Оригинал материала
Политпрессинг: дайджест СМИ (2—8 октября 2014 года)
Болотное дело
Михаил Косенко рассказал об условиях содержания
«Болезнь выделила Косенко среди других «болотников». Институт Сербского на основе двадцатипятиминутного разговора с больным, по записям в медкарте из диспансера и материалам уголовного дела признал Косенко невменяемым и склонным к диссимуляции — преуменьшению собственной болезни. Признанный невменяемым в момент совершения преступления обычно освобождается от уголовной ответственности. После проведения экспертизы Косенко перевели из обычного СИЗО в стационар при Бутырской тюрьме. Там он провёл полтора года. <…> Это место называют «Кошкин дом», «КД», «Кошка» или «Кот». Раньше здесь был корпус Бутырки для женщин, которых в этом мире называют «кошками». Потом для них построили отдельный СИЗО, но название осталось. В «КД» пять этажей. Первый — для персонала. На втором — тяжёлые больные. На третьем — «транзитники», те, кого постоянно возят в Институт Сербского и обратно. На четвёртом — обвиняемые, которых признали невменяемыми в момент совершения преступления. Пятый этаж недавно отремонтировали. Там находится «отделение медико-социальной реабилитации», содержат в нём наркоманов. По словам Косенко, условия там лучше всего: удобные кровати и даже есть спортзал. Жителей других этажей туда не пускают. На всех остальных этажах условия такие же, как в тюрьме. Вместо палат — камеры. Врачи появляются нерегулярно, даже обход делают не каждое утро. К просьбам пациентов относятся равнодушно — могут удовлетворить, а могут просто забыть. Лекарства то появляются, то исчезают. Михаилу, которого в основном держали на четвёртом этаже, таблетки привозила сестра Ксения. Если они заканчивались, приходилось ждать неделю-другую, когда она снова их доставит. В камерах живут от двух до восьми человек. Распорядок дня тюремный. Подъём в шесть утра, но он необязательный. При желании можно поспать подольше. Дальше завтрак. Кормят в тюремном стационаре отвратительно. Норма еды ограничена, все держатся на передачах родственников или том, что передают сокамерникам. От тюремной еда в местном стационаре отличается только тем, что изредка дают яйца, масло и молоко.
Прогулка раз в день. Инфраструктуры для спортивных упражнений нет. Медсестёр и санитаров почти не бывает видно, причём даже те санитары, что есть, — это заключённые, оставшиеся отбывать срок в тюрьме. За порядком следят надзиратели, не прикреплённые к стационару. Они работают и в основной части СИЗО. Задачи вылечить пациентов здесь ни у кого нет. К больным относятся как к временным постояльцам, которые скоро покинут стационар. Доступа к психологу, по сути, нет. К нему надо записываться, а потом, если повезёт, он вызовет к себе. В тюрьмах психолог часто просто приходит к камере, открывает окошко и пытается разговаривать с человеком при остальных сокамерниках. Заключённые делиться своими проблемами в таких условиях отказываются. «По ощущениям стационар больше похож на тюрьму, чем на больницу», — вспоминает Косенко. Если кому-то плохо, нужно стучать в дверь камеры, чтобы надзиратели позвали врача. Часто никто не реагирует. «При мне одного такого пациента пристегнули наручниками к кровати, чтобы не шумел», — рассказал Михаил. Говорят, что иногда пристёгивают особо буйных или совершивших попытку самоубийства и держат по несколько суток. Руководство больницы, конечно, такие факты отрицает. <…> В качестве наказания некоторым больным предположительно дают галоперидол. Уколы этого лекарства вызывают мышечные судороги, боль, скованность. Многих скручивает: находиться в нормальной позе после укола физически невозможно. Также нередко укол делают произвольно, чтобы показать, что идёт хоть какое-то лечение. Последствия его употребления крайне серьёзные. Галоперидол подавляет волю. Те, кто его употребляют, не будут совершать лишних действий. За нарушение режима или оскорбление сотрудников пациентов могут отправить в карцер, или в «резинку». Его так называют потому, что резиной пахнет клей, на который к стенам приклеена губка, оберегающая пациентов от самоистязаний. Внутри холодной комнаты нет вообще ничего, даже лавки. Обычно провинившегося держат там сутки, но за сильный проступок могут оставить на три дня. При этом с человека снимают всю одежду, чтобы он на ней не повесился. Перед заточением делают укол галоперидола или аминазина. Тем не менее раньше в «Кошкином доме» было ещё хуже. Один надзиратель рассказывал Михаилу, что в 1990-е там всех пациентов держали голыми без постельного белья. <...> Михаилу удалось покинуть «Кошкин дом» после вынесения приговора. Суд согласился с выводами Института Сербского и отправил Косенко на принудительное лечение в психиатрический стационар закрытого типа № 5 в Чеховском районе Подмосковья. Двухэтажные кирпичные строения, построенные ещё до революции, — не тюремная больница. Но основные её постояльцы — люди, признанные невменяемыми в момент совершения преступления. Даже если они после этого вышли из неадекватного состояния, их всё равно отправят на лечение. Поэтому почти все, с кем общался Михаил, — нормальные люди. В больнице есть и обычные пациенты, не преступники, но Михаил с ними не пересекался. Всего в чеховском стационаре 30 отделений. Они отличаются режимами содержания больных: общий или специальный — для более тяжёлых. В других больницах есть ещё отделение специнтенсива. В чеховском стационаре его функцию фактически выполняет 12-е отделение. Туда попадают за различные проступки. Людей там держат взаперти в боксах по два человека. Иногда в 12-е отделение попадают не слишком заслуженно. Одного знакомого Михаила поместили туда за то, что он помогал другим пациентам писать жалобы. Врачи посчитали его «негативным лидером» и решили проучить. В специнтенсивах под строгим надзором содержат наиболее тяжёлых больных, которые представляют серьёзную опасность для себя и окружающих. Больным колют много препаратов, включая галоперидол. Тщательно проверяют, выпил человек таблетки или нет. Говорят, что иногда от лошадиных доз лекарств люди теряют сознание, падают на бетонный пол и разбивают голову, а некоторые просто умирают. Волю пациентов подавляют, чтобы они не были способны на преступление или самоубийство. Если больной выйдет из больницы и вновь совершит преступление, его лечащего врача упрекнут в непрофессионализме. «Я в специнтенсивах не был, но общался с вышедшими оттуда больными, — рассказал Косенко. — Это не какие-то деградировавшие люди, но все они предпочли бы туда не попадать». Сам Косенко был в общем отделении. Атмосфера там гораздо лучше, чем в тюремном стационаре. Вместо камер — палаты, из которых можно выходить. Правда, в каждой по 15−20 человек, а туалет всего один на отделение. Зато нормальные кровати, более человечное отношение персонала. Надзирателей нет — вместо них санитары и медсёстры. Обращаются по имени. Охранники, к помощи которых иногда приходится прибегать, тоже не из системы ФСИН. Смущает главное: никто из пациентов этой больницы не знает, когда он сможет её покинуть. Распорядок дня в больнице жёсткий, но даже при строгой дисциплине и надзоре люди чувствуют себя свободнее, чем в тюрьме. После завтрака обязательный обход. Врачи держатся достаточно отстранённо. Обычно пациенты им говорят, что у них всё нормально. Если есть какие-то вопросы или жалобы, врачи или их