Борьба с донбандитизмом

День, когда в России начнутся аресты казаков и других организаторов и участников нынешнего "повстанческого" движения в Донбассе, гораздо ближе, чем это кажется многим начавшим прозревать "борцам за интересы русского народа".

Что мы имеем сейчас? По всей России прошла перепись недовольных существующим миропорядком и готовых взяться при случае за оружие ментальных инвалидов прошедших войн. К ним добавилось немного заслуженных бойцов "диванных войск", готовых на реальные действия в офлайне. Эти люди добровольно выдали себя офицерам спецслужб, контролирующим набор и отправку энтузиастов на восточный фронт. Сотрудников центра "Э" и ФСБ, должно быть, "улыбнуло", что их самые опасные клиенты, от которых можно было ожидать неприятных сюрпризов, дружно отправились выполнять опасное государево поручение. Причем только за возможность пострелять из настоящего ПЗРК, дожидавшегося прежде утилизации на складах Южного военного округа.

Расчет на то, что немалая часть таких героев останется на полях сражений, а многие из выживших будут до конца жизни больше интересоваться лекарствами и костылями, чем политикой, казался безошибочным. Конечно, утилизация фашизоидной части противников Путина таким путем была далеко не первой целью донбасской кампании. Оформление прав на новое территориальное расширение России и прочие большие геополитические договоренности были куда важнее. Но внесение раскола в оппозицию материализованным "хохлосрачем" (так называют полемику по поводу Украины в российском сегменте соцсетей) и использование его результатов на пользу существующей власти было, надо признать, неглупой затеей.

Правда, последствия оказались неожиданными. Что русские националисты и неофашисты не блещут интеллектом и потому не могут создать никакого действующего государственного проекта – это общеизвестно. Однако донбасский конфликт показал, что они в силу идейности способны проявить себя как неплохие вояки - во всяком случае в городских условиях не привыкших воевать стран. Маргинальный, казалось бы, персонаж, отставной офицер ФСБ Игорь Гиркин уже два месяца удачно организует оборону против значительной части украинской армии. И под псевдонимом Стрелков становится живой иконой для многих из той части российского населения, что ищет настоящего героя. Отставной полковник ГРУ Игорь Безлер два месяца держит под контролем немаленькую Горловку. Бывший старший сержант ВДВ Валерий Болотов руководит отрядами, контролирующими Луганск и его окрестности. Он оказался способным проводить наступательные операции, в которые вовлекаются сотни человек. Но всех превзошел отставной сержант конвойных войск Николай Козицын. Сидя в Ростове, он командует несколькими отрядами на территории Донбасского региона, вполне соответствуя своему званию казачьего генерала, которое можно было бы назвать опереточным в других условиях. Прослушка его телефонных переговоров, вывешенная СБУ, стала, на мой взгляд, самым интересным материалом о конфликте за прошлую неделю.

Короче говоря, какова бы ни была социальная память о "бесноватом ефрейторе" во главе государства, становится очевидно, что в моменты политического кризиса отдельные представители младшего офицерского или даже сержантского состава оказываются умелыми военачальниками, способными "поставить на уши" целые регионы. Хитрые гэбэшные полковники, лихо расправляющиеся с безоружными демонстрантами, и все омоновские-спецназовские отряды оказываются бессильны, когда число розданных "населению" автоматов переходит на сотни. Приходится вызывать регулярные армейские части, которые отнюдь не всегда проходят проверку на прочность. И генералы, планирующие сложные операции, в реальном столкновении могут проигрывать сержантам.

А теперь посмотрим на эту ситуацию с российской стороны. Русские националисты до крымской аннексии в подавляющем своем большинстве ненавидели Путина. Их понимание прекрасного сводится к представлению о непрерывном расширении границ Российской империи и чистке ее от внутренних врагов. Если с существованием вторых они готовы до какой-то степени мириться, то любое отступление власти от экспансионистского плана трактуется как предательство и повод для возобновления ненависти к главе государства, эту власть олицетворяющему. Судя по их заявлениям в Сети, за последнюю пару недель до них стал доходить смысл "разводки". ПЗРК, гранатометов и денег мы вам дадим, но иной помощи не ждите.

