Эпоха 90-х в России — это эпоха героинового бума. Персонажи Уильяма Берроуза сошли со страниц и заполнили улицы нашей необъятной страны. Его «Джанки» — это история человека, вкусившего запретный плод. В ней описаны ощущения и переживания наркомана, но при этом в повествовании нет субъективной оценки. Автору чужда дидактика и оценочность. Вдохновившись этим тоном, я решил записать интервью с бывшими наркоманами. При этом — постарался передать их речь дословно.

Большинство людей, употребляя слово «наркотик», не понимают и десятой доли того, о чем говорят. Эмоция человека материальна, она не есть что-то абстрактное. Эмоция — это совокупность движения электрических зарядов в мозге и нейромедиаторов, которые эти движения контролируют. Когда ты, допустим, получаешь дорогую машину, о которой давно мечтал, женщину любимую или квартиру, в твоем организме начинают выделяться нейромедиаторы. Их много, но самый интересный для нас, это эндорфин. Думаю, ни для кого не секрет, что эндорфин — медиатор, скажем, победившего человека, человека получившего «приз». И вот тут самое интересное — получается, вся наша жизнь — выполнение команд дрессировщика, а в роли дрессировщика выступает природа. Хотя ее можно обмануть, но за это придется заплатить немалую цену.

Героин — вещество, вызывающее буквально взрыв эндорфинов в мозге, ни одно счастье мира с ним никогда не сравнится: как ни старайся, ты никогда большее удовольствие не получишь — так устроен мозг. Но все мои размышления имеют характер гипотезы. Думаю, лучше всего это узнать из уст самих джанки.

На чем мы остановились? Ах да. Сегодня мне предстоит оказаться на самой низменной территории человеческого сознания. Показать, на что готов наркоман ради приза.

Жаркий летний день. Передо мной загородный домик, это Благотворительный фонд «Центр здоровой молодежи», довольно приятный, кстати. Захожу во двор, люди уже работают по хозяйству. Со всеми здороваюсь, хотя смятение уже одолевает меня изнутри. Ко мне подходит мужчина. Говорит, что респонденты готовы. Осталось только записать разговор.

   Интервью 1   

Заходит первый респондент. Обычный мужчина лет сорока, похоже, больше стесняющийся меня, нежели я его.

— Расскажи о себе.

Зовут меня Н1. Родился я в 1981 году в городе Караганда, республика Казахстан. До 3-х лет я в Казахстане жил. Потом семья переехала в Питер. Детство у меня протекало вполне благополучно. Я был единственный ребенок в семье. Меня баловали, и я ни в чем не нуждался. В школе я был твердым хорошистом. Позже я попал в плохую компанию старших ребят. В школе я всегда стремился общаться с людьми старше себя. Те ребята уже курили и выпивали. Ну и я тоже не хотел казаться серой мышкой и поэтому стремился быть вместе с ними и пробовал то, что они пробовали. Так я в пятом классе познакомился с сигаретами и алкоголем. Первая пьянка у меня закончилась плачевно, меня забрали в милицию, посадили в вытрезвитель. За мной пришли ночью родители. В этот момент не было никаких угрызений совести, проще говоря, было весело.

— Когда употребил в первый раз?

У меня был лучший друг, вернее, я считал его лучшим другом. Мне было тогда 19 лет. Я нашел девушку. Стал вести трезвый образ жизни. И как-то раз я зашел к этому другу, звали его Петр, он начал обвинять меня в том, что я прекратил с ним общаться, и он поэтому сел на героин. В тот момент я действительно начал испытывать чувство вины. Он попросил взять ему героин — у того человека, с кем я еще со школьных времен неплохо общался. Я по своей дурости пошел. Я, соответственно, купил. Странное чувство — что меня ни в чем не обвинят. Я до этого момента даже не знал, что такое героин. Ну и я попробовал. Мне понравилось. Я работал на тот момент, и в деньгах не нуждался. Позже сел на систему.

— Что ты испытывал? Почему тебе так понравилось?

У меня на тот момент была девушка. Порошок усиливал ощущения от общения с ней. Я с ней становился более раскрепощенным. Мне нравилось то, что я мог гулять с ней часами. Не напрягаясь. Плюс ко всему работать легче было. В обычном состоянии время течет очень медленно. Под порошком же не было никаких проблем, мне казалось, что время летит быстро. Я мог заниматься ремонтом часов, вообще не обращая внимания на время.

— Разве под героином не становятся более ленивыми?

