Везде у нас отчет

Олегу Сторчевому черновик не понравился. "Вопросов больше, чем ответов", - уточнил он свою мысль, и это вроде почти все, что мы пока знаем о содержании документа. Мы знаем лишь, что замглавы Росавиации "раскритиковал" проект отчета о причинах крушения малайзийского "Боинга", представленный голландцами российской стороне. В частности, отечественные специалисты, коллеги Сторчевого, высказали "целый ряд существенных замечаний к документу, к приведенной аргументации, просто техническим сведениям".

В самом деле, вопросов больше, чем ответов, ибо непонятно, о каких замечаниях идет речь. Тем не менее информацию, полученную вчера, следует считать практически исчерпывающей. Имею в виду, конечно, не только черновик, который мало кто видел. Имею в виду официальный комментарий чиновника.

Есть целый ряд версий, по-разному объясняющих причины крушения пассажирского самолета. Количественно преобладают российские. В телевизоре нашем еще год назад говорили про трупы, которые некие злоумышленники заранее погрузили на борт обреченного лайнера, ведомого автопилотом. Независимые наблюдатели из Минобороны РФ уверенно фиксировали над Снежным в час трагедии украинский штурмовик, и в редакцию государствообразующего таблоида, помнится, прямо с улицы заходил очевидец и выкладывал свои драгоценные свидетельства. Потом еще в самую оппозиционную из наших дозволенных газет прорывались анонимные эксперты, утверждавшие, что "Боинг" сбит украинским "Буком".

Правда, тут в голосе рассказчика уже слышалась какая-то усталость. Дескать, черт с вами, трупы в самолете - это такой же бред, как и показания свидетеля, исповедовавшегося перед Сунгоркиным, работали средства ПВО, но товарищи из ДНР ни в чем не виноваты. Виноват Порошенко и подконтрольные ему армейские подразделения.

Понятное дело, если бы голландцы склонились к одной из этих поражающих воображение версий, то Олегу Сторчевому вряд ли захотелось бы редактировать черновик. Следовательно, в проекте отчета сказано то, о чем сообщалось уже многократно. Подтвердились очевидные и худшие для Кремля подозрения: 298 человек, летевших из Амстердама в Куала-Лумпур, убили те, кого в России принято называть ополченцами, а в других странах - иначе. А дальше будет суд, если не трибунал, где назовут имена преступников, их пособников и организаторов теракта, который был бы невозможен, если бы в Донбассе не поселилась Новороссия. Потом их начнут наказывать.

Впрочем, пока процесс не начался, не исключены различные досудебные действия. Такие как деятельное раскаяние и сотрудничество со следствием, к чему иногда призывают своих клиентов опытные адвокаты. Год назад указанную линию защиты предлагал своему президенту журналист Колесников, убеждавший Путина в том, что он просто обязан испытать потрясение и осудить убийц, если следователи укажут на боевиков ДНР. Иными словами, ради личного блага и общероссийского он должен тогда "слить Новороссию", что бы это ни значило. Например, выдать Голландии непосредственных исполнителей массового убийства, как некогда Каддафи, измученный санкциями, передавал Западу своих террористов.

Но можно и упорствовать. Более того, можно попытаться закошмарить суд, демонстрируя крутость и несгибаемость. Речь все же идет не только о дикой уголовщине, но и о большой политике, в рамках которой наилучшей защитой иногда кажется прямая агрессия. Взять наконец Мариуполь, дабы ни у кого не оставалось сомнений в том, что Россия непричастна к гибели "Боинга". Чтобы и мыслей таких в голову не приходило.

А еще можно вообще ничего не делать и никак не реагировать на происки врагов. Тянуть время. Уходить в несознанку. Мол, Россия не является стороной конфликта в Донбассе, о чем уже сказано тысячу раз, так что все ваши черновики и проекты, а также грядущие трибуналы и приговоры не имеют к нам ни малейшего отношения. Можно просто не явиться в суд, отгородившись "искандерами" и железным занавесом, это еще называется пуститься в бега. Правда, в подобных случаях судьи иногда выносят пусть и заочные, но особенно жесткие приговоры. Однако приговоренному, гуляющему на свободе, это не слишком портит жизнь.

Указаний на то, что конфликт будет развиваться по апокалиптическому сценарию, пока нет. Слегка даже обнадеживает тот факт, что сепаратисты ушли из Широкина, навлекая на себя гнев самых яростных и отважных ополченцев диванных войск. По-видимому, где-то за кулисами ведутся нешуточные дискуссии на тему "Отдам Донбасс - отмените санкции?", но все это очень зыбко и непредсказуемо. Да и про Крым на Западе, не говоря об Украине, никто не собирается забывать. Оттого в Кремле пока не комментируют свежую новость из Голландии. Свежую новость поручено комментировать замглавы Росавиации.

И он слегка кривится, читая черновик. Вместе со своими коллегами он ставит галочки на полях - в тех местах, где ему непонятно, а непонятно многое. С одной стороны, неясно, как долго еще удастся полемизировать со следователями, всеми силами стремясь отсрочить неизбежный суд. С другой стороны, вот с ЮКОСом тянули до последнего, гордо отмалчивались и отправляли в игнор, а кончилось дело тем, что кровную российскую собственность шарят по всему миру. Проблема ведь еще и в том, что за погибших людей придется когда-нибудь платить, и цифры финансовых потерь легко прочитываются в голландском черновике, если вглядеться. А денег жалко, это же не люди, и потому российскому чиновнику ужасно хочется забраковать текст и отправить его в корзину. Но приходится отвечать, то есть придумывать каверзные вопросы, которых все меньше с каждым днем. Неблагодарный труд, каторжная работа.