Дата
Автор
Источник
Сохранённая копия
Оригинал материала
Как улучшить высшее образование? Тратить на него меньше денег
Существующие в наше время классовые различия объясняются главным образом разницей в качестве полученного образования…
Ф.Фукуяма. Конец истории и последний человек, 1992
Каждый год накануне 1 сентября – Дня знаний – в прессе появляются статьи и репортажи о деградации отечественного образования. Утверждается, что уровень знаний российских школьников и студентов падает; учителя и преподаватели вынуждены перерабатывать и относятся к своей миссии все более пренебрежительно; что ученые и талантливые студенты только и мечтают об отъезде за рубеж. Однако, на мой взгляд, проблемы не сводятся к описанным, и стоит обратиться к обстоятельствам, зачастую упускаемым из виду подавляющим большинством комментаторов.
Образование на протяжении веков было уделом избранных – тех, кто отличался либо талантом, либо недюжинным стремлением к знаниям. Характерно, что чем сложнее был отбор, тем, как правило, и более выдающимися оказывались достижения той или иной страны в сфере науки или искусства. Мало кто не согласится с тем, что Италия XIV–XV веков была интеллектуальным центром Европы, хотя в то время на 8–10 млн населения приходилось не более 15 университетов с 20 тысячами студентов (cм.: Hallinan, Maureen (ed.) Handbook of the Sociology of Education, New York: Springer, 2006, p. 231). Ни одна страна не дала миру больше талантов, чем Британия во второй половине XVIII–ХIХ столетии, но и тут к концу наполеоновских войн было лишь 11 университетов, а доля образованного класса не превышала 1% населения.
Лишь в ХХ веке в развитых странах начался «образовательный бум», порожденный прежде всего существенным разрывом в доходах выпускников вузов и школ, доходившим в середине 1920-х годов в США до 3,2–3,5 раза (см.: Drucker, Peter. The Landmarks of Tomorrow: A Report on the New «Post-Modern» World, New Brunswick, London: Transaction, 1996, p. 127–128). В итоге доля работников с полным или неоконченным высшим образованием в общей рабочей силе к началу XXI века в ЕС достигла 20,6%, в странах – членах Организации экономического сотрудничества и развития – 27,4%, а в США – 34,8%. На фоне лидеров Советский Союз выглядел более чем достойно: незадолго до его распада соответствующий показатель составлял 29,2% (рассчитано по: Народное хозяйство СССР за 70 лет. – М.: Финансы и статистика, 1987, с. 414, 418).
Следует, однако, заметить, что растущий уровень образования повсюду в мире не достигался «для престижа страны», а был обусловлен прежде всего технологическими потребностями экономики, ее структурными особенностями, а отчасти – и сложившимся уровнем потребления. Совершенствование собственных способностей стоит на одном из высших уровней «пирамиды целей» Маслоу и становится значимым приоритетом лишь при условии достижения обществом высокого качества жизни.
В Советском Союзе образование было в особой степени социальной, а не экономической ценностью. Поставив своей целью сделать страну самой передовой, власти не жалели сил для обеспечения прогресса в данной сфере. Число студентов в СССР увеличилось с 812 тысяч в 1940/41 учебном году до 2,4 млн в 1960/61 и 5,1 млн в 1986/87 – прирост за 50 лет составил 6,3 раза, невиданную, по мировым меркам, цифру (см.: Народное хозяйство СССР за 70 лет. – М., 1987, с. 526); между тем и в этих условиях высшее образование оставалось престижным, не было доступно всем и каждому и предполагало определенный статус. В разгар перестройки советское студенчество составляло 1,8% населения страны (автор этих строк в те годы тоже входил в эту социальную группу).
В новой России тренд сохранился, и, согласно рыночным законам, предложение бросилось вдогонку за спросом. С 1992 по 2008 год число вузов в стране выросло в 1,8 раза – с 626 до 1,13 тысячи, а численность студентов только очной формы обучения увеличилась в 2,1 раза, до 3,45 млн человек (см.: Россия в цифрах 2009. – М., 2009, табл. 8–10, с. 139), что составляло на тот момент 2,7% жителей страны. Накануне кризиса 2008–2009 годов Россия вышла на первое место в мире по доле в общей численности рабочей силы граждан с полным или неоконченным высшим образованием. Таковых в стране, по данным Международной организации труда, было 54% против 35,7% в США, 34,3% – в Швейцарии, 28,1% – в Германии, 24,4% – в Малайзии и 17,2% – в Бразилии.
Замечу: Россия по показателю ВВП в текущих рыночных ценах отставала по итогам 2014 года от Швейцарии в 6,8 раза, от США – в 4,22 раза и опережала Бразилию менее чем на 10%. Если применить ныне сложившиеся валютные курсы, соотношения будут еще менее благоприятными.
Отсюда вытекает главный вопрос: зачем России такое масштабное образование?
Подпишитесь, чтобы прочитать целиком
Оформите подписку Redefine.Media, чтобы читать Republic
Подписаться [Можно оплатить российской или иностранной картой. Подписка продлевается автоматически. Вы сможете отписаться в любой момент.]