У меня наступило такое состояние, когда я уже употреблял около шести месяцев, когда мне уже было лень куда-то двигаться.

— Когда произошло полное осознание того, что ты полностью зависим?

Утро, я просыпаюсь, включаю MTV. Меня кумарит ‌ , надо идти на работу, я начинаю понимать, что в этот день я вообще ничего не смогу делать, ничего не хочется делать, у меня раздражение, от звука воды, разговоров и прочего. В этот же день я подошел к матери и рассказал о том, что у меня проблемы с наркотиками. Потому что без порошка я уже не мог ничем заниматься: не мог ходить на работу, на свидание к девушке, без порошка я не мог банально заниматься сексом. У меня уже был комплекс, что будет слишком быстрый половой акт. В тот момент, я ничего не знал о реабилитационных центрах, я просто обращался в клиники, мне снимали кумары, и все.

— Физическую ломку ты переживал. Что тебя заставляло возвращаться обратно?

Позже я нашел замену алкоголем. Я уходил в долгие запои. И для того что бы сняться с похмелья, мне советовали употреблять героин. И каждый раз я питал иллюзии, что это в последний раз.

— Сколько уже не употребляешь?

Десятый месяц.

— Что тебя стимулирует двигаться дальше?

Я всегда хотел в жизни чего-то достичь, всегда хотелось доказать самому себе, что я на что-то способен. Я очень много давал обещаний самому себе, дочке, родителям. Я никогда их не выполнял. Мотивирует то, что у меня стало получаться слезать с иглы. Меня стали благодарить, верить в меня. Мне нравится, то, что дочка стала называть меня папой, за 18 лет, она почти ни разу меня так не называла. Она стала в меня верить. Я не имею права больше нарушить.

 Интервью 2 

Входит второй, он моложе, выглядит очень агрессивно, грубые черты лица, изрезанные руки, на одной из них набит паук в паутине.

— Расскажи о себе.

Родился я в Севастополе, в 1988 году. Там не жил, переехал в Московскую область. Отец военный был. Мама врач. Детство особо не помню. Родители все время были карьерой заняты. В девять лет начал нюхать клей.

— Что же было причиной?

Не знаю. Мне кажется, внимание не уделяли родные. Я был предоставлен сам себе, тусовался постоянно на улице с ребятами из неблагополучных семей. Пошли мы как-то во двор и понюхали.Как-то хорошо стало. Мне это сразу понравилось.

— Что ты стал употреблять позже?

Однажды мы с родителями поехали в Севастополь, лет 12-13 тогда мне было, так же с ребятами во дворе попробовали план, она же марихуана, так же сразу понравилось. В 14 лет на Новый год амфетамин попробовал.

— Что испытывал?

Блин. Испытал эйфорию, понял, что это мой наркотик, что нам по пути с ним. Попробовал нюхать в первый раз. Нюхал довольно долго. Мне под ним нравилось поведение. Никаких преград не было. Знакомился с девушками легко. Я снюхивал очень много. Испытывал возможности своего организма. Неделю мог не спать. До определенного момента. Так как доза была большая, нюхать уже было невозможно. Пришлось идти к соседу, а он был барыга, ну и, в общем, я знал, что он колется. Ну и я попросил уколоться амфетамином. Укалывался месяца два феном, предложили героином сняться. Таким образом, в 17 лет я впервые попробовал героин. Я понял что, это еще более сильный кайф. Ну и дальше на протяжении 11 лет, без остановки.

— То есть ты за 11 лет ни разу не переламывался?

Нет, ну было. Впервые меня в 17 лет родители спалили.

— Как они на это отреагировали?

Дома была истерика. Нашли синяки на руках. Предложили поехать перекумариться к бабке, в Севастополь. Три дня дома просидел. Плохо было конечно. Отец уехал. На четвертый день бабушка дала денег, сказала: «Иди на улицу, пиво хоть попей». Я вышел к своим старым знакомым со двора. Они заметили что, что-то не так. Ну и спрашивают: «Что такое?» Я говорю: «Блин, уколоться хочу». Они говорят: « Да в чем проблема? Мы сами недавно начали». Ну и намутили. Отец приехал через месяц, а у меня только хуже состояние. Он заплакал, когда меня увидел. Раз в год родители пытались, что-то сделать, какие-то кодировки, психиатры, но безрезультатно.

— В каком возрасте ты осознал, что уже плотно сидишь на системе?