помощники всё старательно записывают. Гулять выводят дважды в день в определённые часы под надзором санитаров. Летом прогулки продолжительные — до трёх часов. На прогулочном дворе есть стол для настольного тенниса и волейбольная площадка. Но играть на ней было некому, так что она пришла в негодность. Михаил видел, как играли в соседнем дворе, но пациентам его отделения доступ туда был запрещён. С ними можно было поговорить только через сетку, огораживающую двор. Официально заниматься физкультурой, отжиматься в стационаре запрещено. Причина очень странная — тем самым вы можете подавить других пациентов, а также использовать свои навыки для побега. Персонал относится к отжиманиям снисходительно, но иногда пресекает. Зато в отделении есть те же игры, что и в тюрьме: нарды, домино, шашки и шахматы. Карты запрещены. Также запрещены компьютеры и мобильные телефоны. Можно иметь плеер без диктофона, радио, электронную книгу или игрушку типа «Тетрис». Но их надо сдавать на ночь. О том, что происходит в мире, пациенты узнают из газет, которые привозят родственники, и телевизора, установленного в столовой. В палатах, в отличие от тюрьмы, телеприёмников нет. Что смотреть, выбирают сами пациенты. Обычно это новости, фильмы или спорт. В исключительных случаях позволяют посмотреть телевизор после отбоя. <…> Письма врачи тоже проверяют. Как они объяснили Михаилу, пациентам неоднократно присылали план побега. В тюрьме письма правили — вычёркивали ручкой или фломастером то, что не нравилось цензору. В письмах, которые присылали Косенко, вычёркивали электронные адреса, прозвища и пассажи против власти. Два раза в неделю пациентам позволяли бриться. Один раз в неделю — душ. В жару можно было попросить помыться днём. В тюрьме такой роскоши не было. Зато в тюрьме можно при себе держать бритву, а в больнице её отнимают, чтобы пресечь попытку самоубийства. Также нельзя держать при себе сигареты. В отделении Косенко их выдавали по десять штук в день. Выносят ящик с подписанными пачками — каждый берёт по одной и идёт в туалет курить. Многие из-за этого любили прогулки: там ящик стоит постоянно и курить можно сколько угодно. Посещения разрешены каждый день. Но пускают только родственников, и разговор слушает кто-нибудь из персонала. К Михаилу однажды приехала сестра вместе с другом. Друга не пустили. Зато один раз в стационаре устроили концерт. Приехавшие артисты читали стихи, посвящённые Первой мировой войне, и пели песни из кинофильмов. На мероприятие позвали пациентов всех отделений, но захотели посетить его далеко не все. По информации Косенко, такие мероприятия проходят в стационаре раз в несколько месяцев. Если человек совершает какой-то серьёзный проступок, его переводят в другое отделение. Если не слушает персонал, хранит чай или сигареты, проявляет агрессию, дерётся, даже в шутку, — переводят в надзорную палату. Это комната с несколькими кроватями, без тумбочек. Выходить из неё нельзя. Одежда её обитателей отличается от формы остальных больных, чтобы сразу было видно, кто есть кто. Из комнаты выводят только на прогулку и в туалет. Иногда выпускают в столовую, но чаще еду приносят прямо в надзорную палату. Находиться в ней неприятно.
Через надзорную палату проходят все пациенты. Сразу после приезда их помещают именно туда. Могут на следующий день перевести в обычную, а могут задержать надолго. Михаилу пришлось провести там несколько недель, так как мест в других палатах не было. Для пациентов есть три режима наблюдения. На одном записи про больного делают каждый день. На другом — раз в неделю, на третьем — раз в месяц. Записи порой бывают очень странные: «Смотрел в окно и думал о побеге» или «Зверски ел пряник». Раньше пациенты работали в лечебно-трудовых мастерских. Но несколько лет назад их закрыли. Теперь вместо них — обязательные дежурства по уборке палат, коридора и столовой. Михаил не знает, разрешено ли это. В столовой — точно запрещено санитарно-эпидемиологическими нормами. Однако в больнице на нарушения закрывают глаза. Врачи говорят, что это трудотерапия. Кроме того, многие пациенты устраиваются убирать другие помещения и в пищеблок. Уборщиков в штате больницы нет — всё делается силами самих пациентов. Их никто не заставляет, но тех, кто работает, быстрее выписывают. <…> Лечат в чеховском стационаре так же, как и везде: уколы, таблетки. Правда, от одного из этих лекарств у Михаила дрожали руки. От тремора он избавился уже после перехода на амбулаторный режим. Из процедур делают только энцефалограмму — проверяют, нет ли нарушений в работе мозга. Эту процедуру называют «шапка», потому что к голове прикрепляют несколько электродов. <…> В среднем в чеховской больнице пациенты проводят от двух с половиной до четырёх с половиной лет. Но есть люди, которых там держат практически пожизненно. Никто не обязан тебя выписывать. Если человек по-прежнему представляет угрозу для себя или окружающих, его оставят в стационаре. В этом — коренное отличие больницы от лагеря. Заключённый может уклоняться от работы, не слушаться — ему срок за это не добавят. В крайнем случае не отпустят по условно-досрочному. Но Михаил был «особенным больным», о чём ему сразу сказал один из врачей. Все вокруг знали, что Косенко проходит по громкому политическому делу. По его словам, на бытовых условиях и отношении других пациентов это почти не сказывалось. Тем более врачи всё равно считали его больным. Ярче всего своеобразное положение Косенко проявилось на его первой комиссии по выписке. Она проходит раз в полгода для каждого пациента, а входят в неё лечащий врач и другие врачи больницы. В первый раз обычно никого не выписывают, Михаилу рассказывали только про один такой случай. Поэтому врач даже не интересовалась состоянием здоровья Косенко. Вместо этого она обсудила с ним политику, пытаясь защитить российскую власть. После такой комиссии Михаил, конечно, не ждал освобождения. Но неожиданно его вызвали на расширенную комиссию. Обычно о ней просит больной, если считает, что регулярная комиссия прошла с нарушениями. Михаил ничего такого не просил. На расширенной комиссии речь о политике уже не шла. Члены комиссии обещали выпустить Михаила через несколько месяцев. И действительно, вскоре суд постановил перевести Косенко на амбулаторный режим. Сам Михаил уверен, что его отпустили благодаря резонансу вокруг политического дела. Он убеждён, что решение о его освобождении принимали не в больнице. Сейчас Михаил на амбулаторном режиме. Раз в месяц ему нужно посещать психиатрический диспансер в Южном округе Москвы, показываться врачу и получать рецепт на лекарства. Если он совершит правонарушение или пропустит дату посещения, может снова попасть в больницу. С ним в стационаре находился пациент, который однажды не пришёл к врачу по болезни, за что снова загремел в больницу. Формально Михаил имеет право устроиться на работу. Законы ограничивают больного шизофренией только в получении водительских прав, права на оружие и в работе учителем, врачом и с серьёзными документами. Запрещено быть донором. Но по-настоящему работать Михаил не может. Ему тяжело много читать, смотреть телевизор. Он почти не пользуется компьютером и быстро устаёт. При этом шизофрения у Михаила не острая — он не видит галлюцинаций и не слышит голоса. Несмотря на всё пережитое, отказываться от дальнейшего участия в политических акциях не собирается».
