Дело Владимира Ионова: кто такой «участник»?

В Преображенском районном суде Москвы продолжаются слушания по делу Владимира Ионова — первому уголовному делу, заведенному по статье 212.1 УК. Пожилого активиста, только что подвергшегося нападению в ходе одиночного пикета, судят за «неоднократное нарушение порядка проведения собрания или пикетирования». Защита уже заявила отвод обвинению и самому суду, но безрезультатно.

Адвокат Ольга Чавдар, представляющая интересы Ионова, объясняет, что обвинитель на процессе неоднократно задавала свидетелям обвинения — полицейским, задерживавшим Ионова или бывшим при этом — наводящие вопросы или «вопросы, которые содержат ответ, то есть подводила тем самым свидетелей к „правильной“ формулировке ответа»: «Правда ли, что происходило так и так?». После такого вопроса «свидетелям остается только поддакивать», заявляет адвокат. Защита возражала против таких формулировок, но суд только заносил возражения в протокол и никак обвинению не препятствовал. По мнению Чавдар, «здесь нарушается не только состязательность сторон, но и права защиты в процессе судебного следствия».

Суду отвод был заявлен в связи с тем, что защите на заседаниях не удается задавать свидетелям вопросы для выяснения всех обстоятельств: суд — чаще всего по просьбе обвинения — их отводил и выносил защите замечания, ничего при этом не поясняя. Иногда вопросы защиты даже не заносились в протокол, что по закону положено делать, даже если вопрос снимается. «Создается впечатление, что гособвинение руководит процессом, а судья потакает гособвинителю во всем, давая ей широкий круг полномочий, не предусмотренных действующим законодательством, — отмечает адвокат. — По сути дела нам выносят замечания за то, что мы пользуемся своим процессуальным правом и задаем вопросы свидетелю». Чавдар полагает, что суд ставит целью отстранить ее от процесса и написать на нее представление в адвокатскую палату.

Судья Леонид Гарбар вообще позволяет себе, мягко говоря, весьма резкие высказывания в адрес адвоката. Когда Чавдар заявила, что ей не слышно, что отвечает обвинению свидетель, судья напомнил ей, что по утрам нужно мыть уши. Адвокат встала и попыталась возразить, судья потребовал, чтобы она села. Чавдар сказала, что постоит. «Ну и стойте. Перерыв!» — отозвался судья.

Отдельного замечания защита удостоилась в связи с тем, что якобы пытается «придать делу политический окрас» (такого понятия, отмечает Чавдар, в законе нет). В ходе следствия полицейские дружно утверждали, что действия Ионова свидетельствовали о протесте против существующего конституционного строя и действующей власти. Недовольство обвинения и суда вызвал вопрос Чавдар о том, какие же именно действия Ионова свидетельствовали о такой направленности.

Следует отметить, что формальное обвинение Ионова строится вовсе не том, что он выступал против власти (что законом не запрещено), а на том, что он неоднократно нарушал установленный порядок проведения публичных мероприятий. Но и тут возникают вопросы. В статье (и без того, по мнению юристов, противоречащей базовым принципам российского права) говорится об «организации» или «проведении мероприятия». При этом в протоколах задержания и в обвинительном заключении Ионов назван «участником». Защита пытается понять, подпадает ли участник мероприятия под действия ст. 212.1 УК. В связи с этим было заявлено ходатайство о назначении судебно-лингвистической экспертизы статьи, чтобы было ясно, кто такой организатор, кто такой «лицо, проводящее мероприятие», кто такой участник. Суд предоставил обвинению возможность подготовить мнение по поводу этого ходатайства защиты и объявил перерыв до 5 ноября.

В деле Ионова — четыре эпизода. Три из них описывают его задержания на одиночных пикетах (10 января, 21 марта и 11 мая 2015 года), один — задержание 15 января на Манежной площади (ранее на этот день было запланировано оглашение приговора по делу Олега и Алексея Навальных, но оно было перенесено на 30 декабря 2014 года; 15 же января на площадь вышли представители движения «Антимайдан», но полиция задерживала, в основном, не их, а малочисленных протестующих). 21 марта, по данным ОВД-Инфо, Ионов в момент задержания в одиночном пикете не стоял, а находился в стороне. 10 января рядом с Ионовым встал еще один человек, что дало основание задержать Ионова за проведение массового пикетирования, не согласованного с органами власти. Кто этот человек, так до сих пор и неизвестно, Ионов полагает, что это был провокатор, которого прислали полицейские.

В суде по непонятным причинам обсуждался еще один эпизод, который упоминался в документах следствия, когда дело только было заведено, но потом был исключен из дела. Речь о задержании 13 сентября 2014 года, когда возле Ионова (по его словам, за спиной) тоже оказался неизвестный второй пикетчик. При этом полицейский-свидетель, не смущаясь, рассказывал в суде, что второй человек убежал, и не удалось точно запомнить ни что он говорил, ни даже какого он был пола. (Кстати, нападение на Ионова 24 октября произошло после того, как возле него встал «оппонент», державший в руках бумажку — фактически в этот момент он создавал очередной повод для задержания активиста.)