«Я нарушил все, что только можно»

На этой неделе похоронили Леонида Николаева — легендарного Леню Е***того, активиста радикальной арт-группы «Война». Юлиана Лизер — о человеке, сменившим офисную рутину на жизнь подпольного революционера

Нам не нужен председатель

Леня Николаев вырос в спальном районе Москвы, за МКАДом. Одинаковые ободранные многоэтажки 80-х и 90-х годов, тощие деревца в огромных пустых дворах. Ряды гаражей-«ракушек», исписанных черными и синими маркерами, ларьки с пивом и шоколадками в самых неожиданных местах, рынок — главный источник еды и одежды. Набор развлечений и культурных мероприятий минимален: полчаса на автобусе до двух ближайших кинотеатров со стандартным русско-голливудским репертуаром; два кафе на весь район; построенный в начале нулевых Макдоналдс — всеобщее благо и новое место для тусовок помимо подъездов, дворов и загаженного пластиковыми бутылками и пакетами леса.

Лене пять лет.Фото: из архива семьи Николаевых

По словам Лениной мамы Светланы, круг его интересов определился к старшим классам: точные науки и история. Именно поэтому после школы он поступает в Московский институт тонкой химической технологии. Первое время очень увлечен учебой, отличник, гонится за рейтингами. «Я учился на материаловеда и даже год работал в области, связанной с нанотехнологиями, в НИИ. Очень сильно меня впечатлило, что, когда стали говорить о выделении денег на нанотехнологии, то во всех сферах научных разработок исследователи думали, куда бы тут вставить слово «нано», потому что деньги можно было получить только под это», — рассказывал Леня журналистам.

В магистратуре Леня теряет интерес к учебе, ему становится скучно. После недолгих раздумий он идет работать на стройку, а затем устраивается в частный дом отдыха в Подмосковье. Чистит снег, организует ремонт техники, помогает по хозяйству, общается с отдыхающими. Через некоторое время «толкового парня» замечают и приглашают попробовать себя в новой роли: Леня успешно начинает продавать печи для бань.

В сентябре 2008 года Николаев приходит на свою первую акцию протеста — «Сто пикетов в защиту 2×2».

Было сразу видно, что он офисный работник — соответствующе одет и с портфельчикомТвитнуть эту цитату Генпрокуратура тогда нашла «признаки экстремизма» в нескольких мультфильмах, каналу 2х2 было вынесено предупреждение, возникла угроза отзыва лицензии. «Мне очень понравилась форма, которую выбрали для защиты люди, которые этим занимались», — вспоминал Николаев. «Сто (или около того) пикетчиков стояли вдоль Тверской по обе стороны с разными плакатами. Леня — у памятника Долгорукому. Он был очень уверен в себе, хорошо и грамотно отбивался от ментов — внимательно прослушал инструктаж, который мы проводили перед акцией. У него был клевый плакат на деревянной основе, который он сделал сам. Было сразу видно, что он офисный работник — соответствующе одет и с портфельчиком», — рассказывает Юлия Башинова, одна из организаторов акции.

Леня на кухне одной из многочисленных конспиративных квартир, Санкт-Петербург, 14 апреля 2011Фото: Юлия Лисняк

После митинга Николаев решает вступить в движение «Мы», созданное на волне эйфории от «помаранчевой» революции в Украине. Как вспоминают соратники, Николаев узнал о движении, увидев абсурдистскую акцию «Вождей в мавзолей». Активисты тогда выступили за строительство двуспального мавзолея для Владимира Путина и Дмитрия Медведева, скандировали лозунги вроде «ОМОН в каждый дом», «Вся власть чекистам», «Путин жил, Путин жив, Путин будет жить» и пели советский гимн, вставляя в соответствующие места слова «Путин», «путинизм» и «партия Путина».

«Леня сам пришел в движение, записался и пришел к нам на собрание. Он сказал: «Когда я увидел акцию, проходящую в такой форме, я сразу понял: это мое». Мне тогда показалось: такой простой парень, продает печки для бань, не понимает, во что ввязывается. Но вскоре он стал одним из самых активных и полезных участников движения», — вспоминает основатель движения «Мы» Роман Доброхотов.

