто не в состоянии
Второе. 51 процент - есть легитимная победа в первом туре. Увы и ах, мне тоже не нравится. То есть требуют от Собянина доказательства легитимности выборов через признание нелегитимности своей победы в первом туре? Звучит немного абсурдно.
Победа и так легитимна (еще одна серия истерических воплей на тему легитимности касается низкой явки — это отдельный разговор): это победа с небольшим перевесом над кандидатом «второй тур» на почти чистых выборах в России. Выборах без задержаний агитаторов, избиений, изъятий тиражей агитматериалов, отказов типографий их печатать, закрытием медиа, лояльных кандидату, и вообще с тепличными условиями для альтернативных кандидатов.
Как выглядела бы московская кампания, будь она «нечестной», то есть нормальной по российским меркам? Вот так.
Алексей Навальный на нее не допущен, не пройдя муниципальный фильтр. Выдвижение Навального РПР-ПАРНАС оспорено Минюстом из-за нарушения процедурных тонкостей. Пятеро муниципальных депутатов, поставивших подписи за Навального, уже поставили подписи за Светлану Пеунову, еще пятеро за Паука, трое за Дегтярева и семеро за Митрохина. Навальный снят по обвинению в превышении трат из избирательного фонда, начато расследование источников финансирования кампании, в штабе обыски и изъятия агитматериалов.
Начались избиения активистов Навального неизвестными. Прокуратура по обращению граждан проводит проверку на предмет наличия в агитационных материалах Алексея Навального признаков статьи за разжигание экстремизма. Встречи Навального регулярно срываются, появляются фейковые объявления о встречах, на которых пришедших жителей от имении Навального пугают тем, что Навальный повысит тарифы ЖКХ, потому что жирная Москва должна заплатить. И так далее, можете сами посмотреть, КАК ИМЕННО в России протекают «грязные» (то есть почти все, кроме безальтернативных) кампании.
Кампания была очень чистой - чище выборов в России я лично не припомню (наверно, где-то были, но я таких не знаю). Потому победу Собянина в первом туре, если не будет убедительно доказано обратное — без эмоций, на фактах, оспаривать сложно.
Третье. Требовать второго тура в результате победы кандидата в первом (победы, надо сказать, чистой) - значит самостоятельно делать шаг по пути радикального решения вопроса о власти.
Что подразумевает отказ от выборных процедур в качестве собственно процедуры решения вопроса о власти. Выборы в такой логике лишь первый шаг к силовому/моральному давлению на победивших с целью вынудить их признать поражение. То есть Григорий Чхартишвили (и добро бы он один) предлагает нам пойти на дискредитацию выборов похлеще путинских или ельцинских фальсификаций, превратить выборы лишь в политтехнологию для силового захвата власти. Так любые результаты любых выборов можно объявлять ничтожными, вне зависимости от фактов давления или фальсификаций.
Четвертое. В целом нормально, когда результаты выборов становятся предметом закулисного торга и размена. В том числе по итогам всяческих митингов и активных мероприятий вполне разумно садиться заинтересованным сторонам за стол переговоров и обсуждать выход из ситуации. Тут у нас пока непаханное поле для выработки политических ритуалов.
Неформальных процедур и «понятий» в российской политической культуре (какая она есть) не сложилось, увы и ах, самому не нравится. По идее, сейчас Навальному бы предложить пост первого вице-мэра (откажется/нет - неважно) или призвать к сотрудничеству на какой-то реальной политической площадке - не имитационной. Есть опасение, что этого не произойдет
В чем прав Григорий Чхартишвили, так это в том, что несколько сотен тысяч поддержавших на выборах Алексея Навального ситуация не удовлетворяет. И что Собянин не получил желаемой (вопрос, правда ли в этом была цель?) легитимности в глазах горожан. Но призывая решать вопрос путем давления и конфронтации, а не переговоров, он едва ли способствует легитимации результата и Собянина, и Навального.
Пятое. Этого у Чхартишвили нет, но значительная часть истерических выступлений касается низкой (жутко низкой) явки и того, что это доказательство а) нелегитимности Собянина, б) необходимости и сейчас бороться за каждый голос, в) признак апатии избирателя в силу (далее трактовки разнятся от «неправильный нам достался народ» до «будьте прокляты, просидевшие жопу на диване и принявшие участия в последней Битве Сил Света с Силами Тьмы»).
Как язвительно заметили мне в соцсетях «Низкая явка= Нормальная явка минус фальсификации». Ну если внести правку, то минус административное давление вообще. Выборы в Мосгордуму 2009 года — явка 35 процентов, на фоне беспрецедентного почти (в 2011 году в Москве было просто торжество демократии, уверяю) напряжения админресурса. Выборы мэра более ранних времен сравнивать некорректно — они совпадали по дате с выборами в Госдуму, на которых явка традиционно выше.
Более того. Те же граждане, что сетуют на низкую явку, радуются победе Сил Света над Силами Тьмы в Екатеринбурге, где победил харизматик и любимец (Бог знает почему) столичной публики Евгений Ройзман. Итоговая явка там составила 30,38, но екатеринбуржцев никто не упрекает в неумении отрывать задницы от диванов. Явка вообще на региональных и местных выборах невелика. Да, это свидетельствует о не слишком значительном авторитете выборных процедур в том числе. О неверии (его фиксируют и опросы) решать вопрос о власти посредством этого инструмента. И заявления типа поста Григория Чхартишвили доказывает лишь то, что в выборы в таком качестве не верят и люди думающие, интеллигентные и как бы либеральные.
Выборы, пожалуй, единственный разумный способ (легитимный способ, есть и другие) удерживать страну от двух крайностей — диктатуры и революции. Да, когда «жулики и воры» играют краплеными картами и переиначивают результаты волеизъявления, как им вздумается — тут есть основания для призыва «все на мирные баррикады». Тут и я с вами, граждане Навальный, Удальцов, Яшин. Но когда выборы были почти кристальными, насколько вообще могут быть выборы...
В результате фальсификации выборов, помнится, президентом уже не раз становился не тот, за кого голосовали граждане. Один из самых известных последних кейсов — это вовсе не Путин. Это — Джрдж Буш-младший. Однако Эл Гор, которого уже поспешили поздравить с победой телеканалы, Эл Гор, уже начавший праздновать, Эл Гор, судившийся за победу, все-таки нашел в себе силы и поздравил Джорджа Буша с победой. Ибо страшнее проигрыша на выборах — подрыв доверия к демократически процедурам и институтам. Отказ от законной победы никак не помешал демократу через восемь лет уверенно разбить республиканцев, а республиканцу не помешает в обозримом будущем побить демократов. Впрочем, мы так пока не умеем и этого не понимаем. Может, и не поймем в нашей стране с особым путем и особой политической культурой.
В общем, завершая эти отрывочные наброски на полях московских выборов, хотелось бы процитировать классика. А именно Владимира Владимировича Путина: «Истерику на этот счет просил бы прекратить». Да, просил бы. Да, победил Собянин. Да, через год выборы в Мосгордуму. Время пошло.