Архив и мультимедиа

4 июля в 47-й раз открылся фестиваль «Фотографические встречи в Арле» — главное европейское фотособытие. Более 40 проектов основной программы будет открыто для публики до конца сентября. В этом году ключевые кураторские решения направлены на возвращение фотографии в поле современного искусства, а одной из главных тенденций становится архивирование.

От единой центральной темы, которая связывала бы все проекты основной программы, фестиваль «Фотографические встречи в Арле» отказался еще год назад. Приняв в 2015 году обязанности директора, Сэм Стурдзе разбил программу на несколько тематических частей. Рубрика «После войны» представлена, с одной стороны, выставкой классика военной фотографии Дона Маккаллина, а с другой — концептуальным проектом Яна Морвана «Поля сражений», где автор дотошно каталогизирует места главных битв человечества. Часть программы озаглавлена «Монстры и компания», отдельный раздел посвящен Африке.

Иногда кураторское решение кажется условным: некоторые проекты можно было бы без потери смысла перенести в одну из соседних рубрик. Но время от времени за рубрикацией той или иной выставки проглядывает кураторское кредо. Например, к уличной фотографии Стурдзе отнес мультимедийную инсталляцию Кристиана Марклея — серию видео, собранных из десятков снимков подножного мусора, и этим сразу заявил свое отношение к привычным границам жанра: формально Марклей действительно снимал на улице, но на его фотографиях нет людей, только оставленные ими следы, которые Марклей тщательно собирает и каталогизирует.

Архивация, как видно из программы этого года, вообще становится чуть ли не главной кросс-темой основной программы. Как 10 лет назад в каждой третьей экспликации говорилось о поисках идентичности, так в этом году множество проектов собрано из архивного материала целиком или использует его в той или иной степени. Так, раздел фестиваля «Монстры и компания» представлен выставкой-исследованием образа «чужого» в кинематографе и датским документальным проектом о свидетелях НЛО в США. На работе с источниками построены выставки документальной программы — от монументальной работы Жоао Пины по следам южноамериканских репрессий до кропотливого проекта Лайи Абриль «История мизогинии. Часть первая».

10 лет назад и тема «чужого», и проекты о трансгендерности и мизогинии с большой долей вероятности были бы представлены проектами, где фотограф стал бы собственной моделью. В этом году почти никто из авторов не поворачивает объектив на себя и собственную жизнь. Художников, напрямую работающих с темой собственной идентичности, в этом году исчезающе мало, но даже они, как, например, Катерина Джебб, также делают это через подборку и коллекцию — изображений, документов или эфемер. При этом нельзя сказать, что из фотографии исчезает личность. Наравне с теми, кто создает образы, вперед неожиданно выдвигается фигура того, кто их собирает и хранит: отдельная программа посвящена коллекционерам, и ей мы обязаны, например, выставкой фотоархива журнала «Хара Кири», предтечи «Шарли Эбдо», или собранием фотографий о квир-культуре.

В отличие от коллекционера, для художника работа с архивом остается всего лишь приемом, но показательно, что в разделе программы «Новые подходы к документалистике» главным из подходов становится именно она. Может быть, такая однонаправленность объясняется просто кураторским выбором Сэма Стурдзе, решившего резко сменить политику своих предшественников. В программе стало больше видео и мультимедиа, а также работ авторов, которые не относят себя к фотографам, как не назвали бы мы фотографом Андреса Серрано — он известен более всего работой «Piss Christ», и его новая серия американских портретов экспонируется на фестивале в этом году. Можно сказать, что кураторы переориентировали программу от осмысления фотографии как медиума к осмыслению конкретных образов, которые этот медиум несет.

Возможно, работа с архивами позволяет сделать этот шаг наименее болезненно для хранителей сорокалетних традиций фестиваля, переживающих, что в программе меньше традиционных фотоформатов и слишком много мультимедийных инсталляций. Другое дело, что Сэм Стурдзе отличается прекрасной интуицией, и за его позицией, может быть, стоит ощущение глобальной смены интересов в художественной жизни. В таком случае в ближайшие годы нас ожидает поворот от индивидуального к общественному, от уникальности к закономерности, и художники будут систематизировать, описывать и раскладывать по полочкам непомерный визуальный архив, который мы накопили за два последних десятилетия.