Празднование освобождения из следственного изолятора Лебедевка, где Николаев и Воротников провели три месяца после акции «Дворцовый переворот», в гостях у друзей, 26 февраля 2011Фото: Юлия Лисняк

Вместе с «Мы» Николаев принимает активное участие в формировании движения «Солидарность», борется против вождизма, а также за соответствие движения своим принципам. «В 2009 году, когда мы всем движением «Мы» вступили в «Солидарность», и на ее съезде московского отделения был поднят вопрос о единоличном председателе, Леня нарисовал плакат «Нам не нужен председатель», и мы начали этот лозунг скандировать. Казалось бы, глупость из разряда мышиной возни, но Леня очень серьезно относился к демократизму. В движении он всегда всех мирил, выступал арбитром», — рассказывает журналист и бывший активист Александр Артемьев.

Группа активистов коллективно совокуплялась в московском Зоологическом музее. Действо посвятили преемнику Дмитрию МедведевуТвитнуть эту цитату В конце нулевых Леня жил, вероятно, примерно так же, как большинство вышедших на улицы в 2011–2012 годах с белыми лентами. Просыпался в будни в одно и то же время, шел в офис, обедал, шел из офиса, встречался с единомышленниками, ходил на митинги и пикеты. «Леня сам рассказывал, что скучная жизнь продавца печек его не устраивает, поэтому в протестной деятельности он не только выражал свои ценности, но и оттягивался по полной программе, участвуя в самых дерзких акциях. Группа «Война» его привлекла своей безбашенностью», — резюмирует Доброхотов. На тот момент арт-группа, в которую входили Олег Воротников (Вор), Наталья Сокол (Коза), Петр Верзилов, Надежда Толоконникова и другие участники с самыми невообразимыми прозвищами, имела бешеный успех среди политизированной публики. В первую очередь — за акцию «Е**сь за наследника Медвежонка!», когда группа активистов коллективно совокуплялась в московском Зоологическом музее. Действо посвятили преемнику Дмитрию Медведеву.

Леня ждет допроса у следователя в коридоре следственного комитета, 18 апреля 2011Фото: Юлия Лисняк

С основателями скандальной арт-группы Леня познакомился на новогодней вечеринке. Наступил 2010 год.

Наш президент

В 2010 году возникает движение «Синие ведерки». Участники борются против хамства и полной безнаказанности владельцев «мигалок»: пишут на своих машинах, что пропускают «только 01, 02 и 03», и прикрепляют на крышах маленькие синие ведра, напоминающие мигалки.

«Я нарушил все, что только можно — действовал, как мигалка»Твитнуть эту цитату В конце мая соцсети и СМИ стремительно облетает видео: пешеход в красной футболке и синим ведром на голове ловко взбегает на крышу черного автомобиля с «мигалкой». Дело происходит на фоне кремлевской стены. Из авто выскакивает персонаж в костюме и норовит схватить человека-ведро. Ведро летит на землю, но под ним оказывается еще одно, голубое. Пешеход в красной футболке выбегает из кадра; вслед за ним исчезает в салоне автомобиля персонаж в костюме. Ответственность за случившееся берет на себя арт-группа «Война», и становится известно имя героя акции — «Леня Е***тый — наш президент». «Я нарушил все, что только можно — действовал, как мигалка», — комментирует новоиспеченный Президент свой поступок. Именно тогда за Леней закрепляется нецензурное прозвище, сокращенно просто «Ё».

«В нашем обществе сейчас сложились некие касты. Силовики, представители прокуратуры стали выше других людей, мы видим, что они могут нарушать закон, сбивать людей, делать что угодно, нарушать ПДД, и им за это ничего нет… Я просто на равных с ними поговорил», — объяснял Ё журналистам.

С этого момента менеджер среднего звена, оппозиционер-либерал и завсегдатай «Маршей несогласных» Леонид Николаев перестает существовать. «Е***тый — это призыв ко всем пассивным е***тым страны, которых, мы знаем, уже миллионы, пересмотреть свою позицию и стать наконец активно Е***ыми», — поясняли активисты «Войны» в интервью сайту «Соль».