В 23 года. В день я уже употреблял один грамм. До этого времени я думал, что меня не ломает. Уколюсь раз в день. Три дня мог спокойно обходиться. Потом уже деньги появлялись, и я снова начинал. Потом меня два года вообще не трогало. Жил с девушкой, работал постоянно под кайфом. В 25 лет я уже еле утром просыпался. Просыпался в поту и плакал. Я понимал, что в моей жизни жопа полная. Постоянно ломало. В душе пустота. Я понимал, что я сам мучаюсь, мучаю родных. Постоянно воровал дома. Постоянно приходили за долгами. Мать плакала стабильно два-три раза в неделю.

Последний месяц своего употребления очень хорошо помню. С отцом опять договорились, что я переломаюсь. Накупили Лирики. ‌ Три дня где-то держался. Просыпаюсь. Поел. Мать дает пачку таблеток. Держаться уже невозможно. Я выхожу во двор, ребята говорят, мол, давай. Я снова согласился. Прихожу домой уколотый. Я говорю отцу: «Дай сигареты». Он кинул в меня пачку. Я ее отбил ногой и, попав в губу, разбил ее. Отец расплакался и убежал из дома. На улице он встретил товарища, живущего неподалеку от нас. Он своего сына отправил на реабилитацию, сказал что помогло. Отец пришел домой, на радостях сказал, что я тоже еду. На что я ответил, что у меня все нормально. Позже родители начали меня подготавливать плавно. Постоянно подсовывали телефоны с профилакторами, ‌ правда, я отказывался. То мама компьютер включенный оставит с сайтом реабилитационного центра. И вот однажды просыпаюсь утром, слышу — дома нет никого, а мама мылась, я об этом не знал. Смотрю, сейф открытый, я подбегаю, беру пачку денег. Уже собираюсь уходить, как она выходит из ванной.Спрашивает: «Где деньги?» Отвечаю: «О чем ты?» Она поднимает подушку, и деньги падают с кровати. Мне никогда так стыдно не было. Хотелось провалиться под землю. Она плачет, стоит и не уходит и пауза где-то на минуту повисла, села на кровать. Ну и я сказал: «Звони профилактору, поедем». Она сразу побежала за телефоном, дала его. Я поговорил и согласился на лечение, но даже после этого я не думал лечиться. Думал, успокоится, все закончится, и я продолжу. Решили поехать в Санкт-Петербург

— Как у тебя менялось окружение с течением времени?

У меня город небольшой. Население сто тысяч, все друг друга знают. В принципе меня знал весь город, так как я поставлял туда наркотики. В первый раз меня приняли в городе, ребятам денег должен был, я их кинул, на двадцать тысяч. В течение года мне удавалось от них скрываться. Звонок в дверь. Выхожу, а там человек, которому я должен. Он говорит: «Я тебя не бить пришел, можем с тобой решить этот вопрос полюбовно. Тебе даю кайф 20 грамм, ты их продаешь и долг в двадцать тысяч возвращаешь». Я говорю: «Давай». На следующий день я поехал забирать. Общаясь в таких кругах, я знал, что телефон могут слушать. Поэтому все дома оставил. Вышел по спуску и сел в первое попавшиеся такси. И на обратном пути, я уже вылезаю из такси, вылетает машина, выбегают сотрудники. У меня в кармане лежала пачка с наркотиками и пачка сигарет. Они меня скрутили и повезли в отдел. Первый раз очень страшно было. Меня трясло. Они требуют сдать своих подельников. Ну и я понял, что человек меня сдал, тот у которого я брал вес. Уже начинают подминать меня, будешь с нами работать, говорят. Я говорю: «Не вариант». Он отвечает: «У тебя 20 минут пока начальник не придет». Ну и я думаю: «Посадят — так посадят». Начальник приходит, а это оказался бывший сослуживец моего отца. Позвонили моему папе, он пришел в отдел, при нем все распаковали. Отец мне порошок по лицу размазал и сказал: «Уйди, чтобы я тебя больше не видел». Я с девушкой жил, как раз в соседнем доме. Прихожу поздно ночью домой, обнял ее, меня все так же трясло. Она спрашивает: «Что стряслось?» Пришлось рассказать. Ну и сотрудники начали оказывать некие поблажки.

Тоже случай был, приехал ко мне один и говорит: «Я понимаю, что заставить бросить это, я не смогу, но хотя бы в город не привози».

— Тебя часто подставляли?

