Original Material
Казни пленных, террористы с котиками и угрозы России: краткая история ИГИЛ как медиафеномена
Казни пленных, террористы с котиками и угрозы России: краткая история ИГИЛ как медиафеномена
Лидеры и идейные вдохновители «Исламского государства» сумели создать вокруг террористической организации образ одного из крупнейших исламистских преступных формирований в мире. Криминальная ячейка, чьи методы насаждения власти и борьбы за нее были признаны террористическими в большинстве стран мира (в том числе и в России) в действительности мало чем отличается от «Аль-Каиды», несмотря на разрыв каких-либо связей между группировками, официально произошедший год назад. «Бумага» вспомнила, как эволюционировало формирование, как превратилось в феноменальное вирусное явление в медиа и какое отношение к ИГИЛ — «Исламскому государству Ирака и Леванта» — имеет Россия.Эволюция «Исламского государства»
Впервые об ИГИ (Исламское государство Ирака) заговорили в середине октября 2006 года. В первичный состав криминальной формации входило месопотамское крыло «Аль-Каиды» во главе с Абу Мусаба аль-Заркави, моджахеды при Совете Шуры (так называлась верхняя палата ранее двухпалатного парламента Египта) и члены вооруженной южно-иракской секты армейского типа Джунд Ас-Самаи, более известной в европейской прессе как «Небесные Солдаты». После гибели Заркави место эмира занял Абу Абдулла аль-Рашид аль-Багдади (или Абу Бакру аль-Багдади), правивший ИГИЛ до 2010 года. Именно Абу Бакра аль-Багдади начал наступление Исламского государства Ирака в Сирию. Первый внутренний конфликт между лидерами группировок разгорелся на фоне спора за власть лидера ИГИЛ Бакра аль-Багдади и «Фронта ан-Нусра» Мухаммеда аль-Джулани: при продвижении в сторону Сирии аль-Багдади потребовал, чтобы армия аль-Джулани подчинилась ИГИЛ. Крыло «ан-Нусра» официально отказывалось выполнять требования, однако в рядах боевиков произошел раскол: около 65 % боевиков все же перешли в ряды ИГИЛ. Массовые дезертирства с «Фронта ан-Нусра» позволили ИГИЛ прочно укорениться в Сирии и Ливане. Еще одной причиной для разногласий стала разница в видении будущего территорий, где были приняты нормы шариата: Багдади декларировал эмират с подчинением моджахедов эмиру и заменой действующих законов стран на законы «Исламского государства». Проповедники в местных мечетях должны были быть заменены на имамов ИГИЛ. Предполагалось, что государственная казна и все бюджеты будут контролироваться лидерами «Исламского государства», а любая деятельность организаций, отказывающихся платить, будет пресекаться. Джулани отказывался от подобных мер, отмечая, что для сирийского народа нужен другой, более приемлемый и постепенный переход к новой форме подчинения, однако безоговорочно соглашался с необходимостью свержения режима Асада. В конечном итоге организации действовали примерно в одинаковом ключе с похожими методами, при этом «ан-Нусра» были против подчинения лидеру ИГИЛ как «промежуточному звену», дав присягу главе «Аль-Каиды» Айману аль-Завахири. ИГИЛ стало первой организацией, которая серьезно и во всеуслышание заговорила о планах поработить целые государства. В одном из посланий Западу представитель ИГИЛ заявил, что «покорит Рим, сломает все кресты и поработит христианских женщин», добавив, что если это сделает не он, то его дети или внуки. Когда-то о порабощении народов говорили ваххабиты в Аравии XVIII века, захватывая территорию, которая сейчас называется Саудовской Аравией. Следом за обращением в периодическом издании ИГИЛ Dabiq вышла статья «Возрождение рабства». Помимо очевидных призывов вроде описанных выше, в ней поднимался вопрос о правах езидов (представителей древней курдской секты с элементами ислама), на которых боевики «Исламского государства» неоднократно нападали. Их называли «мусульманами, впавшими в ересь», мужчин-езидов предлагали убить, женщин и детей — раздать в качестве трофеев боевикам ИГИЛ. Внешнее влияние. ИГИЛ и медиа