Леня на одной из очередных квартир, на стене плакат с Сидом Вишесом, лидером группы Sex Pistols, 17 августа 2011Фото: Юлия Лисняк

Вместе с новыми друзьями-художниками Леня решает уехать из Москвы и постепенно пропадает с радаров старых друзей-либералов. «Я было на тусовке непосредственно перед их отъездом в Питер, на веранде в каком-то кафе на Арбате, сразу после того как Леню арестовали за акцию с мигалками, а потом выпустили. Вор тогда говорил, что вот, де, Лене нужно бросать его «нормальную жизнь». Вор довольно активно его убеждал», — вспоминает экс-активист «Войны» Серое Фиолетовое.

По его собственным словам, в Петербурге Леня превращает собственную жизнь в социально-политическое заявление: «Я больше не просыпался утром, чтобы ехать по пробкам в офис, а спал до полудня, чтобы провести ночь в компании безумных друзей, готовя отчаянные акции. То, что раньше было фоном, ― поездка на транспорте, поход в магазин, ― теперь, без денег, превратилось в приключение, квест, который надо проходить каждый день», — рассказывал Леня в интервью сайту BesTToday. «Шумную и пыльную Москву я сменил на спокойный и красивый Питер, и это не просто слова».

Здравствуй, правое яйцо

В ночь на 14 июня 2010 года 65-метровый член, нарисованный жирными белыми линиями на проезжей части Литейного моста, поднимется над Невой — ровно напротив окон так называемого Большого дома, в котором находится Управление ФСБ по Санкт-Петербургу.

После этой ночи у нас с ним появилась своя маленькая история — мы стали здороваться: «Здравствуй, Правое яйцо!» — «Здравствуй, Левое яйцо!» Твитнуть эту цитату«После акции «Х** в плену у ФСБ», когда Леня спас одну из участниц и попал в отделение на ночь, он стал для нас примером для подражания, примером самопожертвования. После этой ночи у нас с ним появилась своя маленькая история — мы стали здороваться: «Здравствуй, Правое яйцо!» — «Здравствуй, Левое яйцо!». Яйца, кстати, были поделены со смыслом: несмотря на полгода, проведенные с «Войной», совершенными беспредельщиками в своих политических взглядах, Леня продолжал считать себя либералом. Ну а мне досталось анархическое левое», — вспоминает одна из участниц акции Любовь Беляцкая.

Леня всегда очень хорошо ладил с детьми, мог долго заниматься ими по своей инициативе, дети тоже его любили. 19 августа 2011Фото: Юлия Лисняк

Следующая акция «Войны» — «Дворцовый переворот». Активисты опрокинули несколько полицейских автомобилей, и это стоило Воротникову и Николаеву свободы. Спустя некоторое время после акции обоих задержат на конспиративной квартире в Москве, увезут в Петербург и запрут на три месяца в СИЗО.

В тюрьме с Леней обращаются, по его собственным словам, вполне сносно, условия содержания даже оскорбительно хороши: камера не перенаселена, конфликтов нет, деревянный пол, стеклопакеты, вежливые сотрудники. В тюрьме ему скучно, но Ё расценивает это как интересный опыт: занимается спортом, пытается помочь сокамерникам, просит класть в передачи овощи и зелень. «Зеки, преступный мир, оказались вполне приятные в общении, интересные люди», — вспоминает он уже на свободе.

«Зеки, преступный мир, оказались вполне приятные в общении, интересные люди», — вспоминает он уже на свободеТвитнуть эту цитату Холодным февральским вечером 2011 года Вор и Ё***тый наконец выходят из тюрьмы. Родственники, друзья и журналисты весь день ждут их у здания СИЗО на двадцатиградусном морозе: сотрудники СИЗО никак не могли оформить необходимые документы. «Все думали, что сейчас мы поедем куда-то домой. Но вместо этого мы поехали на Дворцовую площадь, и они начали там кататься по льду и снегу. Пустынная абсолютно площадь, ночь, минус двадцать. Подошли менты. Я им говорю: «Слушайте, они только что из тюрьмы вышли, идите лучше отсюда…» Ну они и ушли», — вспоминает активистка Елена Костылева.