Подставляли меня вообще часто, как и я, в принципе. Я такой человек был, что не любил один торчать, всегда с кем-то старался. Опять денег был должен за кайф. Взял в долг, решил не отдавать, хотел сам поторчать, в компании. Пока мы разделили и фасовали дома, и товарищ просто набрал знакомому. Говорит: «Мол, приезжай, торчнем вместе». Ну он приезжает, даю денег в долг, и соответственно возник вопрос. Откуда? Выходим на улицу, разговариваем, прилетает в солнечное сплетение. А я, естественно, ничего сделать не могу. Только задыхаюсь. Друг вышел на улицу — в одной руке нож, в другой ножницы. Одному в шею воткнул. Говорит: «Отвалите от него». Один раз из-за качества были предъявы. Приехали на стрелку. Не стали народ собирать, втроем поехали, на двух машинах. Я промеж них стою, водитель с одной стороны, его старший брат с другой. Начинаем договариваться, и сзади меня появляется человек с битой. Поворачиваюсь, и он бьет меня по голове. Я аж хруст услышал, и все никак понять не мог. Что хрустнуло? Голова или бита? Кровь потекла по лицу, ребята схватили, в машину кинули. Череп, оказалось, проломил. Лечился потом. Постоянно что-то такое раз в полгода было.

— После такого огромного стажа — как у тебя получилось начать жить по-другому? Что тебя мотивировало?

Я нахожусь в программе долго. Порядка двух лет. В первый год я уже начал работать волонтером. И появился в моей жизни один человек. Я могу его назвать другом. Тогда он только пришел на реабилитацию, и я помогал ему пройти курс. И вот однажды он позвал отпраздновать день рождения его дочери. Он, перед тем как попасть на реабилитацию, по двору бегал за женой с топором. И в день рождения дочки я стоял их фотографировал. Они стоят, обнимаются, у меня чуть слезы не потекли. Мне кажется, это счастье.

— Ты находишь счастье в семье?

Да, скорее всего. Когда о ком-то заботишься. Мотивирует еще то, что буду здоров. Когда я выйду, будет хорошая работа. Трезвое общество.С папой такой диалог еще был:
— Пап я уже два года не колюсь.
— Представь, я пятьдесят лет не кололся.
Трезвое общество мне больше нравится. Вот что мотивирует.

 Интервью 3 

Третий — взрослый мужчина, стильно одетый. Голос очень бодрый, хотя и видно, что жизнь потрепала. При этом очень грамотная речь и отличная дикция.

— Расскажи немного о себе.

Привет. Меня зовут Н3, мне 34 года, я из Санкт-Петербурга, там всю жизнь прожил. Родился в семье военных. С детства занимался спортом. Сначала — хоккей, плавание, триатлон. Ходил на кружки рисования, пения. Постоянно был занят. Ни минуты свободного времени. Удовольствия гулять во дворе с ребятами был лишен. Приходил домой в одиннадцать часов ночи с языком на плече. Хватало сил сделать уроки, поесть да лечь спать. Наступил момент, когда тренировок стало больше, и пришлось выбирать. Я выбрал плавание. В дальнейшем всю свою жизнь связывал со спортом. Параллельно хорошо учился, мне давались все гуманитарные науки. Плюс ко всему я был лидером в классе. Никогда проблем с девушками не было. В какой–то определенный момент у меня пришло осознание, что я ответственный человек, человек самостоятельный. В силу того что я подавал большие надежды в спорте, мне предложили перевестись в интернат олимпийского резерва, где уже ребят готовили к куда более масштабным мероприятиям. Туда я и перевелся. Там тренировки имели куда более важное значение. В 11 классе я стал мастером спорта, стал чемпионом России. В принципе, был всем доволен. Позже поступил в спортивную академию, где учились надежды русского спорта. В силу травмы, которую я получил на первом курсе, пришлось закончить спортивную карьеру. Безусловно, это был для меня большой удар. На тот момент я был не то что не приспособлен к уличной жизни, но я был по–детски наивен, потому что воспитывался в некоем спортивном братстве. Депрессия, в которую я упал, не позволила мне дальше учиться, из академии я ушел, несмотря на предложения об обучении детским тренером или массажистом. Позже мама помогла устроиться в финансовый университет, в котором я и продолжил учебу. На первом курсе, это был 98 год, я познакомился с наркотиками.

— Как это произошло?

