Пробы воды перед “свободным плаванием”

Банк России тестирует новые механизмы влияния на динамику курса рубля

Сегодня Центральный банк России впервые проводит аукцион валютного репо – предоставления коммерческим банкам валюты напрямую (а не через рыночные интервенции) в обмен на определенные виды ценных бумаг. Его объем – 1,5 млрд долларов, которые банки-получатели должны будут вернуть через месяц. На четверг, 30 октября, запланирован второй аукцион – уже на 2 млрд долларов, срок погашения в этом случае – неделя. Новый механизм призван расширить инструментарий непрямого влияния Банка России на динамику курса рубля, который он намерен использовать с переходом к политике “инфляционного таргетирования” и, соответственно, “свободного” курсообразования.

Такой переход Центральный банк России определил своей целью вскоре после финансового кризиса 2008-2009 годов. Тогда, для сдерживания падения курса рубля, ему пришлось всего за полгода распродать треть своих валютных резервов – они сократились примерно с 600 млрд долларов до 400 млрд.

То есть были потрачены на сглаживание для национальной финансовой системы проявления тех факторов, на которые сам банк повлиять не в состоянии. Как и сегодня – повлиять либо на динамику мировых цен на нефть, либо на взаимные санкции России и Запада. А общий объем валютных резервов, которыми располагает Центральный банк России, с начала 2014 года сократился к середине октября на 14%.

Чтобы всерьез повлиять на текущий курс рубля, необходимы более радикальные решения

Переход к политике “плавающего” валютного курса, отмене валютного коридора и отказу от интервенций на валютном рынке, за исключением неких критических ситуаций, отражен и в текущих планах Банка России. В проекте “Основных направлений единой государственной денежно-кредитной политики на 2015 год и период 2016-2017 годов” (версия от 26.09.2014) специальный раздел “Операции с иностранной валютой” начинается так:

“Банк России до конца 2014 года завершит переход к режиму плавающего валютного курса. После этого Банк России прекратит использование интервала допустимых значений рублевой стоимости бивалютной корзины, но будет готов осуществлять интервенции на внутреннем валютном рынке в случае возникновения угроз для финансовой стабильности, в том числе связанных со значительным ростом волатильности курса рубля. Подобные операции будут носить нерегулярный характер и рассматриваются Банком России как исключительная мера.

В этих условиях динамика курса будет формироваться под влиянием рыночных факторов, что будет способствовать улучшению адаптации экономических агентов как в реальном, так и в финансовом секторах экономики России к изменениям внешнеэкономической конъюнктуры”.

При этом авторы проекта отмечают, что “учитывая достигнутую в предыдущие годы высокую степень гибкости курсообразования, Банк России не ожидает значительного увеличения волатильности курса рубля”.

Не исключено, что к концу года инфляция может ускориться вплоть до 8,5%

Заменить прямые интервенции регулятора на валютном рынке после отпуска рубля в “свободное плавание“ призваны новые механизмы валютного рефинансирования – в частности, валютные свопы и валютные репо. Об этом заявил на прошлой неделе первый заместитель председателя Центрального банка Сергей Швецов, отвечающий в руководстве банка за регулирование финансовых рынков.

Валютные свопы (обмен рублей на валюту от ЦБ и затем – обратная операция) были предложены российским коммерческим банкам еще в конце сентября, однако объемы сделок остаются скромными. Дело в том, что процентные ставки, установленные Банком России для таких операций, заметно превышают текущий рыночный их уровень, отмечает главный экономист по России голландского банка ING Дмитрий Полевой, как и предложенные теперь ставки по валютному репо.

Ни один из инструментов не сможет сразу развернуть сложившуюся на российском валютном рынке тенденцию

“В таких условиях новые инструменты рассматриваются банками, скорее, как дополнительные возможности валютного рефинансирования в экстренных ситуациях, когда они не смогут привлечь валюту с рынка. Однако, учитывая, что сам по себе инструмент валютного репо более удобен для участников рынка, чем валютные свопы, можно ожидать и большего интереса к нему”.

Многое будет зависеть именно от ставок по новым инструментам, соглашается макроаналитик из австрийского банка Raiffeisen в Москве Мария Помельникова. “Окажись они привлекательными для рынка в текущих условиях, спрос на эти инструменты, безусловно, будет”.

