Виктор Сонькин: Рассказывать нескучно

Виктор Сонькин "Я полон творческих планов" Фото Александра Краснова

В продолжение бесед о книгах и просветительстве мы публикуем интервью с Виктором Сонькиным, филологом, кандидатом филологических наук, специалистом по западноевропейским и славянским литературам, журналистом, переводчиком, лауреатом премии «Просветитель» 2013 года за книгу «Здесь был Рим». Беседовала Наталия Демина.

Когда вы начали читать и какой была ваша первая книга?

Я начал читать в 4 года. А какой была моя первая книга, я, конечно, не помню. Я помню, что еще в дошкольном возрасте с большим удовольствием читал «Незнайку», «Карлсона», ну и как-то в общем любовь у меня к ним сохранилась. Мне до сих пор кажется, что это прекрасные книжки – и та, и другая.

Были ли в вашем детстве и юности научно-популярные книги, которые сыграли роль в вашем становлении как ученого?

Да, были. Я в детстве читал очень много научно-популярных книг по биологии. У меня родители – биологи, и мне это было особенно интересно. Я читал книги Игоря Акимушкина, а с особенным восторгом книжки Юрия Дмитриева про животных из серии «Человек и животные» и разные другие. Меня приводил в восторг и материал, и способ подачи. Мне казалось, что это совершенно прекрасно.

Я и сейчас считаю, что это именно тот уровень и стиль подачи, с которыми можно и нужно разговаривать о сложном с людьми не из науки, в том числе и с детьми. А из гуманитарных наук на меня уже в подростковом возрасте, когда мне было лет 14, самое сильное впечатление произвели тексты Михаила Леоновича Гаспарова. После этого я решил, что хочу заниматься наукой.

Почему вы стали писать научно-популярные книги? Можно ли как-то мотивировать ученых писать научно-популярные книги?

Я написал книжку не по своей специальности, и это просто труд любви. И я думаю, что если есть ученый, который действительно любит свою науку и который при этом может про нее доступно рассказать, то это уже само по себе достаточная мотивация для того, чтобы написать книгу. Другое дело, что в России не очень сильна традиция такого разговора. И в основном популярные книжки писали скорее литераторы, чем ученые. Но мне кажется, что сейчас, в том числе благодаря появлению премии «Просветитель» и деятельности многих научно-просветительских изданий («Троицкий вариант», «Постнаука», «Элементы.ру» и др.), появляются сообщества людей, которые активно занимаются популяризацией науки. И мне кажется, что этот процесс пошел.

Долго ли вы писали свою книгу? Какой была технология процесса? Сколько времени она у вас заняла?

В разных формах это заняло несколько лет. Началось как несколько колонок в проекте «Информационный бум», где я писал на разные, не только про Рим, но и про какие-то другие такие исторические и околоисторические темы, а потом из этого как-то выкристаллизовалась идея написать исторический путеводитель.

Сначала я думал замахнуться на Римскую империю целиком. Но тут сложность возникла не столько даже по объему материала, сколько из-за того, что в Риме каждый камень о чем-то тебе говорит. А если отправиться, например, в Тунис или в Галлию, или в Германию, то там интересные памятники иногда может быть даже краше, чем в Италии, но про них почти никаких историй не сохранилось. Мы не знаем, что за этим стоит. Придумывать это из головы невозможно, а рассказать про них гораздо труднее. Но я не то, чтобы совсем расстался с этой идеей, я еще про нее думаю. Ну, а дальше очень компактно по путеводителям, по поездкам в Рим, все это постепенно накапливалось.

Могу ли я понять так, что у вас не было никакого специального графика подготовки книги, что вы все делали за свой счет и за свой страх и риск?

Да, конечно — до тех пор, пока это не оформилось в договоренность с издательством.

Я разговаривала с Варей Горностаевой из издательства Corpus, она сказала, что российские издательства не могут себе позволить дать ученому такой грант, чтобы он целый год работал только над книгой.