Я попал в совершенно другой коллектив. Это была золотая молодежь, которая была занята публичной жизнью. Это дискотеки, это деньги, это легкая красивая жизнь. Я был знаком со многими известными сейчас людьми. Наверное, чтобы иметь там авторитет, я и пристрастился к наркотикам. Сначала это была марихуана, потом пошел героин, который был модным наркотиком. Это был социальный аспект. Психологический же — развод родителей, надломанная психика, надежды в спорте, которые я не оправдал. Сейчас я все проанализировал, тогда мне это не казалось важным. Ну, развод и развод. Травма? Ну что делать, надо жить дальше. А тогда я просто окунулся в другой мир, мне там понравилось, я везде был душой компании. Девочки меня любили, может, любят до сих пор, я не знаю. Тогда у нас вообще не было примеров перед глазами, до чего могут довести наркотики. Поэтому опять же, розовый период, дискотеки, машины, выезды за границу. У меня отец довольно обеспеченный человек, позволял жить безбедно.

Дальше произошло так. Первый курс у меня закончился академическим отпуском из-за того, что когда я пришел на сессию, многие преподаватели даже не поняли, кто я. Но меня это не остановило, появилось только еще большее желание употреблять, тусоваться, общаться.

— Что ты испытывал, когда употребил героин?

Банально, может, звучит, но первый раз не понравилось и второй раз тоже, марихуана просто надоела, она была уже как сигарета, на нее моральный запрет уже был снят, хотелось что-то переступить, еще чего-то запретного попробовать. Я даже не знаю, какие ощущения я испытывал. Физически — безусловно, рвота, мне даже нравилось пить газировку, что бы позже меня ею рвало. Помню даже, приезжали на Невский, центральная улица нашего города, по ней ходила куча туристов, а мы шли и просто блевали посреди улицы. Я до сих пор помню, как на меня оторопело все смотрели. Санкт-Петербург вообще называют русский Амстердам. Наркотики там есть везде, наркотики там есть любые.
За свою жизнь я попробовал от марихуаны до кактусов. Вместе с героином пришли и галлюциногенные грибы, по ним у меня куда более яркие воспоминания. В первый раз, когда я их съел, я надел костюм скейтбордиста и шел по улице.

— Ты уже третий человек, но никто не может дать подробное описание того, что чувствуешь под героином.

Я могу описать вот как. У меня отключались эмоции негативного характера. Там, особенно в розовом периоде, происходит некая стабилизация по эмоциям. Ты один. Сам в себе. Ты одинаковый. Тебе нравится, как тебя медленно накрывает, мягко, нравится, как ты сидишь с сигаретой и засыпаешь, и просыпаешься с уже прожженной рубашкой. Тебе нравится от того, что ты куришь сигарету, и тебя еще больше накрывает, тебе нравится, что время полового акта увеличивается. На меня девушки, которые не понимали, под чем я, смотрели как на гиганта, они еле-еле от меня выползали, между нами говоря. Нравилось даже чесаться, на героиновом сленге — чухаться. Умиротворение на душе. В розовом периоде больше и не чувствовал.

(На этом запись обрывается, далее — по памяти)

Потом помню, как впервые укололся, вновь поехали к барыге, а кайфа мало оказалось, а хотелось уже употребить, появилась некая досада от того, что не мог нормально «расслабиться». Как сейчас помню, стою я в ванной перед зеркалом, странное чувство было, не могу объяснить, ощущение необратимости. Попадаю в вену. Бах! Удар в груди, тепло начинает разливаться по всему телу. И так я стал полноценным наркоманом.

— Когда начал испытывать первые серьезные ломки?

Однажды с мамой поехал к бабушке на дачу, нету и доступа к героину. На следующий день, у меня поднялась температура, мама вызвала доктора. Доктор уже начал диагностировать меня. Уже тогда он сказал моей маме, что, вероятно, я употребляю. Она тогда не поверила.

— Как родители узнали?

Был у меня друг тогда еще, он не употреблял. Волнуясь за мое состояние, он рассказал моей маме про мое увлечение. Дома крики. Я посчитал это предательством, тогда сильно его избил.

— Продолжим, как дальше развивались события?

Уйдя из дома, начал жить отдельной жизнью. Устроился на хорошую работу, так как связей было много. И как по накатанной — сплошные тусовки и прочее. Помню, был момент такой, оказался на квартире у героинщиков с большим стажем. Интерьер меня поразил. Голые стены, два кресла от автомобиля и матрас. Стал себя успокаивать. Со мной такого не будет. Я ведь все контролирую.
Раз как-то я ушел в церковь, год там пробыл, перестал употреблять. Потом ушел оттуда, иду по улице, смотрю человек сидит, в нем сразу узнал своего, подошел к нему с предложением намутить героин. И все по-новой. В этом круговороте событий я снова устраиваюсь на работу, и с самых низов добиваюсь руководящей должности. Но зависимость все сильнее прогрессировала, приходилось колоться прямо на работе. В один из таких случаев произошел форс-мажор, у меня выпадает шприц из кармана, начальство видит это. Как в американских фильмах я собираю свои вещи, и ухожу.

