Андрей Левкин: Мединский размножит культурой

Андрей Левкин Иллюстрация: Сергей Елкин

В конце той недели министр культуры Мединский представил на заседании Всемирного русского народного собора свое видение культурной политики государства. То есть – высказывание было системным, а на него последовали отклики со стороны различных заинтересованных организаций. Отклики это видение только уточнили.

Сначала предыстория. В культ урной жизни государства сейчас происходит не то диалог, не то даже некоторое противостояние. Сначала сам В.Мединский выступил в Совете Федерации на Оргкомитете по проведению в РФ Года культуры.

Главное, что там было сообщено, состояло в том, не следует сужать понятие современного искусства и не абсолютизировать искусство, не понятное большинству. Его взгляд на вещи: "все, что создается сейчас, - это современное искусство, - кино, которое снимают, спектакли - это современное искусство. Додин, Эйфман - это разве не современное искусство? Почему мы путаем понятия "современное искусство" и то, что называют на Западе "contemporary art"? Мы будем уделять внимание всем видам, но давайте не абсолютизировать что-то одно, что непонятно большинству населения России".

На том же оргкомитете второе по силе высказывание принадлежало главреду "Культуры" Ямпольской, которая предложила "формировать культурную политику страны исключительно силами проверенных СМИ.
— Теми, где велика гуманитарная составляющая, — пояснила Ямпольская. — Давайте создадим, может быть, союз патриотических СМИ, пророссийских СМИ — подумаем, как назвать, чтобы было не мракобесно и не старомодно"

Словом, все было серьезно: по факту данное заседание зафиксировало: культура снова рассматривается как важная территория. Как даже такая территория, которая очень многое определяет (с культурой среднего не бывает: или так, или этак). Но в целом мероприятию была свойственная некоторая расплывчатость. Ориентиры не были заданы четко.

А потом была уже культура в Минобороны: заседание Общественного совета при Минобороны. Сначала П.Гусев предложил учредить "премию министра обороны для авторов лучших художественных произведений о российской армии". Но потом в дело вступил сам Шойгу и нарисовал что-то такое, что очень походило на анклавный проект в духе "Перми – культурной столицы", только вместо Перми – вся Армия. Конечно, Шойгу тут говорил не за всю Россию, зато и обрисованный им проект был очень конкретен.

Ну а теперь В.Мединский сделал следующий шаг, также нарисовав конкретный ареал обитания культуры, имея в виду все государство. Потому что, наконец, задал свои ориентиры. Да, на заседании Всемирного русского народного собора в Москве (если кто-то не знает, что такое ВРНС, то вот: "Святейший Патриарх Кирилл: ВРНС — это самый эффективный, самый значительный инструмент гражданского общества в России".

Видение культурной политики государства, главное

В.Мединский сообщил, что министерству важно стремиться "не продолжать безвольно плыть в фарватере чужих идей, мыслей, мод". Он убежден, что это "сводит творческий поиск в театре, литературе, архитектуре, кино к повторению мультикультуралистских тенденций: проведению очередных акций, перформансов, инсталляций". Мединский заверил, что с большим вниманием отнесется к рекомендациям участников Всемирного русского народного собора в формировании культурной политики страны.

Вообще, это у него тут претензии к форматам . Это тут вопрос инструментария. Иными словами, тут еще нет ответа на вопрос о том, в чем, собственно, суть его видения и какой вектор креатива он в этой связи предлагает.

Но именно это им все-таки начинает формулироваться: "Большая здоровая семья, здоровый досуг, свободный творческий труд, свобода мысли, самообразование и постоянный духовный труд - вот те истинные цели, на достижение которых должна быть нацелена и базироваться культурная политика России".

Тут пока еще тоже некоторый инструментальный порог: свобода какой именно мысли? Что такое духовный труд, который постоянный? Да и творческий труд, который свободный, тоже не вполне ясен. Просто какие-то фишки, а зачем?

А вот, наконец: "Целью должно быть поддержание того, что ведет к росту человеческого капитала. То есть, умножению русского народа и всех братских народов, населяющих нашу страну".

То есть, тут же указана цель культуры: она - для повышения рождаемости, то есть для размножения. Что, разумеется, весьма определяет спектр жанров, отражаемых объектов и художественных приемов. Теперь мастерам искусств (и литературы) понятно, куда стремиться.

Но и не только. Культура в этом понимании покрывает куда большее количество населения, чем культурный проект Шойгу, так что Мединский вырывается вперед. Впрочем, оба проекта взаимосвязаны: культура в армии и производство граждан, которые потом пойдут туда служить. Тут же и тема взаимовыгодного обмена. Вот, Мединский считает отрицательным повторение "мультикультуралистских тенденций: проведению очередных акций, перформансов, инсталляций". Но, может, в небольших анклавах это и ничего? Скажем, ввести в Армии акции, перфомансы и инсталляции – есть же во всех этих темах нечто, весьма присущее и воинской службе? Пусть туда этот негодный для штатских инструментарий уйдет.