Ряды ИГИЛ продолжают пополняться не только местными мужчинами, но и рекрутами из западных стран. В числе основных «поставщиков» молодых боевиков, готовых служить командованию террористов и отдать свою жизнь за пророка, — Франция, Британия, Бельгия, Германия, Австрия и Австралия, Индия и Индонезия, США и даже Россия. Практически все эти страны жестко реагируют на своих граждан, примкнувших к исламистам. Например, в октябре 2014 года Австрия официально отказалась помогать с возвращением на родину двум девочкам-подросткам, которые сбежали из дома, чтобы попасть в ряды террористов. Хотя Австрия не дает официального запрета на выезд из страны в Сирию, всех вернувшихся домой допрашивают сотрудники спецслужб. В декабре прошлого года издание Foreign Policy написало о том, как гражданин Индии Ариб Маджид отправился отстаивать идеи исламского мира, но вскоре в ужасе вернулся домой. Индуса и австрийских беглянок объединяло желание поскорее покинуть территорию лагеря моджахедов. Дело в том, что большинство приезжих, которые вступают в ряды самопровозглашенного исламского государства, отправляются не на линию фронта, а на очень тяжелые и грязные подсобные работы. Террористы используют вновь прибывшие человеческие ресурсы для мытья туалетов и уборки хозяйственных помещений, даже близко не подпуская их к оружейным складам или идейным лидерам группировок. Ни один из вернувшихся из ИГИЛ иностранцев ни разу не видел командиров — наемники работают за еду, прислуживая рядовым моджахедам. Несмотря на информацию подобного рода, ИГИЛ остается популярным среди населения западных стран, против цивилизации которых, в сущности, и воюет. Причина этого, отчасти, кроется и в методах пропаганды самопровозглашенного государства-агрессора, и в частоте упоминаний ИГИЛ в иностранной прессе: с сентября по октябрь 2014 года только англоязычные СМИ упомянули ISIS (ИГИЛ) более 4 миллионов раз. Основные средства пропаганды идей ИГИЛ — Twitter и Facebook: в сервисе микроблогов словосочетание Islamic State упоминают порядка одного миллиона раз, и это при том, что администрация Twitter регулярно удаляет аккаунты террористов. Экстремисты пользуются приложением The Dawn of Glad Tidings («Рассвет благовестия»), которое устанавливается на смартфоны и рассылает актуальные новости о деятельности ИГИЛ друзьям владельца телефона в социальных сетях. Не брезгуют и юмористическими аккаунтами: в блоге ISILCats, к примеру, публикуют фотографии террористов с котами, спекулируя и паразитируя на западных мемах. Самые известные шокирующие материалы, которые становятся вирусными быстрее, чем модераторы видеохостингов удаляют записи, — ролики с обезглавливанием пленных. Террористы одевают своих жертв в оранжевые робы на манер узников тюрем США. Палач из видеороликов называет себя Джихади Джон – это, предположительно, британец, входящий в состав ячейки ИГИЛ The Beatles, сформированной из граждан Великобритании. Ролики смонтированы таким образом, что невозможно доподлинно установить, был ли убит пленный или нет – в момент, когда должна брызнуть кровь, камера выключается и включается снова лишь для того, чтобы продемонстрировать труп (или его имитацию), лежащий на земле. Ролики террористов, при всем варварстве их содержания, притягательны для западной публики благодаря кинематографичным и узнаваемым медиаобразам. При этом западные СМИ все чаще пишут о том, что ролики исламистов являются продуктом видеомонтажа. В частности, телеканал Fox выпустил сюжет, в котором специалисты заявили, что казнь 21 египетского христианского священника была снята на «зеленом фоне» (то есть так же способом, как сцены голливудских блокбастеров). Впрочем, есть и куда более мирные ролики, пропагандирующие идеи «Исламского государства»: медиацентр «Аль-Хаят» распространяет телешоу Clanging of the Swords и Mujatweets. Последнее, к примеру, практически лишено каких-либо сцен насилия: в нем показывают, как террористы играют с детьми на захваченных территориях, а новобранцы из Европы радуются своему прибытию в лагеря ИГИЛ. Самый аккуратный и вкрадчивый способ привлечь интеллигентную аудиторию — шоу Lend Me Your Ears, которое записал пленный британский журналист Джон Кэтли. Среди продуктов медиаактивизма ИГИЛ — онлайн-журнал Dabiq и футболки с символикой террористов, которые продаются по 10 долларов. На момент написания этой заметки продажи идут через твиттер-аккаунт индонезийского сайта Zirah Moslem. Помимо футболок с символикой ИГИЛ, там продаются вещи с антиамериканскими и антиизраильскими принтами. «Исламское государство» в России