Начинается мое главное героиновое пике. За это время я успел неплохо заработать. Проще говоря, проблем с наркотиками не было, если быть точнее — с их наличием. Но так продолжаться долго не могло. Я проколол три машины и все свои деньги. Наступила эпоха бедности. Пришлось воровать, а иногда грабить людей. Бывало так, что я тратил по 60-80 тысяч в месяц. Но воровал хлеб в магазине. Однако колбаса была, воровать ее проще было. Ресурсы таяли на глазах, в том числе — места на теле, для уколов. Колоться негде уже, вся ванна залита моей кровью, я ору, плачу, не могу найти место для укола, внезапно осознаю, что еще пах можно расшить. Столько радости я в жизни не испытывал. Вот раньше как было, новая машина в радость или любимая женщина. А тут пах расшил. Посмотри, какие горизонты новые. Ты разве не понимаешь?!

Дальше больше, сел в тюрьму, спалили меня на воровстве. Самое, наверное, жуткое время, правда, на тот момент я прекратил употребление. В тюрьме вообще много чего страшного видел, там, в принципе, достать наркотики не проблема. Являлся свидетелем, как за чек героина делали минет. Позже я вышел, и все по-новой, опять уколы, потом уехал в деревню к бабушке. Там начал переламываться, как-то безрезультатно все прошло. Потом пошел в реабилитационный центр, и все закончилось.

— Сожалеешь о том, что произошло?

Да я сделал много чего плохого, но я не сожалею, в конце концов, я стал тем, кем я являюсь. Я сейчас занимаюсь психологией, у меня много разных увлечений в жизни. И стараюсь сделать мир вокруг себя лучше.

 Интервью 4 

Четвертый оказался представителем других наркотиков. Амфетамина. Он употреблял только его.

— Начнем с твоей краткой биографии.

Краткая биография? Родился в полной семье, в семье военного, соответственно поездили мы по частям, были в Архангельске, родился я вообще на юге, в Краснодарском крае, ездили в Архангельск, потом приехали в Санкт-Петербург, там пошел в школу. Ну как, потом школу закончил, поступил в институт, не стал доучиваться, потому что не хотелось этим заниматься, стал жить в компьютерных клубах, там начал употреблять амфетамин, потом вроде пришел в семью, покаялся, приняли обратно.

— Употреблял, потому что лучше играл?

Употреблял в первый раз, чтобы вообще не спать. Украл дома денег, хорошую сумму. Приехал в клуб. Я тогда еще ничего не употреблял, ну так, бывало, пил, и поехал я с сыном друга отца, который сбежал с воинской части, в компьютерный клуб, и уже под утро, сутки пошли, спать хотелось, и я подошел к администратору, и говорю: дай мне эту штуку, чтобы не спать. Он дал, ну и соответственно бахнули, ну вроде полегчало, поехали в Макдональдс, тогда был первый и единственный раз, когда я не захотел есть в Макдональдсе. Вернулись назад, начало отпускать со временем, взяли еще, ну и пошло поехало.

— Получается, у тебя была долгая амфетаминовая зависимость?

Ну как тебе сказать? Я попробовал его в 19 лет, с полгода я прожил в компьютерном клубе, не очень часто употребляя, но через пять лет я начал употреблять часто. У меня был пятилетний марафон без остановок, я в нем спал уже, я в нем ел, каждый день снюхивал две дороги, 10 сантиметров, даже фотографировали, я в нем делал все. Единственное, чем я отличался, это бормотанием сутки на четвертые, потел, ну и то, только первые несколько часов, после приема. Бывало, такое состояние, я иду по квартире, из одной комнаты в другую, по пути мне все интересно — вижу кучу предметов, начинаю их собирать, это может быть: щипчики для ногтей, отвертка, кружка, мобильник.
Бах рука занята, оно все тебе нужно и обязательно тебе потребуется.

— Какие именно ощущения?