Начинается суд над Дмитрием Ишевским
«Назначена дата предварительных слушаний по делу Дмитрия Ишевского, который обвиняется в участии в «массовых беспорядках» (часть 2 статьи 212 УК) и в применении насилия к полицейскому (часть 1 статьи 318 УК) во время «Марша миллионов» 6 мая 2012 года. Заседание пройдет в Замоскворецком районном суде Москвы 9 октября в 15:00, вести его будет судья Наталья Чепрасова, сообщили «Медиазоне» в пресс-службе суда. 31-летний Ишевский был задержан 27 мая 2014 года. Его обвиняют в том, что во время событий 6 мая на Болотной площади он неоднократно поднимал с асфальта неустановленные предметы, в том числе твёрдой формы, бросал их в неустановленных сотрудников полиции. Один из предметов якобы попал сотруднику ОМОНа Буданцеву в область головы. Кроме того, по версии следствия, препятствуя задержанию, Ишевский сорвал защитный шлем «Джетта» с головы полицейского Шашкова и повалил того на землю. Полицейский испытал боль. На сегодняшний день Ишевский – последний из обвиняемых по «болотному делу», кто еще не был осужден судом».
судебное преследование
Об актуальных политических делах, расследуемых при участии ФСБ
«Прошлым летом появился «закон о запрете гей-пропаганды», и правоохранительная система получила установку на борьбу с новым противником. Тогда же в сети появился отрывок из аналитической записки УФСБ Москвы и Московской области: «Распространение идей гомосексуализма и употребления наркотиков приобретает все более масштабный характер… Согласно имеющимся оперативным данным, группы лиц, причисляющих себя к сексуальным меньшинствам, а также наркозависимые граждане и участники организованных преступных групп, занимающихся сбытом наркотических средств, активно используются специальными службами и организациями (в том числе неправительственными) иностранных государств, с целью реализации проектов деструктивной направленности. В частности, в последнее время отмечается активное участие названных категорий лиц в проведении протестных акций (в т.ч. 6 мая 2012 года на Болотной площади г. Москвы), реализуемых в ущерб интересам Российской Федерации. При этом довольно часто приверженцы гомосексуализма и потребители наркотиков используются деструктивными силами в качестве организаторов незаконных публичных мероприятий, ставящих целью дестабилизацию политической и социально-экономической обстановки в стране». ФСБ, конечно, официально никак не комментировала этот текст, но судя по действиям спецслужбы, чекисты ставят знак равенства между гомосексуалами и иностранными шпионами. Вот какописывает встречу с сотрудниками ФСБ ЛГБТ-активист из Краснодарского края, использующий псевдоним Сергей Сергеев. Уголовное дело на него завели за обсуждение на повышенных тонах в соцсетях проблем казачества, олимпиады и православия.
«Первый допрос был 26 марта 2014 года. Меня обманным путем, как бы похитили, держали почти восемь часов в здании ФСБ Армавира. Они показывали скриншоты с моей страницы, и сказали, что пока я не сознаюсь, что все это размещал, я оттуда не выйду. Они угрожали, что могут найти у меня запрещенные вещества. […] 17 числа [июня – The Insider] я был у них на допросе. Главным вопросом было мое отношение к гомосексуальной ориентации. Я сослался на Конституцию, что личная жизнь не подлежит разглашению, на что следователь ответил, что ему это не важно, потому что ему прислали из Краснодара вопросы, на которые должны быть ответы. Дальше были вопросы, зачем я размещаю на своей личной странице «ВКонтакте» фотографии обнимающихся парней. Естественно, одетых. Такого рода вопросы заняли примерно половину всех объяснений».
При участии ФСБ в Хабаровске недавно появилось ещё одно уголовное дело против гея, «слишком резко» высказывавшегося в соцсетях, на этот раз, о ситуации в Украине. По словамподследственного Андрея Марченко, его «приглашали в региональное управление ФСБ на беседу, где показали распечатки сканов некоего сайта, согласно которым сам блогер в содружестве с известным хабаровским ЛГБТ-активистом Александром Ермошкиным, являются создателями и вдохновителями «гей-террористического подполья», преследующего своей целью организацию в отдельно взятом Хабаровске «оранжевой революции». По словам Андрея, предъявляя все это, следователь сохранял предельную серьезность. Марченко спрашивали, за что он не любит «Новороссию»«. Помимо уголовных дел, борьба ФСБ с гомосексуализмом может принимать и другие формы. Например, по инициативе ФСБ проведены проверки Северного (Арктического) федерального университета в Архангельске, целью которых было увольнение Олега Клюенкова и Татьяны Винниченко, преподавателей вуза, борющихся за права ЛГБТ. <…>
По словам замглавы СБУ Виктора Ягуна, 90% бывших сотрудников СБУ в Крыму перешли на работу в ФСБ. Сама спецслужба сейчас осуществляет достаточно жесткое давление на жителей полуострова. О ситуации The Insider рассказала Александра Крыленкова, представитель Крымской полевой миссии по правам человека: «Как правило, бывшие СБУ-шники и приехавшие из России ФСБ-шники ходят парами. В России кто чем из активистов занимается, ФСБ более-менее известно, а с жителями Крыма они только знакомятся. Бывшие сотрудники СБУ им не очень могут помочь, то ли СБУ как-то по-другому собирала информацию, то ли между ними какие-то трения. Помимо обысков, допросов, разговоров, проводимых ФСБ, происходят нападения, похищения, организаторы которых неизвестны». «Мною начала интересоваться ФСБ Симферополя. Они сначала звонили, настойчиво просили встретиться. После третьего-четвертого звонка двое пришли в офис, они задавали очень странные вопросы. До этого угрожали моей жене, моей дочери. К ней в школе стало ужасное отношение, потому что она училась в украинском классе», – описывает покинувший Крым протестантский пастор Руслан Зуев».