Леня ждет встречи с адвокатом в одном из петербургских кафе — 21 ноября 2011Фото: Юлия Лисняк

«Мы ставим перед собой задачу людей завести, убедить их, что не нужно ничего бояться, нужно действовать. Если сейчас они еще не ломают и не меняют все, я думаю, что это произойдет. Стыдно смотреть на эти условия. На то, как мы живем, на то, какая у нас власть. Это терпеть просто стыдно», — объясняет Ё смысл действий группы «Война» и своих собственных действий.

К «Войне» приходит слава: дни проходили в бесчисленных интервью, участников начали узнавать на улице. По словам друзей, Леню все это не радовало. В основном он молчал, улыбался или сидел с отсутствующим видом.

«»Война» долго кантовалась у меня на вписке, в какой-то момент они уже за***ли своим позерством и безответственностью. А Леня был совершенно другим. Он никогда у меня не ассоциировался с тусовкой «Войны» вообще. Он был супердобрый, суперотзывчивый и суперспокойный, невероятно искренний, и, по моим ощущениям, этим пользовались», — вспоминает о «Войне» в Петербурге левый активист Леонид Геген.

«В ноябре 2011 года он приехал домой худой, бородатый, лохматый, грязный… Я была в ужасе. Но я понимала, что запрещать ему что-либо бесполезно. Он бы все равно ушел, только перестал бы общаться с семьей. И он был мне благодарен за то, что я уважаю его выбор; он очень это ценил», — вспоминает мама Лени Светлана. Последний раз они увидятся летом 2012 года — не желая подвергать близких людей опасности, Леня будет общаться с родными по «скайпу».

Подготовка к акции, которая так и не произошла 22 августа 2011Фото: Юлия Лисняк

После истории с подожженным новогодним автозаком — своеобразным поздравлением всем политзаключенным — Леня исчезает из медиапространства. Арт-группа некоторое время еще кочует по конспиративным квартирам страны, а весной 2013 года в некоторых СМИ появятся сообщения, что «Война» в полном составе теперь живет в Европе.

Если о каких-то участниках группы периодически появляются новости, то Леня Ё***тый исчезает, и вскоре о нем начинают ходить самые невероятные слухи. По одной из версий, политический беженец Леонид Николаев получил убежище в Европе, остепенился и ведет скучную жизнь эмигранта.

Вася

«Вот, Вася, ты электрик, чего ты кроме проводов своих видел? Учиться тебе надо или валить из этой страны», — уверенно заявляет пьяный хозяин квартиры, согласившийся поселить у себя скромного тридцатилетнего Василия. С Васей он проживет под одной крышей полтора года, а его настоящее имя узнает только из некролога.

Леня готовится поменять конспиративную квартиру, в те дни он передвигается по городу на велосипеде. 28 августа 2011Фото: Юлия Лисняк

Год в Петербурге и полтора в Москве под чужим именем, физический труд и редкие встречи с друзьями из прошлой жизни. Леня Е***тый теперь Вася и на вписках, и на работе, и для новых знакомых.

С Васей он проживет под одной крышей полтора года, а его настоящее имя узнает только из некрологаТвитнуть эту цитату «Я с ним познакомилась на Невском, в толпе народа, а через несколько месяцев встретила его в гостях, только удивилась, что его Васей зовут. Ну, Вася, так Вася… И я стала звать Васей. Что самое смешное, я поняла, кто это, только тогда, когда чуть больше года назад на сайт «Войны» заглянула. Увидела его фотку — и поняла, почему Вася… ну, думаю, Семён Семёныч!» — вспоминает знакомая Ё из Санкт-Петербурга.

