Мечта на экспорт

Людей с ментальными особенностями в обществе стараются не замечать. А они просто идут своей дорогой. И мир меняется

Помогаем Жизненный путь Помочь

Арик увлекается и вместе с заусенцами стесывает наждачкой угол заготовки для фонарика. Таких фонариков за несколько лет работы он сделал не одну тысячу. Но немного забыл, как правильно. Потому что не был в мастерской уже три года.

Несколько лет назад Арика побил дворник. Для его мамы это стало последний каплей — ей стало страшно оставаться в Москве, и они с Ариком переехали в Израиль.

Но Арик очень хотел опять оказаться вместе со всеми ребятами за столом в мастерской, слушать замечания Андрея, вдыхать запах дерева и наблюдать, как сверло, повизгивая, погружается в болванку, чтобы потом стать удивительной деревянной игрушкой. Каждый день он спрашивал у мамы, когда же они поедут в Москву или пригласят Андрея в Израиль. И вот на два дня мама привезла его в Москву. Специально в «Артель блаженных».

«Я не маленький, мне 24 года, — несколько раз быстро повторяет Ариэль. — Вы видели мои поделки?» То, что сделанные им игрушки можно дарить друзьям и знакомым — его особая гордость. Арик, захлебываясь словами, рассказывает: «Все-таки здорово, что мы приехали. Я так рад видеть Андрея. Мне так здесь нравится». Потом снова погружается в работу, и за столом наступает тишина, лишь слышен шаркающий звук наждачки по дереву и работающего станка.

Арик в «Артели блаженных»Фото: из личного архива

В мастерской восемь человек сосредоточенно работают, склонившись над столом. Но по Арику видно, как он взбудоражен и вот-вот снова начнет делиться эмоциями. Рассказывает, как долго они вчера летели в Москву и стояли в пробках. И вот теперь он здесь и очень этому рад.

Он уже, конечно, не помнит, как в первый день кричал под дверями столярной мастерской, что туда не пойдет, не хочет, и вообще он никого там не знает, отстаньте. Андрей посмотрел на упиравшегося мальчика и сказал ему: «Не хочешь идти? Ну и ладно, не надо. У меня тут полно ребят, есть кому работать». И Арик тут же пошел за ним. Эти несколько шагов перевернули его жизнь и подарили главное — смысл. За те же самые несколько секунд, которых когда-то хватило акушерке, чтобы навсегда изменить жизнь маленького Ариэля и его мамы Светланы.

В «Артели блаженных» работают даже те, на ком давно поставили клеймо «необучаем»

Тяжелая родовая травма, ранний детский аутизм. Путь, уготованный в России детям с ментальной инвалидностью, прост и короток до ужаса: сначала коррекционные школы, а потом полное забвение. Человека списывают со счетов, запирают в четырех стенах и недоумевают: какая еще работа, какие еще развитие и общение?! Государство пенсию платит? Платит. Вот и не мозольте глаза. Вместе с детьми в забвение и заточение отправляют их родных. Лишенного дела человека с ментальными особенностями одного не оставишь. От безделья и не растраченной энергии начинаются приступы, агрессия, депрессия, их глушат лекарствами, и так до бесконечности — замкнутый круг.

Андрей Тевкин смог этот круг разорвать. Он создал «Артель блаженных» — столярную мастерскую для взрослых и ребят с разными ментальными особенностями, у которых практически нет шансов найти работу. Возможность работать для них — не только вопрос заработка, но и один из немногих способов сохранить человеческое достоинство.

Андрей Тевкин (слева) и Арик в мастерской до отъезда в ИзраильФото: из личного архива

В «Артели блаженных» работают даже те, на ком давно поставили клеймо «необучаем». Арик как раз из таких. Все специалисты, на протяжении многих лет его обследовавшие и наблюдавшие, были единодушны в своих заключениях — может удерживать внимание одну минуту, тяжелейшая форма синдрома дефицита внимания и гиперактивности. В первый же день в «Артели» Арик увлеченно и сосредоточено работал четыре часа подряд. А когда уже на третий день стало получаться, из мастерской его было не увести. Мама говорит, что «Артель» для Арика стала переломным моментом в жизни, именно здесь он почувствовал себя человеком. И все-таки им пришлось уехать.