Кубанская активистка Дарья Полюдова подписала бумагу, в которой ей приписывается призыв к свержению государственного строя
блог Елены Малиной, 3 октября:
«…в спецприемнике, где Даша была под административным арестом, ее навестил оперуполномоченный УФСБ. Задавал много вопросов. Даша на них отвечала. Как могла. Коварный опер втерся в доверие к девушке, угощая сигаретами и шоколадками. Даша расслабилась и не дочитала до конца протокол допроса ,который оперуполномоченный УФСБ любезно дал ей подписать. А в конце был самый важный вопрос: призывала ли она к свержению государственного строя? Даша ответила -нет. А оперуполномоченный написал-да. Что Даша, в расслабленном состоянии, и подписала. Мы [члены местной ОНК] предположили , что в сигаретах и шоколаде были психотропные средства, поэтому Даша себя оговорила. Но Даша достойно отвергла наши предположения, сказав. что никаких посторонних ощущений. после употребления фсбэшных шоколадок и сигарет у нее не было, тем самым защитив честь мундира оперуполномоченного УФСБ по Краснодарскому краю. У Даши две статьи 280 часть вторая, и 280 прим часть вторая.. Даша пояснила, что все ее публикции в интернете были просто троллингом (типа "этнические украинцы на Кубани хотят присоединиться к Украине».
Подробности о «Деле о федерализации Кубани»
«В Краснодаре полным ходом идет расследование первых в России уголовных дел по вступившей в силу в мае этого года статье 280.1 УК РФ, получившей неофициальное наименование «сепаратистской». Фигурантов обвиняют в организации оппозиционного «Марша за федерализацию», в котором правоохранители увидели призывы к нарушению территориальной целостности страны. Один из задержанных, по информации правозащитников, уже заключил сделку со следствием.
Среди фигурантов дела активистка левого движения Дарья Полюдова, участник оппозиционных митингов Сергей Титаренко, житель Геленджика Андрей Чернышев, а также еще два человека, скрывшихся на Украине. Максимальный срок наказания — четыре года лишения свободы. Накануне Полюдову и Титаренко, содержащихся в СИЗО №5 управления ФСБ по Краснодарскому краю, посетили члены региональной общественной наблюдательной комиссии Вячеслав Потапов и Марина Романова. Жалоб на условия содержания оба арестанта не высказали. Полюдова находится в камере с телевизором, холодильником, спит на раскладушке. «Единственная жалоба – во время еще административного ареста в камеру к Полюдовой приходил оперативный сотрудник ФСБ, который принес сигареты и шоколад, попросив в ходе доверительной беседы дать объяснения, — рассказал «Газете.Ru» Вячеслав Потапов. – И в объяснениях он записал, якобы со слов Полюдовой, что ее целью были призывы к изменению конституционного строя и территориальной целостности России. Хотя она ему объяснила, что стремится изменить только подходы по социальным и экономическим вопросам». 25-летняя активистка подписала лист опроса, не обратив внимания на записанную в самом конце фразу. Уже при допросе следователь предъявил эту информацию в качестве доказательства вины. «Полюдова назвала действия оперативника «манипуляцией», так как в начале опроса ее слова были переданы верно, что притупило бдительность», — пояснил Потапов. Второй арестант, Сергей Титаренко, со слов правозащитников, заявил, что «со всем изложенным согласен, но не согласен с тем, как следствие трактует его высказывания в интернете». «Более того, он сказал, что заключил соглашение. Потом запнулся и, посмотрев на стоящего рядом начальника СИЗО, видимо, понял, что проболтался. Какое соглашение – остается только догадываться», — подытожил Потапов. Гражданские активисты из Краснодара, с которыми пообщался корреспондент «Газеты.Ru», считают, что это свидетельствует о том, что в деле о сепаратизме может быть применен принцип преюдиции, который уже использовался в ходе «болотного дела», — обязанность судов принять без проверки и доказательств факты, ранее установленные вступившим в законную силу судебным решением по другому делу, в котором участвуют те же лица. Один из фигурантов возьмет на себя вину и своими показаниями «потянет» остальных. О применении этого принципа впервые широко заговорили после того, как виновным по делу 6 мая признал себя Максим Лузянин. Как объяснил «Газете.Ru» адвокат Дмитрий Динзе, в итоговом приговоре судья сослался на дело Лузяина и таким образом преюдиция была действительно применена. При этом нельзя говорить, что соответствующую роль обязательно сыграет Титаренко: несмотря на участие в протестных митингах и активность в социальных сетях, он не общался близко с другими оппозиционерами, и о нем они практически ничего не знают».
