"Цивилизованный мир на нашей стороне"

Кого больше в России – проституток или членов "Единой России" – и почему властям выгоден нелегальный статус секс-работниц

Недавнее выступление проституток в качестве свидетелей защиты на суде по делу об акции Петра Павленского вызвало волну споров – о том, насколько этичным со стороны соратников художника было их привлечение к процессу и каким должно быть отношение в обществе к представителям этой профессии. Недавно Комитет ООН по защите женщин от всех видов дискриминации рекомендовал России отменить статью 6.11 Кодекса об административных правонарушениях ("Занятие проституцией") и посоветовал властям страны "учредить надзорный механизм, позволяющий осуществлять мониторинг насилия со стороны полиции в отношении женщин, вовлеченных в проституцию". Радио Свобода поговорило на условиях анонимности с одной из активисток российской ассоциации секс-работников "Серебряная роза".

Рекомендации комитета ООН активисты "Серебряной розы" считают самым большим достижением движения с момента его возникновения в 2013 году. "Роза" оказывает юридическую, психологическую и медицинскую поддержку женщинам и мужчинам, работающим в сфере оказания секс-услуг, и пытается способствовать развитию политики государства в отношении секс-работников, основанной на гуманности и терпимости. Министерство юстиции РФ несколько раз отказывалось зарегистрировать организацию на основании того, что в официальном классификаторе нет профессии "проститутка" и из-за "опасности разжигания социальной и расовой вражды". На самом деле, говорит активистка "Серебряной розы", проституток в России больше, чем членов партии "Единая Россия". Редакции известны настоящее имя и фамилия этой девушки, но она попросила их не публиковать.

– Вы одна из активных участников движения, принимаете участие в международных конференциях организаций, защищающих права секс- работниц, представляете интересы движения на встречах с чиновниками и сотрудниками правоохранительных органов. Почему вы не хотите давать интервью под вашим настоящим именем и не разрешаете опубликовать ваши фотографии?

– Когда я представляю интересы движения, скрываю, что работаю в сфере секс-услуг. К ассоциации могут присоединиться представители любых профессий, если они разделяют наши ценности. В Административном кодексе России есть статья 6.11, поэтому я боюсь преследований со стороны полиции. Секс-работники в глазах полиции – люди второго сорта. Например, заявления об изнасилованиях и побоях от секс-работниц чаще всего не принимают. Нам с большим трудом удавалось добиться справедливого наказания даже для убийц наших коллег.

– Уголовные дела не возбуждают?

– Возбуждают, потому что по факту убийства обязаны это сделать. Но наказание для убийцы, как правило, очень сильно смягчают. Например, три года назад в Петербурге молодую женщину Татьяну зверски убил сотрудник полиции Владимир Шарапов. Девушка узнала, что клиент работает в полиции, и отказалась его обслуживать. Полицейский избил ее до смерти, а труп спрятал. Следствие шло очень вяло, и мы опасались, что убийца отделается условным сроком. Наш адвокат доказывал, что убийство было совершено на почве ненависти. В результате Шарапова осудили на восемь лет.

Девушка узнала, что клиент работает в полиции, и отказалась его обслуживать

Защита обвиняемого оспаривала решение суда. С позиции защиты, он не убийство человека совершил, а очистил общество от "вредного элемента": проститутки и наркоманки. Приговор остался без изменений. Совсем недавно в социальной сети мы прочитали сообщение одной из секс-работниц Казани. Ее коллегу, молодую женщину, убил клиент. Вызвал к себе домой, связал, долго пытал и мучил, потом задушил. Следствие пыталось смягчить статью. Мы нашли мать погибшей, оплатили хорошего адвоката и добились справедливого приговора: девять лет строгого режима. У погибшей девушки остался маленький сын. Сейчас мы пытаемся заставить его отца платить алименты мальчику.

Мы помогаем нашим коллегам в решении разных юридических вопросов. Недавно в Калининграде Настю Монпасье уволили из детского сада, когда стало известно, что она по вечерам оказывает секс-услуги за деньги. Наш профсоюз с ней связался и предложил свою поддержку. Адвокат Насти отказался от нашей помощи. Он убедил Настю отрицать на суде то, что она занималась проституцией. Нам кажется, что адвокат неправ. Никто не имеет права дискриминировать нас и увольнять на основании нашей профессиональной принадлежности.