Ну вот смотри, понюхал, сел, значит, закурил сигаретку, оно начинает проваливаться в нос, ну такие, не самые приятные ощущения, но уже сам себе в голове рассказываю: «Все, я бахнул, сейчас будет круто». У меня тут же начинается ожидание, что мне прямо будет офигенно, прямо неимоверно. Амфетаминовое вещество прущее, в принципе, одинаковое, зависит только от качества. Вот бахнул, жду, покурил, если в компании там, поболтал, и бывает, вот дальше, момент такой, когда я встал, и начинает вот от живота в грудь подниматься — такое ощущение вот, ну оно бывает, если человеку в школе лицо набил. Такое вот ощущение превосходства, оно поднимается от низа живота в грудь и возникает ощущение превосходства над миром, такое ощущение, что плечи чуть шире становятся, это ощущение сильнейшее, и с этим ощущением, что бы я ни делал, оно мне нравится, и кажется нереально крутым. У меня собака была, я для нее в квартире смастерил будку, потом из этой будки смастерил столик. Зачем я это делал? Ну в общем, все наркотики это дают. Чем отличается состояние трезвости от наркотического опьянения? В опьянении это ощущение превосходства, что бы ни делал. Когда я иду, у меня ощущение что я четко все вижу, я слышу все, я контролирую целиком всю ситуацию на улице, что бы ни происходило, я знаю, как все будет, я знаю, что я пойду через дорогу, где летят автомобили — все будет хорошо, я не попаду под машину.

Вот даже случай был. Сижу на остановке, очень оживленное движение, достал пакет с наркотиком, достал пачку сигарет, снюхал с пачки, еще пакет поднял перед лицом, посмотрел, сколько осталось, закрыл, убрал и, знаю, что все будет четко. Или вот, например, еще. Пару раз меня милиция останавливала за курение около метро. За наркотики не попадался никогда, так уж получилось, что я не выглядел, как наркоман. Ну и вот мент к машине ведет, а у меня в рюкзаке 3 грамма, при этом мне звонит друг, который еще хотел грамм взять.

Я ему говорю: «Женек, погоди, меня тут приняли, созвонимся через полчасика». Мент смотри на меня и говорит: «Приняли?!»Я говорю: «Ну это так, по приколу». Он говорит: «Ты ничего не бахаешь?» Я говорю: «Ты че гонишь? Я чего, на наркота похож?» Он говорит: «Да вроде как нет. Покажи, чего у тебя в карманах». Я беру рюкзак, ставлю ему на сидение, в кармане у меня мобила и все. Он говорит: «Поехали, протокол составим». Я говорю: «Братан, позвони моему шефу, я на работу опаздываю, у меня ни на взятку нет тебе, ничего, ну, жопа, говорю». «Ладно, говорит, иди».

А еще один раз брали прямо в метро. Я говорю: «Мне нельзя, у меня отец в администрации. Вы чего гоните».

Ну и по большому счету, если подумать — это все безумие. Я всегда ходил и у меня в кармане всегда был вес.В общем, меня проносило, бог миловал. Подруга как-то звонит, говорит: нас в «Карусели» приняли за воровство. Говорю, сейчас приеду, рассказывал, что я из ОСБ.

— Амфетамин — наркотик внутреннего величия, по сути?

Ну конечно. Ну они все такие. Что героин, что винт. Все говорят одно и тоже. Все могу в нем.

— Ты кроме амфетамина ничего не употреблял?

Нет, я всегда боялся других наркотиков. Боялся каких-то проверок. Правда, один раз, колесо какое-то бахнул. А еще кокаин пробовал, по ощущениям он как очень хороший амфетамин. Но он не рентабелен.

— Что тебя в центр привело?

Там вообще с другой стороны ситуация повернулась. Употреблял фен. Работал. Тут фена не стало. Ну и, соответственно, состояние это пропало. Я просыпаюсь утром и не понимаю, что происходит, куда-то идти, что-то делать. Зачем? Позже отошел от всего этого. В общем, около года не употреблял. Ну и позже что-то начал пиво пить. Потом, помню, вообще в двухнедельный запой ушел. Ну и начал бухать. Ушел с работы. Ну и я реально начал терять все. Бухал паленую водку. Я полтора литра водки в сутки выпивал. В течение полутора лет. Потерял работу, потерял все. Я уже при помощи фена с бухла пытался слезть. Уже не получалось. Состояния было, что трясло.