Конечно, насколько я понимаю, этого вообще в российском книгоиздательстве нет, и это конечно очень печально. Но что делать, это реальность, с которой приходится считаться. Зато, может быть, такие книги пишут люди, которые действительно не могут их не написать, а не для того, чтобы заработать деньги. Бывает порой очень смешно слышать от людей непосвященных, что переводчики заново переводят какую-нибудь книгу, чтобы заработать много денег. Товарищи, если бы вы видели эти деньги, вы бы такие глупости не говорили!

Поняли ли вы как лауреат премии «Просветитель» секретный рецепт хорошей книги? Не поделитесь?

Мне очень повезло, что в этом году я оказался в компании с совершенно замечательными авторами гуманитарных книг в коротком списке. И я понимаю, что выбор жюри был во многом случаен, потому что и книжка Копелева, и книжка Мильчиной, и книжка Васькина – каждая из них обладает большими достоинствами.

Но мне кажется, что опять-таки абсолютно все книжки короткого списка в этом году, во-первых, были про историю, это что-то говорит об умонастроениях общества, о том, что интересно авторам и читателям. С другой стороны, они все были написаны людьми, опять-таки я не говорю про себя, а про моих коллег по короткому списку, которые очень хорошо умеют рассказывать истории, которые умеют сложный, иногда далекий от них и от читателей материал сделать нескучным. Мне кажется рассказать нескучно о чем-то сложном и важном – это и есть секрет хорошей научно-популярной книжки.

Боитесь ли вы за судьбу бумажной книги с наступлением электронной? Вы сами какой предпочитаете носитель? Бумажный или электронный?

Я предпочитаю электронный носитель за исключением тех случаев, когда книга представляет собой отдельное произведение полиграфического искусства. Если я еду куда-то в поездку и хочу прочитать какой-то роман, а не художественный альбом, я предпочту его загрузить на Kindle или на iPad. Тем более обычно читаешь параллельно сразу несколько книжек.

Еще несколько лет назад в любой отпуск мы с женой ездили с чемоданчиком книг, что вызывало неизменный смех у квартирных хозяек где-нибудь в Черногории или Греции. И очень хорошо, что сейчас можно этого избежать и не тащить лишнюю тяжесть. Мне не кажется, что пришествие электронных книг уменьшает интерес к чтению. Мне кажется, что дело обстоит ровно наоборот, да и бумажная книга, скорее всего, никуда не денется. Судя по тому, что творится на стендах и на парковке вокруг Non/fiction, за судьбу бумажной книги пока беспокоиться рано.

Какие книги за 2-3 года привлекли ваше внимание из нон-фикшн? Что бы вы порекомендовали? Что вызвало у вас особый интерес?

Книги, которые делает Вера Мильчина. Как та книжка, которая была в шорт-листе премии «Просветитель», то есть «Париж в 1814-1848 годах. Повседневная жизнь», так и книга «Французы, нарисованные ими самими. Парижанки», которая была представлена на последнем Non/fiction. Она готовилась к переводческим семинарам и представляет собой перевод очерков о парижанках XIX века.

Опять-таки мы с женой (Александрой Борисенко - "Полит.ру") ведем уже очень много лет переводческие семинары, поэтому такой переводческо-исследовательский подход нам был особенно интересен. Потом что еще? Дело в том, что я литературу, особенно нехудожественную, читаю больше по-английски, чем по-русски, ну, и там тоже много всякого интересного.

Есть ли книги, которые, как вам кажется, должны быть переведены научно-популярные, а не переведены до сих пор?

Ну, скажем, та область, которую я более-менее себе представляю, которая касается жизни в Древнем Риме. По-русски, например, есть прекрасные книжки про повседневную жизнь Рима и про Помпеи Марии Ефимовны Сергеенко. Они написаны уже довольно давно, но, к счастью, их после перестройки переиздавали.