– То есть вы за легализацию проституции?

– Россия сейчас не готова к такому решению. Законопроекты о легализации проституции, которые периодически появляются, нам не нравятся. Например, законопроект партии "Справедливая Россия" обязывал девушек работать только по месту прописки, предупредив о своем роде деятельности всех соседей. В эту квартиру должны приходить регулярно сотрудники СЭС, пожарные и общественные наблюдатели. Абсурд. Ни в одном из российских законопроектов, которые я видела, не предусмотрены наши права, только обязанности.

Законопроект партии "Справедливая Россия" обязывал девушек работать только по месту прописки, предупредив о своем роде деятельности всех соседей

Государство не готово оплачивать нам больничный, отпуск и пенсию. Наша государственная система настолько бюрократизирована, что в результате легализации один вид коррупции поменяется на другой.

– Может, вы просто налоги платить не хотите?

– Готовы платить налоги, если государственная политика по отношению к секс-работникам будет как в Германии. В России легализация проституции приведет к еще большей эксплуатации женщин, занятых в этой сфере.

– Сколько, по вашим данным, женщин в России работают в секс- бизнесе?

– Три-четыре миллиона. Секс-работников больше, чем членов "Единой России". Число секс-работниц растет из-за кризиса. Кроме того, во время конфликта с Украиной в Россию переехали в большом количестве украинские проститутки. Многие мои коллеги находятся вне правовой сферы и ежедневно сильно рискуют. Например, секс-работникам очень трудно обеспечить собственную безопасность. Девушки платят половину своего дохода охране и диспетчерам, но в большинстве случаев не могут рассчитывать на помощь в экстренных ситуациях.

Число секс-работниц растет из-за кризиса

Например, недавно моя знакомая попала в очень неприятную ситуацию. Мужчина договорился о встрече с ней, приехал, а девушка не открыла дверь. Он очень сильно обиделся, на следующий день подкараулил ее у дома, запихнул в машину и сказал, что накажет "за неуважение". Девушка ответила, что виноват диспетчер, который принимает звонки. Она попросила мужчину позвонить на номер телефона под ее фотографией, размещенной на сайте. Мужчина позвонил, убедился, что отвечает диспетчер и потребовал, чтобы он приехал, иначе убьет девушку. Два часа девушка сидела в машине рядом с неуравновешенным человеком и ждала помощи. Люди, которые живут за счет ее труда, даже в полицию не сообщили, потому что прекрасно знают: жаловаться ей некуда.

– Чем все закончилось?

– Мужчина накормил девушку и отпустил домой. Моя знакомая так испугалась, что в этот день ушла из секс-бизнеса.

– Какие цели у вашей ассоциации, если не легализация?

– Для начала надо декриминализировать сферу сексуальных услуг. В первую очередь отменить статью 6.11. Это такая же дикость, как статья за мужеложество и статья, запрещающая обучение каратэ. Нам очень сложно защищать свои права, потому что мы сами правонарушители. Информация о привлечении к административной ответственности долго хранится в базе и мешает девушкам уйти из секс-бизнеса.

Нам очень сложно защищать свои права, потому что мы сами правонарушители

Недавно моя знакомая прошла собеседование в хорошую компанию. Ей уже почти сделали предложение, но служба безопасности выяснила, что девушка привлекалась в 2008 году по статье 6.11. В отделе кадров ей сказали: "Нам проститутки не нужны. Пошла вон". У девушки прекрасное образование, два иностранных языка, но она может устроиться только уборщицей. Я с уважением отношусь ко всем профессиям, но карьеру с таким прошлым не сделаешь.

– Комитет ООН по защите женщин от всех видов дискриминации дал рекомендацию России об отмене статьи 6.11. Это вам как-то помогло?