Арик взбрыкнул в 18 лет. Стал говорить, что опека и сопровождение ему не нужны, после работы убегал, зависал часами в метро и не отвечал на телефонные звонки. Шум подземки и бесконечное движение поездов Арика совершенно завораживали. Чем старше он становился и чем больше стремился к самостоятельности, тем страшнее маме было за его жизнь. В чем-то он соображает лучше других, а в чем-то совершенный младенец, наивный и добродушный. Может уйти с чужим человеком и совсем не понимает, почему у кого-то может вызвать ярость.

Внешне по Арику не скажешь, что у него есть какие-то особенности, поэтому внезапное изменение поведения взрослого молодого человека часто вызывало агрессивную реакцию окружающих, особенно в транспорте. Арик мог начать что-то громко говорить или резко двигаться. Было несколько неприятных инцидентов. А потом Арика обматерил и побил палкой от метлы дворник из соседнего двора, и Светлана решила, что нужно уезжать.

В Израиле Ариэль живет в специальном социальном хостеле в Тель-Авиве с такими же ребятами с расстройствами аутического спектра. Там есть сопровождение. Но все же это не с мамой за ручку. Он стал гораздо самостоятельнее, у него там свое общество, друзья, своя жизнь. Каждое утро их возят на работу в центр занятости. С девяти до двух — нехитрая монотонная работа. Фасовка, сборка. Никакого творчества. Арик очень скучал. Светлана обыскала весь Израиль в поисках центра, подобного «Артели блаженных». И ничего не нашла. Единственная немного похожая мастерская, руководит которой такой же увлеченный подвижник, как Тевкин, рассчитана на людей с серьезным расстройством психики и глубокой шизофренией. Профиль совсем не тот.

Арик и Эран. Первая израильская поделка Арика — тарелка из оливкового дереваФото: из личного архива

Если Светлане когда-нибудь надоест преподавать музыку, она сможет стать главным экспертом по столярному делу в Израиле. Вряд ли кто-то еще так изучил все столярные мастерские в стране. Как-то она решилась написать письмо Эрану — владельцу небольшой столярной мастерской в кибуце на юге Израиля. Рассказала про Арика и его пристрастие к столярному делу. Тот пригласил их приехать, а когда увидел, как загорелись глаза у Арика при виде столярных инструментов, решил с ним заниматься. С легкой руки Светланы Эран выиграл в Израиле грант на организацию столярной мастерской для людей с ментальными нарушениями. И теперь собирается приехать в Москву, познакомиться с Андреем и посмотреть, как устроена необыкновенная «Артель блаженных», о которой ему все уши прожужжали мальчик Арик и его мама. Может быть, скоро мечта Андрея Тевкина о создании Артелей для людей с особенностями начнет осуществляться. Пусть пока и не в России, а на Ближнем Востоке. И Арик станет лучиком, проводником этого движения.

В мире аналогов «Артели блаженных» практически нет. А то, что есть, сильно отличается. «В большинстве своем это места, где из людей куют расслабленных идиотов», — считает Андрей Тевкин.

Но прежде чем из рук особенных столяров начнут появляться удивительные игрушки, каждый перепортит не одну заготовку. Чтобы научить, передать умение обращаться с деревом и работать с инструментами, нужны мастера-сопровождающие и специалисты, знающие подход к обучению людей с особенностями. Если вы подпишетесь на ежемесячное пожертвование, другие — с виду взрослые, — но все такие же беззащитные мальчики и девочки смогут начать работать по-настоящему. Они очень хотят, но надо помочь им сделать первый шаг.