В деле Олега Сенцова появились новые обвиняемые
«До восьми человек выросло число установленных обвиняемых резонансного дела о «диверсионно-террористической группе “Правого сектора”», которая, по версии ФСБ, весной 2014 года совершала теракты на территории Крыма. Фамилия и инициалы одного из новых фигурантов дела совпадают с данными пропавшего несколько дней назад в Евпатории 25-летнего крымского татарина. <…> Состав предполагаемой группы «крымских террористов» перечисляется в ходатайстве о продлении срока ареста украинскому режиссеру Олегу Сенцову. Документ, копия которого есть в редакции «Медиазоны», подписан старшим следователем по особо важным делам Следственного управления ФСБ России майором юстиции Артемом Бурдиным и датирован 22 сентября. Ходатайство завизировал первый заместитель начальника Следственного управления ФСБ генерал-майор Михаил Шишов. «В указанное террористическое сообщество в различное время вошли Асанов Э.Н., Афанасьев Г.С., Боркин Н.С., Зуйков И.В., Кольченко А.А., Цыриль С.В., Чирний А.В. и иные неустановленные лица», — говорится в документе. Эти имена раньше в деле не упоминались, а в июльском ходатайстве того же следователя как участники группы были названы только Сенцов, Чирний, Афанасьев, Кольченко и «неустановленные лица». Со всех адвокатов, работающих по делу «крымских террористов», взята подписка о неразглашении материалов предварительного следствия. 18 августа адвокат Дмитрий Динзе, представляющий интересы Сенцова, попытался обжаловать подписку о неразглашении, которую следователь у него взял, однако суд отказал ему и оставил решение следствия в силе. Ходатайство следователя, в котором упоминаются имена новых фигурантов, было зачитано в открытом судебном заседании в конце сентября. По версии ФСБ, изложенной в ходатайстве следователя Бурдина, в апреле 2014 года украинский режиссер Олег Сенцов, «действуя по указанию неустановленных лиц из числа представителей украинского радикального движения “Правый сектор”», создал в Симферополе «террористическое сообщество». Это сообщество якобы ставило своей целью дестабилизацию работы органов власти в Крыму и «воздействие на принятие решений органами государственной власти Российской Федерации о выходе республики Крым из ее состава». Созданная Сенцовым группа, как настаивает следствие, совершила в Симферополе два террористических акта 14 и 18 апреля, а также вела подготовку к еще двум взрывам 9 мая. 14 апреля с помощью «коктейля Молотова» был совершен поджог здания «Русской общины Крыма», обгорел вход в здание. Поджог, по версии следствия, совершили Зуйков, Афанасьев и Чирний, действовавшие по указанию Сенцова. 18 апреля по его же указанию Кольченко, Боркин, Афанасьев и Чирний участвовали в поджоге здания симферопольского отделения «Единой России». Тогда обгорело окно. <…> После этого Сенцов «дал указания Афанасьеву Г.С. и Чирнию А.В.» о подготовке двух взрывов — памятника Ленину на привокзальной площади Симферополя и мемориала «Вечный огонь» в парке им. Гагарина. Взрывы якобы должны были прогреметь 9 мая, однако в ночь с 8 на 9 мая Алексей Чирний, а затем и Геннадий Афанасьев были задержаны оперативниками ФСБ. Олег Сенцов был задержан 10 числа, Александр Кольченко – 17 мая. Все задержанные были арестованы Киевским районным судом Симферополя, после чего их перевезли в Москву и поместили в СИЗО «Лефортово». Никакой официальной информации о судьбе остальных предполагаемых членов группы не поступало. <…> Чирний и Афанасьев полностью признают свою вину и сотрудничают со следствием. Кольченко, по словам его адвоката Светланы Сидоркиной, не отрицает, что был той ночью у здания «Единой России», однако сам ничего не поджигал — стоял в стороне и следил, не появится ли кто на пустой улице. С квалификацией этого инцидента как «террористического акта» Кольченко категорически не согласен, со следствием он не сотрудничает и показаний не дает. Сенцов свою вину полностью отрицает и связывает уголовное дело с политическим преследованием активистов, не согласившихся с присоединением Крыма к России. По его словам, дело сфабриковано ФСБ для устрашения несогласных. Сам Сенцов в начале июня рассказал о том, что после задержания его пытали сотрудники ФСБ. «На него был надет полиэтиленовый пакет, которым его душили до обморочного состояния, ему угрожали изнасилованием и убийством, при этом заставляли сознаться в организации взрывов, поджогах офисов, хранении оружия и взрывчатых веществ», — говорится в заявлении о совершении преступления, которое подал адвокат Сенцова Дмитрий Динзе. <…>
Во вторник родные 25-летнего крымского татарина Эдема Асанова заявили о том, что молодой человек пропал. Утром 29 сентября он вышел из дома в городе Саки, чтобы поехать на работу в Евпаторию, однако на работе он так и не появился. Как рассказала «Медиазоне» сестра пропавшего Фериде Асанова, молодой человек работал спасателем в санатории «Приморье» в Евпатории. Последний раз, по ее словам, Эдема видели днем 29 числа на автовокзале в Евпатории. С тех пор Асанов исчез. <…> На странице молодого человека «ВКонтакте» указано, что последний раз он заходил на нее с мобильного в 6:40 утра 29 сентября. Судя по его аккаунту, молодой человек увлекается музыкой — играет на барабанах — и изредка делает перепосты статусов о проблемах крымских татар после присоединения Крыма. По словам Фериде Асановой, ее брат Эдем всегда был спокойным и неконфликтным человеком, политической активности не проявлял. В случае исчезновения Эдема Асанова привлекает внимание сходство инициалов пропавшего молодого человека с именем нового фигуранта дела «крымских террористов» — Асанова Э.Н. По словам сестры Эдема, его отчество — Азизович. Тем не менее, нельзя полностью исключать, что составлявший ходатайство следователь мог допустить опечатку в одном из инициалов: Асанов упоминается только в одном месте одного из документов по делу «крымских террористов». Если допустить теоретическую возможность подобной опечатки, тогда можно предположить, что пропавший молодой человек был задержан сотрудниками ФСБ. Подтвердить или опровергнуть это предположение «Медиазоне» не удалось. В Следственном комитете республики сообщили, что ничего о возможном задержании не знают, а человек с похожим именем числится у них как пропавший без вести и предложили направить запрос. В крымской прокуратуре также предложили отправить официальный запрос. Телефоны Киевского районного суда Симферополя, где арестовывали остальных фигурантов дела, недоступны. В Лефортовском суде города Москвы, где продлевают содержание под стражей другим фигурантам дела, «Медиазоне» сообщили, что ареста Асанова в период с 30 сентября до 3 октября не было. Впрочем, исчезновение Эдема Асанова может быть связано и с ошибкой силовиков или неофициальных подразделений. Так один из местных активистов в разговоре с «Медиазоной» предположил, что теоретически могли перепутать людей и представители «Самообороны Крыма». Как бы то ни было, за последние дни это не первый случай бесследной пропажи или похищения молодых крымских татар. По сообщению сайта «Крым.Реалии», 27 сентября в микрорайоне Сары-Су под Белогорском неизвестные люди в форме затолкали в микроавтобус Исляма Джеппарова и Джевдета Ислямова и увезли в неизвестном направлении. По факту их похищения Следственный комитет завел уголовное дело, однако о судьбе молодых людей до сих пор ничего не известно. <…>
Можно предположить, что еще одним из новых фигурантов может оказаться 22-летий Никита Боркин из Ялты – его аккаунт единственный «ВКонтакте», чье имя совпадает с фигурантом дела «крымских террористов» Боркиным Н.С. и у кого как место жительства указан Крым. В друзьях у Никиты Боркина «ВКонтакте» есть некий Энвер Асанов, чей аккаунт уже удален из соцсети. По словам двоюродной сестры Боркина, его отчество Сергеевич. Опрошенные «Медиазоной» знакомые Боркина давно не знают, где он находится. Сам он своим аккаунтом не пользовался с 7 мая».