Еще есть очень хорошая книжка английского автора Дакре Болдсона, тоже про повседневную жизнь Древнего Рима, написанная с таким английским шармом, чувством юмора и каким-то особым оксфордским шиком. Тоже довольно старая, примерно этого же времени 1960-х годов. Она, насколько я знаю, не переводилась и не издавалась по-русски, а стоило бы, она очень хорошая. Это из старых.

Из новых по урбанистике, в том числе и римской, некоторое количество книг было издано. Там были книжки и про времена Муссолини, там были книжки и про историю урбанистического пространства. Из совсем популярных очень неплохая была книжка Мэтью Стерджиса, пару лет назад вышла, про историю туризма в Риме, с античных времен до современности. Она легко читается, и много хорошего рассказывает про то, что Рим всегда был таким местом, куда люди приезжали семьями, для паломничества, либо просто поглазеть, либо чтобы получить необходимое дополнение к образованию и так далее.

Интересно. Есть ли в вашей жизни сейчас место для узнавания того, что происходит в генетике, астрофизике, в не гуманитарных, а в естественнонаучных областях науки?

Да, я всегда читал книжки по биологии и продолжаю читать. И у меня есть любимые авторы, я стараюсь за этим следить. Я очень люблю Мэтта Ридли, очень люблю Роберта Райта, Карла Циммера. Ну, к Докинзу у меня отношение сложное, но в принципе его я тоже читаю с большим интересом и удовольствием.

Физику я понимаю гораздо хуже, это более далекий от меня предмет. Но скажем, книжку Владимира Андреевича Успенского «Апология математики» я прочитал в свое время с большим интересом. А книжки по биологии, по генетике я читаю, и у меня много друзей среди биологов и врачей, и я как-то про это тоже все время разговариваю. Я довольно много работаю как медицинский переводчик, поэтому стараюсь быть в курсе подобного рода вещей. Это, безусловно, меня интересует.

И мне кажется важно, чтобы гуманитарии знали что-то про естественные науки и наоборот. Потому что когда человек приходит «абсолютно с мороза», получается ерунда вроде хронологии истории от математика Фоменко, а этого нормальным гуманитарным просвещением можно было бы избежать.

Есть ли существенная разница между тем, как пишут научно-популярные книги на Западе и в России? Хуже, лучше, также или по-другому?

Ну, на Западе их просто пишут намного больше. И я бы не сказал, что это давно так, потому что традиция научно-популярных книг в советское время была довольно сильной. Но если говорить о современном состоянии научной популяризации, то их просто гораздо больше. Там из большого числа книг естественно больше тех, которые действительно очень хороши. А здесь этот процесс только раскачивается, хотя мне кажется, что мы движемся в правильном направлении, и, может быть, сможем набрать хороший темп.

Мне кажется, что лучшие книги в этом жанре пишутся примерно с одними подходами, с одними идеями, здесь я не вижу особой национальной специфики. Про какую-то конкретную книжку можно сказать, наверное, что вот тут больше об истории, а тут больше о религии, а тут больше чего-то. А в целом, мне кажется, нет никакой специфики.

Спасибо большое за интервью!

ПОДГОТОВКА ИНТЕРВЬЮ: Наталия Демина Смотрите также: Анатолий Голубовский «Моим первым чтением были корешки книг» Леонид Пономарев «Прийти в состояние равное самому себе» Вера Мильчина «Мне открылся совершенно новый мир» Дмитрий Вибе Поток псевдонауки с телевидения – это катастрофа Жанна Резникова Интервью о книгах с биологом Жанной Резниковой Лауреатами премий «Просветитель» стали Дмитрий Жуков, Виктор Сонькин, Максим Кронгауз и Максим Чертанов Объявлено 7 финалистов премии «Просветитель»

Язык перевода

Как рождаются книги-2

Как рождаются книги

Наталия Демина Хорошие книги