– Россия уже давно подписала Конвенцию о ликвидации всех форм дискриминации в отношении женщин, поэтому должна эту рекомендацию выполнить. Мы, конечно, понимаем, что нормы международного права в нашей стране сейчас не в приоритете. Я очень сомневаюсь, что Россия выполнит требование ООН. Но мы теперь можем в дискуссиях с чиновниками, сотрудниками правоохранительных органов и священниками, которые тоже стали в последние годы представителями власти, ссылаться на ООН. Мы почувствовали себя более уверенно, потому что цивилизованный мир на нашей стороне.

– А раньше вы сомневались в своих действиях?

– Секс работники часто страдают от самостигматизации. Очень многие мои коллеги уверены, что не заслуживают хорошего к себе отношения. Мне кажется, русские женщины в целом страдают от низкой самооценки и отсутствия самоуважения. Секс-работниц унижают сутенеры, а примерных домохозяек избивают мужья. Очень многие русские женщины живут ради крыши над головой с партнерами, которые их оскорбляют и используют.

Если мне не нравится поведение клиента, я укажу ему на дверь

Им просто некуда уйти. Меня часто спрашивают, хочу ли я, чтобы мой ребенок стал секс-работником. Я с пониманием отнесусь к его выбору любой профессии. Могу сказать точно, я даже врагу не пожелаю быть рядом с жестоким, неприятным и нелюбимым партнером из-за материальной зависимости от него.

– Вам часто приходится терпеть некорректное поведение клиентов?

– Если мне не нравится поведение клиента, я укажу ему на дверь, потому что я себя уважаю и ценю.

– По каким причинам девушки идут в секс-бизнес?

– Вопреки стереотипу, только небольшая часть становится секс- работницами из-за наркозависимости, нищеты и безнадежности. Многие секс-работницы – обычные женщины, которые относятся к своему делу как к способу зарабатывать деньги. Проституция – это обычная работа: человек продает свои услуги и получает за это плату. Некоторые секс-работники искренне любят свое занятие, изучают его, совершенствуют свои умения и навыки. Чаще всего – это женщины, которые начали заниматься проституцией в зрелом возрасте. Я, например, пришла в секс-бизнес после того, как мне исполнилось тридцать лет. У меня есть высшее образование, большой опыт работы в другой сфере.

Некоторые секс-работники искренне любят свое занятие, изучают его, совершенствуют свои умения и навыки

​– Почему вы решили поменять профессию?

– После развода я не стремилась к моногамным отношениям и стала искать сексуальных партнеров на сайтах знакомств. Некоторые из них стали платить мне деньги. Я сначала отказывала, а потом решила, почему бы и нет. Мое хобби стало работой. Я люблю секс, мне нравится доставлять удовольствие и зарабатывать. Я никого не агитирую идти в секс-работницы, но от сумы, от тюрьмы и от панели в непредсказуемой российской реальности лучше не зарекаться.

– Лидер вашего движения Ирина Маслова рассказывала, что депутат Виталий Милонов угрожал сжечь ее на костре.

– Этот православный человек на нас очень болезненно реагирует. Постоянно выдвигает разные дикие законодательные инициативы. Например, каждый депутат должен провести субботник и сдать пять проституток в полицейский участок. Или: клиент обязан жениться на секс-работнице, если не хочет отбывать срок.

– Безумие.

Наше общество становится все более ханжеским

– Президент наградил его медалью за добросовестную работу. Кому –сумасшедший, а кому – активный работник. Наше общество становится все более ханжеским и патриархальным. Даже эпидемию ВИЧ пытаются остановить пропагандой верности и здорового образа жизни.

– Какова сейчас политика российской власти по отношению к секс-работникам?

– В фильме "Интердевочка", снятом в 1989 году, героиня актрисы Любви Полищук сказала милиционеру: "Если бы вы нас хотели запретить, то давно бы уже это сделали". С тех пор почти ничего не изменилось. Проституцию не запрещают, потому что мы – очень лакомый кусок. Секc-бизнес за деньги “крышуют” все силовые структуры, кроме МЧС. Сутенеров отправляют за решетку, только когда они перестают делиться доходами или происходит передел бизнеса. Легализовать и декриминализовать эту сферу власти тоже не хотят, иначе они потеряют доходы: штрафы и взятки, которые полицейские получают от девочек. И все это прикрывается публичной лицемерной нравственно-православной риторикой.