Следствие утверждает, что Сенцова не пытали, — это он садо-мазо занимался
блог Дженни Курпен, 8 октября:
«Несмотря на многократно упоминавшиеся факты применения к Сенцову незаконных методов воздействия, в тексте постановления об отказе в возбуждении уголовного дела, следователь ВСУ СК Черноморского флота РФ майор юстиции Опарин В. А. отрицает необходимость расследовать данные обстоятельства. Свое решение он обосновывает тем, что в ходе обыска, проведенного в срочном порядке из-за «обстоятельств, не терпящих отлагательства» 10 мая 2014 г. около 22.50 по месту жительства Олега Сенцова, были обнаружены «предметы садомазохистской направленности». Именно обнаружением в жилище Сенцова данных предметов майор Опарин на 10 листах отказного постановления объяснил наличие зафиксированных на теле Сенцова травм. Так, в тексте прямо указывается: «Вместе с тем, органы предварительного следствия, принимая во внимание пояснения оперативных сотрудников УФСБ майора Тишина И. И., старшего лейтенанта Сагайда А. С., гражданок Корниенко Д. В. И Ивановой Д. С. о наличии в жилище Сенцова О. Г. предметов садомазохистской направленности, приходят к выводу, что вышеуказанные телесные повреждения у Сенцова О. Г. могли образоваться в результате удовлетворения интимных (сексуальных) потребностей последнего, при помощи указанных предметов в процессе сексуальных взаимоотношений с партнером (партнерами), а сообщения Сенцова О. Г. о получении им данных телесных повреждений в результате физического воздействия на него при задержании сотрудниками ФСБ России носят субъективный характер и направлены на дискредитацию сотрудников ФСБ России». Давая оценку постановлению следователя 534-го военного следственного отдела ВСУ СК Черноморского флота, следует обратить особое внимание на то, что в нем полностью отсутствует как опись обнаруженных предметов и их детальное описание, так и сведения о дальнейшей судьбе этих предметов – были ли они лишь обнаружены или также изъяты в ходе обыска. Отсутствует заключение специалиста, которое бы подтвердило или опровергло, имеют ли якобы обнаруженные по месту проживания Сенцова предметы какое-либо отношение к занятиям «садомазохистской направленности». Также отсутствует заключение специалиста, могущее подтвердить или опровергнуть, что характер травм, зафиксированных на теле обвиняемого, соответствует выводам следователя Опарина. Следователем не установлены личности партнера (партнеров), которые могли иметь какое-либо отношение к обстоятельствам получения Сенцовым описанных травм, не установлена дата (даты), когда данные обстоятельства могли иметь место. Следует особо подчеркнуть, что сам Олег Сенцов ни разу не был опрошен представителями следствия об обстоятельствах получения им указанных травм. Таким образом, изучив отказное постановление следователя Опарина, можно сделать однозначный вывод о том, что изложенные в нем аргументы представляют собой набор алогичных и голословных утверждений, не подкрепленых ни одним документом и призваны дискредитировать режиссера Сенцова, нанести ему значительный репутационный ущерб, а также намеренно отвести обоснованные подозрения в совершении в отношении него насильственных действий от сотрудников ФСБ России».
Продление ареста Даниилу Константинову признано законным
«Мосгорсуд во вторник подтвердил законность продления ареста до 16 ноября лидеру националистической организации "Лига обороны Москвы" Даниилу Константинову, обвиняемому в убийстве. Об этом сообщил адвокат Валерий Шкред. Таким образом, передает агентство "Москва", суд отказался удовлетворить апелляционную жалобу защиты Константинова. Чертановский суд Москвы назначил на 16 октября оглашение приговора националисту».
Руфер Владимир Подрезов, обвиненный в раскрашивании звезды на высотке, оставлен под стражей
«Мосгорсуд признал законным арест 19-летнего петербуржца Владимира Подрезова, обвиняемого по делу о раскрашивании в цвета флага Украины шпиля и звезды высотки на Котельнической набережной в Москве, передает корр. ТАСС.
Апелляционная коллегия городского суда проверила жалобу защиты Подрезова и не нашла оснований для ее удовлетворения. Подрезов обвиняется по двум статьям УК РФ - "Хулиганство" и "Вандализм", наказание по которым предусматривает до семи лет колонии. По ходатайству следствия Таганский суд Москвы заключил его под стражу до 19 октября. Как установил суд, арестованный в 2011 году был судим за кражу, не имея постоянного места жительства в Москве и стабильного дохода.
В ночь на 20 августа вандалы покрасили звезду на шпиле высотки в синий цвет и вывесили желто-синий флаг. Полиция задержала четверых подозреваемых - Александра Погребова, Анну Лепешкину, Евгения Короткова и Алексея Широкожухова. На следующий день суд отправил ихпод домашний арест. Позже по этому делу был арестован Подрезов. Все фигуранты дела отрицают вину, настаивая, что по стечению обстоятельств одновременно с хулиганскими действиями неизвестных прыгали с парашютом с этого же здания».
Евгения Витишко переводят в колонию общего режима
«В Тамбовской области осужденный эколог из Краснодарского края Евгений Витишко будет переведен из колонии-поселения в колонию общего режима за допущенные им режимные нарушения. Об этом корреспонденту "Кавказского узла" сообщила его адвокат Валентина Шайсипова. <...> За последнее время Витишко получил три выговора от надзирателей, рассказала адвокат Валентина Шайсипова. По ее словам, первое внушение касалось хранения продуктов в неположенном месте, хотя работники колонии неоднократно отказывали экологу в просьбе предоставить шкаф для еды. Второй выговор осужденный получил за то, что якобы не поздоровался с начальником тюрьмы, но этот факт Витишко отрицает. Третье взыскание эколог получил за матерную брань на некую женщину. И адвокат, и сам эколог эту информацию опровергают. "На вопрос, как зовут женщину, кем она является и когда произошло нарушение, тюремное руководство ответа не дает", - говорит Шайсипова. Выговоры являются надуманными, сказала Валентина Шайсипова, а истинная причина перевода кроется в неприязни надзирателей к активному и юридически грамотному осужденному. "Работники колонии жаждут перевести Евгения в колонию общего режима. Это видно. Будучи человеком с активной жизненной позицией, Витишко помогает другим зэкам оформлять жалобы. Это не устраивает руководство колонии", - отметила Шайсипова. О переводе Витишко в колонию общего режима известно лишь из СМИ, сказала корреспонденту "Кавказского узла" второй адвокат эколога Марина Дубровина. По ее словам, более подробной информацией, чем Шайсипова, она не располагает. Изначально информация стала доступна лидеру движения "В защиту Химкинского леса", экологу Евгении Чириковой, которой сообщили о предстоящем переводе Витишко тамбовские правозащитники. "Тамбовский ФСИН уже запустил процедуру об ужесточении режима", - рассказала корреспонденту "Кавказского узла" Чирикова. Она уверена, что работники колонии-поселения хотят избавиться от Витишко, ведущего правозащитную деятельность в исправительном учреждении. "В мае Евгений наблюдал избиение заключенных и не оставил без внимания, сделав обращение в прокуратуру. Этого ФСИН простить не может", - отметила Чирикова».