«Я резко раскритиковал некоторые его идеологические за**ы типа отказа от денег, воровства в магазинах и тому подобного. Пристроил его для начала подсобником к своим друзьям-строителям, он довольно быстро стал у них учиться и уже через полгодика сам заказы стал брать, зарабатывать на себя и на революцию», — рассказывает анонимный собеседник «Таких дел».

Леня по время протеста после выборов в Государственную думу России у Гостиного Двора в Санкт-Петербурге — 4 декабря 2011Фото: Юлия Лисняк

— Прикольно, когда с тобой общаются люди, которые вообще…
— Не знают, кто ты?
— Не знают, кто я, — рассказывает новоиспеченный Василий в интервью журналистке Марине Ахмедовой.

Подробности этого интервью вспоминает фотограф Юлия Лисняк:

«Он часто ел, как попало, где жил — непонятно, и мы с Мариной решили пойти его кормить. Надули ему в уши, что страшно голодны, взяли кучу суши, он прекрасно все съел. И Марина говорит: «Ленечка, вот где ж ты живешь, где же ты одежду берешь?» А он и говорит: «Да вот, обувь мне отдали. Видишь, какие хорошие ботинки? Обувь мертвого лингвиста! Нет, ну а что такого? Человек умер, а мне обувь отдали. Он был лингвистом».

Только проснувшись, Леня смотрит в ноутбук с утра. 19 января 2012Фото: Юлия Лисняк

Где-то через полгода я понял, что столкнулся с каким-то радикальным явлением. Это не просто какой-то чувак, который пришел вписатьсяТвитнуть эту цитату В декабре 2013 года Леня возьмет кусок картона, напишет на нем «Москва» и уедет автостопом. 6 января 2014 года зайдет в квартиру, которую ему порекомендует приятель, со словами: «Правильно ли я понимаю, что здесь можно переночевать два-три дня?» Подвыпивший режиссер Николай, хозяин потенциальной вписки, потребует от нового жильца принести две бутылки «клюковки». С заданием жилец справится и в итоге останется надолго. «Где-то через полгода я понял, что столкнулся с каким-то радикальным явлением. Это не просто какой-то чувак, который пришел вписаться, а человек с давно сложившейся судьбой. Я узнал, что он никакой не Вася, что он не называет настоящего имени», — рассказывает Николай.

Летом 2014 года в Камергерском переулке Леня случайно столкнется с Леной — подругой со времен движения «Мы»: «Он стоял с капюшоне, с велосипедом, слушал уличных музыкантов. Рассказал, что в Москве несколько месяцев, что шифруется, работает на стройках, что дома его знают как Васю. Он жил по поддельным документам, не мог встретиться с родственниками, друзьями, опасаясь, что могут арестовать. Он просил называть его Вася Бомж вместо Лени Е***того».

Николаев, Воротников и Каспер в метро, все они уже находятся в розыске. Москва. 6 марта 2012Фото: Юлия Лисняк

Другую старую подругу Леня-Вася тоже встретит случайно — заметит в кафе и подойдет поздороваться, попросив не произносить его имени вслух. «Хипстерские очки, рыжая борода, свитер какой-то в «ромбик»… Я его сначала не узнала, — рассказывает Анастасия. — Потом он сбрил волосы и пришел в косухе. «Вася! Где твои гребаные очки? Надень их немедленно, ты похож на себя»», — возмущалась она потом очередной смене образа Лени-Васи.

«Я с ним обращался, как Дон Кихот с Санчо Пансой. Он был у меня типа мальчик на побегушках, в буквальном смысле слова. И он совершенно смиренно и спокойно принимал эту должность, как денщик у белого офицера. «Почему трусы не постираны? Где хлеб? Ты купил мне проездной или нет, на чем я завтра поеду? Кстати, сходи и купи мне секс-куклу, мне надо для репетиции». Когда я узнал, кто это такой, я охренел. Я помыкал, гонял одного из центральных леворадикальных антипутински настроенных деятелей, звезду контркультурной жизни России», — признается режиссер Николай. Впрочем, вероятно, именно Николай помог Лене вжиться в образ электрика Василия: режиссер верил в эту игру до последнего.