Момент такой. Утро. С кровати скулит собака. Я просыпаюсь, но мне похрен, что она скулит. Я знаю что, она голодна, но мне все равно, потому что сейчас на улице, возле щитовой, дворник с местными пропойцами будет бухать и, может быть, я себе бесплатно 100 грамм вымучу. Я выхожу из квартиры, к ногам падает записка. Это моя старенькая соседка, слева, написала: «Верните тысячу рублей, мне не хватает на операцию». Слышу скрип. Я быстро закрываю дверь. Бах! Скрип прекратился. Я думаю: «Фу, клево, смог!» Позже иду к лифту. По пути замечаю запись на стене. Там написан номер моей квартиры.И надпись: « Тварь, верни долг». Это коллекторы.

Подъезжает лифт, останавливается, я — бах, за стенку, псину держу, чтобы, не дай бог с кем-либо из соседей встретиться. Я должен всем.Я захожу в лифт, вроде все нормально. На третьем этаже останавливается. Заходит сосед, один из тех, кому я должен. Я ему говорю: «Извините, на работе зарплату задерживают». Какая работа? Я в 8 утра в говно. О чем я рассказываю? Я выхожу и быстро выбегаю из подъезда, потому что с кем-либо из соседей я встретиться не хочу. Встречаю местных алкашей, и один из них Валентин, он уже еле ходит, в принципе он отребье, говорит мне: «Мы тебе не нальем». Даже после этого момента я не пошел на реабилитацию. Потом тоже был момент: сидим с другом — нанюхались, выпили. Он говорит: «Я, кажись, сдохну через две недели». Я говорю: «Ну что? Я с „ребухой“ тебе помогу».

Звоню отцу и прошу о помощи. А возможности в семье есть. Хорошие возможности. Он отвечает согласием. В момент, когда машина приехала, я смотрю в его глаза, я таких глаз в жизни не видел. Друг говорит: «Не пойду, ни за что».
А через день мы сидим, все нормально. Ну как нормально? Апрель месяц, я нарядил елку. Сидим, играем в покер. Я понимаю — все, ну дальше уже некуда. Позвонил отцу, сказал, что на ребуху поеду я. Благодаря Степке, другу моему, у меня внутренне все как-то упало. Через день я собрался, поехал на ту ребуху, побыл там и понял, что мне не хватает развития. Тогда приехали другие профилакторы. И, собственно говоря, трезвый я второй год и месяц.

— Значит, у тебя проблемы были больше с алкоголизмом?

Они уже настолько смешались. Я возлагал надежды на амфетамин, на то, что при его помощи я спасусь. Я проиграл, потому что у меня с сердцем начались проблемы. Позже все равно запил. Невозможно так чтобы употреблять одно и не употреблять другое. Из-за амфетамина цепочка чуть дольше вилась.

— Сейчас у тебя есть сожаление о том, что произошло вообще?

Правильное слово — сожаление. С начала реабилитации у меня было чувство вины. Ну, все потеряно. Но потом оно сменилось на чувство сожаления потому, что это опыт благодаря которому я тот, кем я сейчас являюсь. В принципе, то, как все идет, сейчас мне нравится. Трезвость далеко не кайфовая штука. Она тяжелая по своей сути, по сравнению с употреблением, но в ней есть свои плюсы, она не сокращает твою жизнь и не превращает ее в безумие.

— Я знаю, что амфетамин воздействует на дофамин, нейромедиатор мотивации. Соответственно у тебя с мотивацией, вероятно, были проблемы. Что тебя мотивирует сейчас?

Слушай, ну я тебе так скажу, на ребухе все бесило. Мне не нравилась ребуха. Да она и в принципе не должна нравиться. Она вызывала прямо раздражение. Мотивировало два момента.

Момент первый: я сто процентов знал, что когда все это закончится, у меня будет возможность начать жизнь с нуля. В семье нет проблем с деньгами, у меня открыты все дороги. Остальные ребята приходят из бедных семей на эту ребуху, на эти копейки, они выйдут, и у них максимум работать грузчиками.
Момент второй: раз в неделю, казалось бы, такая мелочь, как звонок маме. Я как посмотрел, 80% процентов ребят выливают какую-то ненависть. А меня мотивировало, то, что я с ней в жизни не разговаривал так хорошо.
Ну и вкупе так получилось, что звонки маме, открытые дороги в жизни и осознание того, что я продержался еще месяц, вырвало меня из этой клоаки.

***

Странное совпадение: у всех родители военные и трое из четырех из Питера; все примерно одного поколения. Однако первый — совершенно обычный человек, второй — представитель криминального мира, третий — спортсмен, хронический победитель, четвертый — любитель поиграть. Употреблять они стали при разных обстоятельствах, для этого были разные предпосылки. В отличие от тысяч других джанки, героям этих интервью удалось завязать.