Петру Павленскому предъявлено обвинение в вандализме
«Главное следственное управление СК по Петербургу предъявило обвинение Петру Павленскому — одному из организаторов и участников февральской акции «Свобода» в поддержку Майдана в Киеве. До конца года следователи намерены передать дело в суд. <...>
— Признаки этого преступления следователь Ирина Клементьева усмотрела в таких действиях Павленского, как поджог покрышек и порча покрытия моста, — рассказал «Новой» адвокат обвиняемого Дмитрий Динзе. — Других фигурантов в деле нет. Предполагаемые соучастники моего подзащитного проходят как «неустановленные лица». Скорее всего, дело в отношении Павленского выделят в отдельное производство и через месяц-два направят в суд.
6 октября Петру Павленскому избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде».
По делу ростовского журналиста и блогера Сергея Резника допрошены трое свидетелей
«6 октября в ходе судебного заседания были допрошены знакомый с подсудимым журналист и два сотрудника правоохранительных органов, сказала Наталья Резник. "Журналист Игорь Хорошилов рассказал о том, что знаком с Сергеем... Остальные свидетели - сотрудники правоохранительных органов - были допрошены по делу о ложном доносе и оскорблении оперуполномоченного Андрея Глинкина", - рассказала она. В суд 6 октября явились трое свидетелей обвинения, тогда как заявлено было больше, отметила Резник. "Таким образом затягиваются заседания. Поэтому судом было принято решение, что если на следующее заседание 14 октября явится опять мало свидетелей, то неявившихся будут доставлять приводом", - уточнила она. Свидетель Хорошилов повторил показания, которые он давал в ходе предварительного следствия, и дал новые показания, рассказал сам свидетель корреспонденту "Кавказского узла". "Утверждать, что блог в "Живом журнале" "otto_cazz" принадлежит Резнику, по моему мнению, нельзя, так как Сергей заключен под стражу, а в блоге появляются публикации. К своему удивлению, я обнаружил также, что функционирует аккаунт "Сергей Резник" и в Facebook. Также в суде я заявил, что эпизоды "оскорбление" вменить Резнику невозможно, даже если сторона обвинения докажет принадлежность блога и аккаунта", - заявил он. "Живой журнал" по федеральному законодательству стал публичным местом только с июля 2014 года, а при доказательстве обвинения в оскорблении нужно доказать его публичность, пояснил Хорошилов».
Павел Шехтман обвинен в разжигании ненависти
«Судья Кунцевского райсуда Москвы Елена Абрамова отказала следствию в аресте гражданского активиста и публициста Павла Шехтмана, задержанного по подозрению в экстремизме. Об этом сообщает корреспондент "Граней". Таким образом, ходатайство следователя СКР Антона Кривова, настаивавшего на аресте активиста до конца ноября, было отклонено. Тем не менее Шехтман останется в изоляторе временного содержания до 13:00 четверга, пока Кривов не отпустит его под подписку о невыезде. Почему следователь не мог взять у активиста эту подписку сразу по окончании заседания, не уточняется. Заседание проходило в закрытом режиме, причем, как отмечала прибывшая в суд блогер Анастасия Зотова, судья Абрамова в нарушение статьи 241 УПК не огласила соответствующего постановления, так что мотивы такого решения остались неясны. Ранее Абрамова была мировым судьей Тверского района Москвы. В этой должности она вынесла ряд неправосудных решений по административным делам против оппозиционеров. Зампредом Кунцевского суда является бывшая судья Тверского суда Светлана Ухналева, фигурантка списка Магнитского. Мотивируя отказ в ходатайстве Кривова, Абрамова указала, что Шехтман живет по месту регистрации, а кроме того, следствие не представило подтверждений того, что активист может угрожать свидетелям. В качестве свидетелей по делу были допрошены двое квартирантов Шехтмана. Как уточнила адвокат коллегии "Ульпиан" Екатерина Горяйнова, представляющая интересы активиста, ему вменяется пункт "а" части 2 статьи 282 УК (возбуждение ненависти и вражды с угрозой применения насилия), предусматривающий до пяти лет колонии. Поводом для возбуждения дела стала реплика, опубликованная Шехтманом в середине августа на личной странице в Фейсбуке. Перепостив публикацию украинского блогера Романа Давиденко, в которой рассказывалось об убийствах украинских военных пророссийскими террористами, Шехтман сопроводил ее комментарием: "Украинцы! Надеюсь, вы не отпустите Стенина?! Надеюсь, вы пристрелите его? Убивайте всех этих блядей с разных НТВ и Первых каналов, убивайте, убивайте как бешеных собак!" (Сейчас эта запись со страницы Шехтмана удалена. Знакомые активиста утверждают, что сам он не стал бы стирать пост даже под угрозой уголовного преследования; кроме того, об этой угрозе ему вплоть до задержания известно не было. Можно предположить, что запись удалила администрация Фейсбука после поступления соответствующих жалоб.) 18 августа движение "Русский общественный контроль" направило в ГУВД и прокуратуру Москвы донос на Шехтмана в связи с публикацией им своей реплики. "В рамках борьбы за очищение отечественного инфопространства от русофобских и антигосударственных экстремистов "Русский общественный контроль" направил заявление в правоохранительные органы по поводу пропаганды насилия, которую ведет в социальных сетях известный белоленточник Павел Шехтман, - пояснили свой поступок доносчики. - Надеемся, что наше обращение не останется без ответа, а подобная деятельность, заключающаяся в публичных призывах к убийству, получит должную оценку со стороны правоохранителей". О задержании Шехтмана стало известно в среду утром. Активиста доставили в изолятор временного содержания УВД по Западному округу столицы».