Леня и Коза, Москва, 11 апреля 2012Фото: Юлия Лисняк

Тяжелая работа выматывала: его могли дернуть посреди ночи разгружать фуру или копать яму. Однако электрик Вася был настроен оптимистично, внимательно следил за политической ситуацией, много читал о науке и искусстве, посещал культурные мероприятия. Несмотря на все трудности и бедность, он был доволен тем, что похудел и подкачался, стал выносливее. Старался есть здоровую пищу, пил кефир, варил чечевицу — в ней больше всего белка, объяснял он всем. Как и в Петербурге, он жил предельно аскетично: спал на полу, не заводил отношений с девушками, не пил алкоголь. Окружающих все это удивляло, но с вопросами они не лезли.

«Если бы я пришел и увидел, что он спит на гвоздях, как Рахметов, – я бы не удивился. Он стал моим учителем по политическим вопросам. Он мне рассказал все: чем демократия у нас отличается от демократии в Америке, кто такие ультралевые и ультраправые, чем французский коммунизм отличается от российского, какие ошибки совершили Ленин и Сталин, что было в Париже в 1968 году, кто такие «Фракция красной армии» в Германии. Я посмотрел потом все фильмы про RAF, узнал, что ими занимался Фассбиндер. Это был потрясающий промыв мозгов», — восхищается режиссер Николай.

Однажды, когда Вася гуляет вечером по центру Москвы с подругой, полицейские попросят его предъявить документы.

— Молодой человек, вы что, паспорт постирали?
— Да, постирал! Ха-ха!
— О, а я тоже из Тульской области!
— Да вы что? А с какого района?….

Разговор с Леней в Санкт-Петербурге, 19 мая 2013Фото: Юлия Лисняк

Названного Васей района в Тульской области не существует, но полицейский, «тоже из Тульской области», этого не заметит. По словам адвоката Николаева, Дмитрия Динзе, в розыске его подзащитный не значился. «В 2012 году его искали, но следователь так работал, что ему было пофигу на Леонида Николаева. Но дело не закрыто, срок давности еще не прошел».

Он сам признавал, что вряд ли найдутся «горячие головы», готовые участвовать в смелых провокационных акциях Твитнуть эту цитату«У него была идея создать свое собственное подполье. Хотя он сам признавал, что вряд ли найдутся «горячие головы», готовые участвовать в смелых провокационных акциях, так как с тех пор, как они переворачивали ментовские машины, многое изменилось, и чуваки, сидящие по Болотному делу, сделали буквально ничего, но получили внушительные сроки. Понимал, что рисковых акционистов реально мало. «Даже того, кто на шухере бы постоял, найти нереально», — говорил грустно Леня. Но он очень хотел замутить что-нибудь, устроить громкий перформанс, переживал, что уже больше трех лет о группе «Война» никто ничего не слышал. В шутку говорил о том, чтобы угнать танк на девятое мая или поджечь здание ФСБ», — рассказывает Лена.

В разговорах Леня характеризовал свою задумку как грандиозную и очень абсурдную. «Это будет очень смешно, невероятно смешно. Но менты и фээсбэшники дико разозлятся!» — уверял он. Однако реализация задуманного все откладывалась: слишком многие, к кому он обращался за помощью, отказывали, не получалось найти фотографа и оператора, не хватало денег на реквизит. Именно это, по словам одного из знакомых Лени, пожелавшего остаться неизвестным, вынудило его устроиться на работу в СНТ «Березки» — на реализацию затеи не хватало ровно 30 тысяч рублей.

Похороны Лени, кладбище деревни Анкудиново, Москва. 30 сентября 2015Фото: Юлия Лисняк

Днем 22 сентября Леня опиливал ветки поваленного дерева. Одновременно один из напарников принялся пилить другое дерево. Упавший ствол ударил Николаева по затылку: перелом основания черепа и отек мозга, кома. В кармане Е***того были документы на имя другого человека, поэтому выяснить сразу, кто именно поступил в больницу и затем в морг, оказалось непросто. По словам врача, шансов выжить у него не было.

Сохранить