Ксения Курбатова Фото: Greedy for Best Music, Short París На вопрос о жанре своих композиций Shortparis никогда не давали однозначного ответа, варьируя его от загадочных определений «андерграунд-поп» и «пост-панк» до более обобщающего «аудиотеатр». Гораздо важнее для группы всегда было не название жанра, а её аудитория и формы взаимодействия со слушателем. На живых выступлениях музыканты проводили смелые эксперименты, вызывая лёгкое отторжение у одних и неподдельный интерес у других.

Саша Кроп Во время чеченских кампаний война звучала не только в сводках новостей, но и в эфире радиостанций и музыкальных каналов. Группа «Любэ» и ансамбль ВДВ «Голубые береты» по-разному говорили о конфликте, но их песни крутили по радио, слушали в казармах и на концертах в горячих точках, формируя представления о войне у тех, кто был в тылу, и у тех, кто находился на передовой.

Лия Франц Иллюстрация: Виктория Мирошниченко , специально для Дискурса Как написать текст, который станет чем-то большим, чем очередной медийный юнит, сотни и сотни которых вы просматриваете каждый день, сёрфя телегу в утомительных метрополитеновых трипах? Можно ли устроить так, чтобы создательницу текста хотелось полюбить или возненавидеть, обнять или расстрелять?

Дискурс Лев Рубинштейн в детстве (1947–2024) Первый том собрания сочинений Льва Рубинштейна — поэта, эссеиста и одного из ключевых авторов московского концептуализма — открывается книгой « Это я ». В неё вошли рассказы, которые устроены как длинная прогулка памяти: от детских фантазий о бездомности как приключении — к артефактам эпохи: мокрый мартовский снег в день похорон Сталина, радиоголос Левитана и столовская подлива.

Алексей Плуцер-Сарно Иллюстрация: Иван Кобрин , специально для Дискурса Хуй, он же херъ, он же «слово из трёх букв» — не просто элемент обсценной лексики, но и настоящий символ русского языка. Можно сказать, его вечный фаллос, подчиняющий себе языковую материю неуёмной энергией и безграничьем значений.

Никита Котов Портрет Кнута Гамсуна нарисовала Анна Горденко Кнут Гамсун — один из самых популярных писателей Норвегии. Его книги изменили Норвежскую, а затем и мировую литературу, но в середине 20-го века он оказался на неправильной стороне истории, что сделало его творчество неотделимым от моральной катастрофы.

Дискурс «Две женщины в окне» / Бартоломе Эстебан Мурильо (1655-1660) Смех кажется чем-то естественным и безобидным — реакцией тела, вспышкой эмоции, моментом свободы. Но женский смех всегда был зоной контроля. Его регулировали, осуждали, ограничивали, потому что он способен разрушать иерархии, высмеивать порядок и выводить человека из подчинения. Долгое время смех считался неприличным для дам, но через литературу, культуру и народные праздники женщины отвоевали право на иронию.

Хубяр Агаев Иллюстрация: Иван Кобрин , специально для Дискурса Можно ли связать наблюдения над шимпанзе из нидерландского зоопарка с историей британского премьера Бориса Джонсона? Чем эмоциональная жизнь бабуинов кенийских саванн похожа на отношения сингапурцев с режимом Ли Куан Ю? Политический антрополог Хубяр Агаев показывает, как социальная динамика обезьяньих стай и политическое поведение человека подчиняются одним и тем же закономерностям, выявленным биологами и эволюционными антропологами.

Саша Кроп «Алимсултанов остается фигурой перехода — между традиционным эпосом и авторской песней, между фольклором и политической реальностью, между памятью о прошлом и попыткой осмыслить настоящее» / Иллюстрация: Веша Далесова Музыка русско-чеченских войн — это не только отклик на конкретные события, но и способ связать разрозненные исторические травмы в единое повествование.

Николай Вокуев «Исчезновение локального знания — отнюдь не мелочь. Это разрыв более широкой сети понимания, поддерживающей благополучие как человека, так и экологии. <...> Признаём мы это или нет, но мы все вовлечены в общие экологические системы, где локальные раны неизбежно отзываются глобальной болью» / Дискурс Нейросети порой кажутся всезнающими.

Присылать материалы Самиздат поддерживает независимых авторов, предлагая помощь горизонтальной редакции, среду интеллектуального сотрудничества, внимание и отклик самых лучших читателей по всему миру, а также право участвовать в коллективном редактировании материалов и голосовать за публикации, определяя таким образом содержание открытого журнала.

Дискурс Фотография Анны Михайлиной, снимок середины 1970-х Иногда стихи и проза ощущаются как хроника жизни, в которой любовь неотделима от времени. В книге «Дом поэтессы» собраны произведения Анны Михайлиной и её возлюбленного Александра Малиновского. Михайлина — филологиня, поэтесса, писательница и участница левого социалистического движения. Ее жизнь — это не только писательство, но и родительство, дружба, поддержка политзаключенных, кошки, собаки и даже медведица.

Саша Кроп «Новая война наследует не только язык предыдущей, но и её травмы, её невысказанность и невозможность быть до конца понятой теми, кто остался в мирной жизни» / Иллюстрация: Веша Далесова Обе русско-чеченские войны оставили за собой сотни тысяч разрушенных судьб, однако их голоса почти не были услышаны.

Анна Винкельман «Кант и его сотрапезники» Эмиль Дерстлинг (1893) Философия — не застывшая дисциплина, а живой процесс, который переплетается с биографией. Этому посвящена книга Анны Винкельман: преподавательницы философии и ведущей мастерской « Фонарь» : прогулка по длинной дороге из школы, выговор за сигарету на пожарной лестнице и неловкие разговоры переплетаются с переосмыслением классики и анализом концепций Канта и Кьеркегора.

Марта Гвай Талант Афанасия Фета проявился рано. В 1840-м году, когда он выпустил первый сборник «Лирический пантеон», ему не было девятнадцати лет. Напечатать сборник ему помогает друг по университету, Аполлон Григорьев. С 1841 года Фет регулярно печатается в журнале «Москвитянин» Михаила Погодина, а с 1842 года — в «Отечественных записках», который издает неистовый Виссарион [1] .