Сергей Мохнаткин объявил голодовку из-за отправки на психиатрическую экспертизу, адвокат подала жалобу в Европейский суд по правам человека
сайт «Открытой России», 7 октября:
«19 сентября 2014 года Тверской суд направил Сергея Мохнаткина на стационарную судебно-психиатрическую экспертизу в Институт имени Сербского. В знак протеста он объявил голодовку. Как рассказала Открытой России его адвокат Каринна Москаленко, Мохнаткин считает, что единственным его «заболеванием» и «навязчивой идеей» является требование неукоснительного соблюдения законов и установление правового государства в России. Москаленко направила в Европейский суд по правам человека в Страсбурге экстренную жалобу по делу Мохнаткина. Она обратила внимание на то, что активист незаконно содержится под стражей: последнее решение о продлении ему меры пресечения вынесено Тверским судом 11 апреля 2014 года: тогда арест оппозиционера был продлен до 25 сентября 2014 года. «Направляя Сергея Мохнаткина на психиатрическую экспертизу в Центр имени Сербского, власти утверждают, что он, начиная с 23 сентября 2014 года, под стражей не находится, поскольку он “расконвоирован”. Но соответствует ли действительности это утверждение?» – говорит адвокат Москаленко. В своей жалобе в Страсбург юрист подробно объясняет, что представляет собой Центр имени Сербского и можно ли считать его местом заключения. Адвокаты допускаются в это учреждение лишь по пятницам, а родственники только в выходные дни; встреча адвокатов с подзащитными разрешена только в присутствии санитаров и не может длиться более 20 минут. Пациент без сопровождения не может покидать палату, в которой его содержат, а звонки по телефону разрешены только в течение получаса – с 18 часов 30 минут до 19 часов. Прогулки на свежем воздухе – короткие и не ежедневные. «То есть вся жизнь, действия и любые перемещения содержащихся в Центре имени Сербского лиц происходит под полным контролем персонала и сотрудников правоохранительных органов. Это касается и тех палат, где содержатся так называемые расконвоированные» лица», – пишет Москаленко в жалобе в ЕСПЧ и делает категоричный вывод: «Сергей Мохнаткин с 22 сентября 2014 года находится в закрытом учреждении тюремного типа. Срок его содержания под стражей истек 25 сентября 2014 года. Он крайне ослаблен длительной голодовкой и подлежит немедленному освобождению <…> дальнейшее содержание под стражей угрожает его жизни и здоровью». Экстренная жалоба по «делу Мохнаткина» была отправлена в Страсбург 6 октября в соответствии с правилом 39 регламента Европейского суда. Обычно такие жалобы отправляют, когда жизни заявителя, находящегося в заключении, грозит опасность в связи с тяжелой болезнью или когда заявителю угрожает экстрадиция в страну, где он может подвергнуться пыткам. Как правило, ЕСПЧ реагирует на экстренные жалобы в течение нескольких дней».
Мохнаткин вышел на свободу
«Оппозиционер Сергей Мохнаткин, обвиняемый по делу о нанесении побоев двум полицейским, отпущен домой из института им. Сербского после проведения ему психолого-психиатрической экспертизы, назначенной судом. Об этом сообщила "Интерфаксу" в среду адвокат оппозиционера Ксения Костромина. Она пояснила, что избранная ранее судом Мохнаткину мера пресечения в виде содержания под стражей истекла 25 сентября, пока тот находился в медицинском учреждении. По словам Костроминой, два дня назад Мохнаткина навещала другой адвокат – Карин[н]а Москаленко…»
Мировой суд рассмотрит дело об оскорблении Путина Немцовым
«Следственный комитет РФ по Ярославской области после лингвистической экспертизы пришел к выводу, что высказывание сопредседателя партии "РПР-ПарНаС" Бориса Немцова о Путине ("Он е***тый – Владимир Путин") было употреблено в значении "со странностями, чокнутый", несет негативную информацию и считается непричинным. Напомним, в июле 2014 года оскорбленные россияне подали рапорт о преступлении депутата Ярославской думы Бориса Немцова против президента РФ Владимира Путина в СК РФ по Ярославской области. Поводом стало высказанное Немцовым мнение о Путине на конгрессе "Россия-Украина: диалог", который проходил в Киеве в апреле 2014 года. Тогда Немцов после основной части мероприятия в разговоре с журналистами употребил нецензурное выражение по отношению к президенту РФ Владимиру Путину (Он е***тый – Владимир Путин"). Заявители указали, что в речи Немцова они нашли нарушения, предусмотренные ст. 139 УК РФ ("Оскорбление представителя власти"). Следственный комитет провел лингвистическую экспертизу речи Бориса Немцова, и пришел к выводу, что слово "е***тый", означает "со странностями, чокнутый". Так же указано, что во фразе содержится негативная оценочная информация, слово "е***тый" является неприличным и запрещено к употреблению в общественных местах. На своей странице в Facebook Борис Немцов сообщает, что дело передано в мировой суд по его месту жительства».
внесудебное преследование
Избит главный редактор «Смоленской народной газеты»
«Смоленская народная газета», 2 октября:
«…в Смоленске 1 октября совершено бандитское нападение на главного редактора «Смоленской народной газеты», помощника депутата Госдумы А.В.Казакова в Смоленской области Максима Захарова. Журналист в 19 часов возвращался пешком из редакции к себе домой в микрорайон Королевка. У железнодорожного виадука его догнали двое молодчиков, завалив на землю, стали избивать ногами. Через несколько минут бандиты скрылись, не взяв ничего, хотя у Максима были при себе деньги, айпод, телефон. Прибывший наряд доставил его в отделение, туда же была вызвана скорая помощь. За пару недель до нынешней расправы Захаров обращался в правоохранительные органы с заявлением о поступающих в его адрес в сети Интернет угрозах. И вот дело дошло до физической расправы. Редакция «Смоленской народной газеты» считает нападение на ее главного редактора не просто очередным фактом уличного хулиганства. Это акт устрашения, попытка заставить замолчать человека, месть за серию статей о фактах коррупции, о нечистоплотности администрации губернатора Островского, к совести и разуму которой сегодня взывать бесполезно».
политэмиграция
Соратник Навального Владимир Ашурков, обвиненный в мошенничестве, попросил политического убежища в Великобритании
«Исполнительный директор фонда борьбы с коррупцией подтвердил это в своём твиттере.
Политическое преследование российских властей по словам Ашуркова вынудило его просить у Британии убежища. Запись по этому поводу в микроблоге появилась через несколько часов после публикации на сайте газеты Известия. Она утверждала, что Ашурков с семьёй находится в Британии и даже опубликовала фотографии анкеты, поданной основателем Фонда борьбы с коррупцией в МИД этой страны. Издание также утверждало, что гражданская жена Ашуркова родила в Британии ребёнка. В статье несколько раз упоминается некий источник из окружения оппозиционера. В конце июля его объявили в федеральный розыск из-за дела о хищении денег, собранных во время избирательной кампании оппозиционного политика Алексея Навального на выборах мэра Москвы. По версии следствия, в прошлом году Ашурков вместе с ещё двумя оппозиционерами Янкаускасом и Ляскиным перечислили по миллиону рублей на счет Навального. Затем они разместили в интернете обращение с призывом о добровольном пополнении своих электронных кошельков, а получив 10 миллионов рублей, присвоили деньги. При этом пару месяцев назад газета Ведомости со ссылкой на источник в СК писала, что в уголовном деле против Ашуркова нет ни одного пострадавшего. Хотя следователи обещали привести в суд 600 свидетелей».