Так что это только первоначально российской власти казалось, что энтузиастов можно легко развести. Неожиданная популярность Гиркина-Стрелкова и упорство с которым ему со товарищи удается выживать, ставят закономерный вопрос о том, что произойдет, когда украинские власти возьмут под контроль основные города Донбасса. Партизанской войны там не предвидится, как не было ее в этих краях и в 1942-1943 годах. По одной простой причине – нет значительных лесных массивов. А городскую герилью более или менее крупными группами, особенно состоящими не только из местного населения, вести долго невозможно. Очевидно, что все выжившие российские граждане (а с ними и немало местных повстанцев) уже скоро вернутся в Россию.

А в России они будут героями для обширной сети русско-националистических и милитаристских организаций и большого количества сочувствующих им граждан, чей патриотизм был раздут крымской истерией. Все эти союзы ветеранов, казачьи объединения, поисковые и реконструкторские отряды, мелкие, но многочисленные неонацистские организации ждут не дождутся вожаков с боевым опытом, оружием, медийной известностью. И нейтрализовать их не так-то просто, поскольку ветеранские и казачьи организации последние двадцать лет активно поддерживались людьми во власти и между ними происходила взаимная инфильтрация. Да и с правоохранительными органами они связаны более чем тесно, поскольку во главе их стоят в большинстве своем выходцы из силовых структур - энтузиасты своего дела. Даже среди неонацистов, как мне уже приходилось писать, находится по идейным соображениям немало действующих сотрудников различных "органов", как раз в основном из младшего командного состава.

И чем все эти "герои Донбасса" займутся? Уедут защищать интересы России в Сирии? Но раньше она для большинства из них не была особо притягательной. Вернутся к реконструкторским и казачьим игрищам? Конечно, нет. Это к войне они готовились все эти годы, компенсируя ее отсутствие играми. Однако, почуяв кровь в прямом, а не в переносном смысле и не без основания чувствуя себя преданными и проданными, они будут тяготеть к повторению своего украинского опыта. Тем более что в ряде регионов - на том же Северном Кавказе - они имеют примерно те же - весьма благоприятные - условия для бунта. И о том, где находятся необходимые для успешного старта арсеналы и штабы, знают не понаслышке.

Думаю, что российские власти в последнее время довольно хорошо понимают эту опасность. Поэтому вход в донбасскую западню раскрыт широко, а выход из нее не очевиден. Случай с отказом российских пограничников людям Стрелкова в переходе границы может быть единичным. Однако привлечение к ответственности по "Болотному делу" Олега Мельникова, русского националиста, попытавшегося поработать в "Луганской народной республике", достаточно показательно. России экстремисты не нужны, какими патриотами они бы ни были и какими заслугами в отстаивании российских интересов за рубежом ни обладали бы. И это не вопрос политических претензий к ним со стороны власти - это вопрос ее физического выживания

Так что осенью, по мере выхода России из украинского конфликта и частичного урегулирования претензий к ней со стороны мирового сообщества, я предполагаю увидеть не только снижение антизападной и антиукраинской риторики в российских СМИ. После неизбежных наград "за сопротивление Донбасса" этот процесс будет сопровождаться не шумной, но эффективной зачисткой крупных русско-националистических и милитаристских организаций, которые ранее находились под мягким контролем спецслужб. Люди типа Николая Козицына - вожаки казачества, ветеранов, реконструкторов и поисковиков, создававшие эти объединения в 1990-х, - будут смещены со своих постов и заменены безликими, но надежными офицерами действующего резерва ФСБ. Наиболее шумные или излишне запачканные в реальной уголовке сядут. Некоторые связанные с ними нелегальные торговцы оружием и копатели оного на полях войны – тоже.

"Боевые братства" сделали свое дело, а в качестве независимого и авторитетного в определенных кругах политического субъекта они для российской власти (да и для России вообще) крайне опасны. Поэтому борьба с ними будет вестись не на шутку.