Но это было чисто отступление на тему разнообразия креатива, пригодного для государственных целей. Конечно, Мединский все только к размножению не свел, в его весьма мутном интервью "Российской газете" упомянуто и другое предназначение (конечно, также сопрягающееся с рождаемостью).
"Владимир Мединский: Сейчас в обществе есть определенная идеализация советского периода. Все-таки нам мало быть потребителями. В нас живет генетическая память народа, решавшего сверхзадачи - модернизация страны, победа над Гитлером, полет в космос. А раньше было освоение Сибири и Севера. На протяжении всей нашей истории были бесчисленные победы над внешними врагами и преодоление собственных смут. Есть у нас ностальгия по великим задачам, никуда от себя не уйдешь".

Но, опять же, нынешняя великая задача не названа, а тогда что делать и какими именно правильными методами? И вот что тут еще: по факту Мединский обозначает поле ожиданий (государства от деятелей культуры). Дело, в принципе, правильное: ожидания обозначены (великие задачи) и полное отсутствие понимания, что и как делать: а это очень стимулирующая (деятелей культуры, литературы и искусства) ситуация. Вот, задачи поставлены, пространство расчищено – и вот туда все самое прогрессивное сейчас хлынет…

Прогрессивные отклики

Пока хлынули только отклики в поддержку. Вот, Мединский назвал свое новое видение, и это видение тут же поддержали.

Газета "Завтра":
"Владимир Мединский заявил, что "целью должно быть поддержание того, что ведет к росту человеческого капитала". Под этим понятием глава ведомства понимает "умножение русского народа и всех братских народов, населяющих нашу страну".
Стоит отметить, что такие слова являются примером самого адекватного выступления министра культуры России со времен крушения СССР. Особенным контрастом выступление Владимира Мединского выглядит на фоне деяний и сентенций таких его предшественников, как Швыдкой и Авдеев..."

Или вот, обращение (начало):
"Уважаемый Владимир Ростиславович!
Мы с глубоким уважением относимся к Вашей деятельности, направленной на придание государственной политике в области культуры несвойственной Вашим предшественникам осмысленности и национальной ориентированности. Но тем большее недоумение вызывают случаи, когда Министерство культуры расходует государственные средства на поддержку проектов, культурная ценность которых, мягко говоря, сомнительна. До какого абсурда может дойти подобная поддержка «свободы творчества», красноречиво свидетельствует присуждение при Вашем предшественнике – Александре Алексеевиче Авдееве – премии скандально известной арт-группе «Война» за нарисованное на Литейном мосту Санкт-Петербурга непристойное изображение.
В последние десятилетия в России агрессивно навязывается некое весьма спорное художественное направление, присвоившее себе наименование «современное искусство» и имеющее со времён пребывания в кресле министра культуры Михаила Ефимовича Швыдкого весьма серьёзных покровителей и лоббистов…"

А вот такой отклик Видение Мединского вызывает в регионах, это из Воронежа:
"Министр культуры России Владимир Мединский, выступая на заседании Всемирного русского народного собора в Москве, представил свое видение культурной политики государства. Он убежден, что ее целью и базисом должны быть «большая здоровая семья, здоровый досуг, свободный творческий труд, свобода мысли, самообразование и постоянный духовный труд». Его заявления диссонируют с деятельностью, которую ведет в Воронеже культуртрегер Эдуард Бояков, приглашенный в регион губернатором Алексеем Гордеевым и основателем мебельного холдинга «Ангстрем» Геннадием Чернушкиным". Дальше там, кстати, копипаст из "Завтра": "Особенным контрастом выступление Мединского выглядит на фоне деяний и сентенций его предшественников Швыдкого и Авдеева..."

Временный итог

Видения Мединского нашли отклик, дав пространство для развития частного негодования, а Мединский уже их герой. Но проблема же в другом: вот, негодование сформулировано, появилось пустое место в культуре (откуда изгнаны акции, перформансы и инсталляции), чем оно заполнится? В самом же деле, если где-то находился принижаемый и угнетаемый ранее правильный креатив, так он должен тут же распрямиться и занять это пустое место. Но пока – только негодования, а это, между прочим, с точки зрения искусства как раз и есть акции с перфомансами. А сами письма такого рода являются арт-объектами. Как-то странно получается.

Мало того, в пафосе Мединского есть еще одна непонятка. Его интервью "Российской газете" заканчивается словами: "На глобальном рынке конкурируюших моделей нужно выбирать свой стиль, опираясь на культурную самобытность".

Но, если учитывается глобальный рынок и рассматриваются конкурирующие модели, то свое видение Мединский хочет использовать именно для внедрения на этот рынок, не так ли? А тогда причем тут рост размножения населения и "ностальгия по великим задачам"? Версия единственная: именно затем, чтобы завоевать всю территорию мультикультуралистских тенденций. Тогда все и в самом деле выглядит как великая задача. Следим за развитием событий, конечно.