Как я выпил абсента, умер и попал на небеса

Сегодня понедельник, а это значит, что на страницах вашего любимого самиздата стартует день текстов из раздела Ресурсы. С чего начать последний понедельник лета, как не с нашей любимой рубрики «Алкоголь&Дурь»? Наш читатель Илья рассказывает, как абсент и дурь привели его на небеса. Илья, берегите себя и сбавляйте обороты, с возрастом сердчишко может и не выдержать.

История эта произошла тёплым августовским днём, когда полынь уже вовсю цвела, спирт стоил дёшево, а моим хорошим другом Андреем было заготовлено к употреблению огромное количество абсента.

Устав маяться бездельем в душном городе, мы решили не тратить впустую последние дни лета и отправиться на культурный отдых — поближе к природе. Взяв с собой энное количество свежего абсента, травы и ещё одного хорошего друга, мы стартовали. Никто и не подозревал, в каком плачевном состоянии мы будем финишировать.

Добравшись до места назначения и пройдя через КПП (стоит уточнить, что резиденция Андрея, которая и была целью нашей поездки, находилась в военном городке, окружённом бетонным забором и охраняемом бабушкой «божьим одуванчиком» в режиме 24/7), мы приступили к осмотру окрестностей и, не сочтя их достаточно интересными, принялись за абсент. Спустя несколько рюмок и папирос «Беломорканал», наша бравая ватага возжелала сменить дислокацию и отправиться на озеро, дабы освежиться в прохладной воде. Солнце клонилось к закату, поэтому мы решили не тратить время на формальности и перелезли через забор, минуя КПП.

Путь наш пролегал через поле и небольшой лесок, и будь мы чуть трезвее, несомненно дошли бы до злополучного озера засветло. Но абсент сыграл с нашими ногами злую шутку, и мы не добрались до водоёма вовсе. Быстро темнело, но возвращаться обратно никто не хотел, все желали кутежа и подвигов. Неподалёку нами была обнаружена гора известняка, около шести метров высотой. Товарищи оценили моё предложение забраться наверх, развести костёр и употребить ещё, любуясь умиротворяющим пейзажем с высоты. Хотя гора (если её можно таковой назвать) и была практически отвесной, в ней были заботливо выдолбленные выемки, позволявшие легко вскарабкаться на вершину. В конце подъёма нас ждало небольшое разочарование — костёр разводить было не из чего. Лишь одинокая берёзка стояла и шелестела на ветру, как бы призывая нас усесться подле и немедленно выпить. Достав гранёный стакан, початую бутылку, пачку «Беломора» и пакет с травой, мы приступили.

Очнулся я пьяным вдрызг. Когда я приподнялся и огляделся вокруг, в мою голову закралась грустная мысль: кажется, небеса существуют, и там довольно мрачно. Я не помнил абсолютно ничего, с трудом откопал в памяти собственное имя, а картина моему взору предстала крайне прелюбопытная: вокруг облака, пронизанные тусклыми рассеянными лучами единственного источника света, слегка проступавшего через них, опознать который мне не удалось. Задрав голову, я обнаружил только чёрное полотно небесного купола — ни звёзд, ни месяца. Пару минут я, словно заворожённый, наблюдал, как клубились облака в свете недосягаемо далёкого светящегося шара, и пытался понять, где я оказался, и уж не умер ли я, часом.

В чувство меня привёл гудок поезда. Я не умер и не попал на небеса — всего лишь уснул пьяным на горе и проснулся посреди ночи. Гора находилась в низине, и ночью её окутал туман. Источником света был одинокий фонарь, стоявший у железной дороги, что пролегала неподалёку. Мои товарищи спали на берёзке, которую мы в пылу сражения с зелёным змием бессовестно заломали.

Растолкав Андрея и Дмитрия, я заставил их ощутить масштаб трагедии и покаяться перед небесами за беспричинно убиенную берёзку. В тусклом свете фонариков мы медленно спустились с горы и не спеша отправились в сторону КПП. Ночь была темна и полна ужасов, мы постоянно проваливались в канавы и ямы, но упорно брели сквозь траву, которая местами была выше меня. Перед бабулей на проходной мы предстали во всей красе: пьяные, в зелёной от травы одежде и с глазами цвета спелых томатов.

Добравшись до постелей, мы мгновенно отчалили в царство Морфея, а на утро писали прекрасные стихи и похмелялись абсентом, но это уже совсем другая история.