И валютный своп, и валютное репо рассчитаны именно на банки, работающие на российском рынке и приобретающие на нем валюту как в собственных интересах, так и в соответствии с заявками своих клиентов. В общем объеме торгов на российском валютном рынке доля коммерческих банков превышает 50%, отмечает аналитик управления валютных рынков компании “БКС-Forex” Дмитрий Тремасов, и, по оценкам, колеблется в диапазоне 60-70%.

Тем не менее, ни один из инструментов не сможет сразу развернуть сложившуюся на российском валютном рынке тенденцию, а она такова, что рубль продолжает дешеветь, говорит Тремасов. “Новые стимулирующие меры Банка России, скорее всего, окажут некое сдерживающее влияние на динамику курса. Однако рассчитывать на ее разворот или скорое возвращение, скажем, курса к доллару на уровень 40 или 39 рублей, явно не стоит”.

Окажись они привлекательными по ставкам для рынка в текущих условиях, спрос на эти инструменты, безусловно, будет

В пятницу, 31 октября, Центральный банк России объявит итоги очередного пересмотра своей базовой процентной ставки. На предыдущем заседании, 12 сентября, было решено сохранить ее на прежнем уровне – 8% годовых. С тех пор годовые темпы текущей инфляции в стране уже его превысили – 8,3%.

Банк России оказывается перед дилеммой. Новое повышение ставки, удорожив стоимость заемных денег в экономике, приведет к дальнейшему ее замедлению. При этом не факт, что повышение заметно притормозит инфляцию, ибо разгоняется она сегодня не монетарными факторами, а, скорее, геополитическими. С другой стороны, если ставку не повышать, это может стать дополнительным фактором ускорения и роста цен, и снижения курса рубля.

"В рыночных ставках, прежде всего – в сегменте валютных свопов, уже заложено повышение базовой ставки ЦБ на 0,5 процентного пункта", –говорит Мария Помельникова. И если оно состоится, на рынок это окажет весьма ограниченное влияние – его участники уже ориентируются на значительно большее повышение базовой ставки ЦБ в ближайшей перспективе.

Рассчитывать на скорое возвращение, скажем, курса к доллару на уровень 40 или 39 рублей явно не стоит

"Не исключено, что к концу года инфляция может ускориться вплоть до 8,5%, – продолжает Помельникова, – а на таком фоне рынок ожидает дальнейшего ужесточения монетарной политики. И всерьез повлиять на такие ожидания могло бы, скорее, решение ЦБ на ближайшем заседании не повышать ставку. Но такой сценарий представляется теперь маловероятным – слишком уж заметно слабеет рубль”.

"При нынешних масштабах его ослабления, до одного процента в день и более, изменение ставки даже на 0,5 процентного пункта практически не отразится на привлекательности спекулятивных операций против рубля", – добавляет Дмитрий Полевой. По его мнению, чуть более значимый эффект могло бы иметь решение не только повысить ставку на половину пункта, но и явно обозначить тренд на дальнейшее ее повышение.

“Однако, с нашей точки зрения, ЦБ явно не готов резко ужесточать свою политику, – продолжает Полевой. – В условиях, когда западные финансовые рынки остаются закрытыми для российских компаний и они вынуждены кредитоваться только у российских банков, любое новое повышение ставок лишь усугубит ситуацию”.

Если ставка ЦБ будет повышена незначительно, сколько-нибудь заметных перемен на валютном рынке мы, скорее всего, не увидим, предполагает Дмитрий Тремасов. Он вспоминает: предыдущее повышение ставки ЦБ, в конце июля – как раз на 0,5 процентного пункта – для многих на рынке оказалось неожиданным. Тем не менее, рубль укреплялся тогда разве что в течение одной торговой сессии, после чего вернулся к прежней динамике.

“Думаю, что и на этот раз ситуация может повториться, – продолжает Тремасов. – Чтобы всерьез повлиять на текущий курс рубля, необходимы более радикальные решения: например, изменение базовой ставки больше чем на целый процентный пункт, сопровождаемое при этом и какими-то другими регуляционными мерами. То есть должна быть задействована не только процентная ставка”.