Дмитрий Савелов: «Петиция на Change.org – это не количество подписей, а вовлечение людей в решение проблемы»

Люди стали активнее пользоваться онлайн-инструментами для решения проблем. Они не только устраивают сбор подписей, но и продумывают более сложные способы вовлечения граждан: удаленно собирают группы волонтеров, призывают читателей рассказывать свои истории и писать обращения чиновникам, привлекают внимание СМИ и общественных организаций.

Об этом рассказал директор онлайн-платформы для размещения петиций Change.org в Восточной Европе и Центральной Азии Дмитрий Савелов. Замредактора Теплицы Наталья Баранова поговорила с экспертом о том, чего удалось достичь за пять лет работы в России.

По словам эксперта, сейчас по всему миру 180 миллионов пользователей Change.org из 196 стран. В России — 12,5 миллионов. В среднем каждый месяц появляется 500 тысяч новых пользователей. В апреле 2017 года было создано 2,5 тысячи петиций, и присоединилось 687 тысяч новых пользователей.

Если в 2012 году, в год запуска платформы в России, было всего 13 побед, то сейчас их больше тысячи. В день одна петиция достигает результата.

— Дмитрий, как за пять лет существования платформы изменилась вовлеченность пользователей? Что нового появилось в ведении кампаний?

— Пять лет назад — это был совершенно новый инструмент, сейчас мы пытаемся объяснить пользователям особенности change.org. Это живое сообщество людей, которые объединяются вокруг важной для них проблемы на определенное время. Change.org помогает сформулировать, новое понимание того, что значит работать вместе, вовлекать журналистов, экспертов, НКО, чиновников. Со временем люди стали эффективнее использовать онлайн-инструменты.

Раньше было так: человек создает петицию, если много подписей, ее замечает СМИ, так об истории узнавали, и петиции становились успешными. Сейчас на платформе формируются интересные и сложные способы организации людей онлайн.

Например, кампания жительницы Омска Ольги Рыбковской за право доступа в реанимацию родственников больных, запущенная весной 2016 года. Она собрала 360 тысяч подписей. Она отлично выстроила работу с подписантами: просила рассказать личные истории, массово обращаться к чиновникам, работала со СМИ. В итоге Ольга не только добилась доступа близким в реанимацию, но и организовала группы волонтеров-психологов и волонтеров-юристов в разных регионах.

— Что показал опыт работы в России?

— В России сайт быстро вырос до больших масштабов. Мне кажется, главная причина – эффективность платформы. Одна петиция в день добивается результатов, и это мотивирует людей возвращаться на сайт. Наша платформа повышает вовлеченность жителей города в процессы принятия решений.

Опыт пользователей показывает, что в разных регионах России добиваться решения проблем можно, объединяясь онлайн, а не только ходя в одиночку по разным инстанциям. Например, московский журналист Вадим Кондаков создал петицию в помощь незрячему мужчине из Калужской области. (называется «Вытащите незрячего из домашнего ада» — прим.ред.) 180 тысяч человек его поддержали. Он не только добился нового жилья, но и организовал сбор средств, на которые буквально на этой неделе купили квартиру.

Ольга Кнор, жительница Москвы, узнала, что под Самарой найдены клетки с двумя истощенными медведями. Создала петицию, собрала волонтеров, деньги. В итоге, медведей спасли. Таких историй много: люди решают проблемы в других регионах.

— Как реагируют на петиции частные компании и государственные учреждения?

— Отклик от адресатов активный. В конце 2016 года мы запустили верификацию адресатов на платформе – компании сами могут зарегистрироваться. У нас зарегистрированы «Первый канал», Министерство здравоохранения, «Сбербанк», МТС — десяток компаний. То есть если раньше адресаты петиций отвечали зачастую через СМИ или напрямую, сейчас ведут диалог на платформе, публично с авторами петиций.

Еще по теме: 7 правил эффективного социального проектирования

Отличный пример — кампания Светланы Лапиной. 400 тысяч человек высказались за то, чтобы Сбербанк не забирал у Светланы, инвалида 1 группы, переживающей 4 стадию рака, квартиру, взятую в ипотеку. Сбербанк не только оставил жилье, но и полностью пересмотрел свою страховую политику. Мы заметили, что после этого Сбербанк начал активно работать и с другими кампаниями на нашей платформе.

С частными бизнесом, по опыту пользователей, проще работать — он чувствителен к публичным вещам. Да и много петиций, адресованных бизнесу, написаны в позитивном ключе: мы любим этот бренд, но хотим, чтобы он улучшил свою политику.

— А чиновники пользуются платформой?

– Да, есть примеры, когда сами депутаты пишут петиции. Один из недавних примеров – депутат Любовь Духанина создала петицию за открытие детских летних лагерей при школах и добилась поставленной цели. Ну, и постоянно не только отдельные чиновники или политики, но и целые партии поддерживают те или иные петиции на Change.org.

— Какие проблемы больше всего вызывают резонанс?

— Скорее, в первую очередь, это проблемы здравоохранения, вопросы доступа к лекарствам. Например, Светлана Лапина, та самая, что добилась от Сбербанка пересмотра страховой политики, начала новую петицию за право получить очень эффективный, но недоступный в нашей стране препарат для онкологических больных.

В 2013 году была громкая успешная петиция за спасение 31 больницы в Санкт-Петербурге. После нее в регионах пошла волна с похожими петициями — и несколько побед.

Потом были ряд петиций против расформирования детских садов для детей с проблемами слуха и зрения. Началось все с одного детского сада в Магнитогорске, но люди в других регионах увидели, что в там удалось сохранить лечение для детей и это привело к целому ряду побед в разных регионах. У меня ощущение, что именно так на Change.org выросло сообщество людей, которые поддерживают друг друга, например, в вопросах здравоохранения. Кроме того, всегда популярны темы прав животных, это самые эмоциональные петиции, прав потребителей, прав человека, вопросы образования и культуры и другие.

— Давайте попробуем составить собирательный образ успешной кампании. Что непременно нужно учитывать?

— Во-первых, в петиции важно изложить суть проблемы так, чтобы ее поняли люди, которые о ней слышат впервые. Хорошо работают личные истории. На платформе они, однозначно, объединяют больше людей. Все потому, что так легче прочувствовать проблему. Во-вторых, в успешной кампании четко определен адресат. До сих пор 70-80% адресованы Президенту. Понятно, что по большинству вопросов решение принимает не он лично. Так что нужно определить верного адресата. Это простой момент, но важный.

В-третьих, авторы успешных кампаний вовлекают своих подписантов. Петиция — это не количество подписей. За каждой из них стоит реальный человек. В конце 2016 года мы проводили исследование, узнали, что 81 % людей, подписавших петицию, хотели бы еще что-то сделать для помощи автору. Помочь временем, контактами, знаниями. Это нужно учитывать. И, в-четвертых, необходимо уметь работать не только с подписантами, но и с экспертами, СМИ, искать контакт с людьми, кто принимает решение по вашему вопросу, искать конструктивный диалог и быть готовым к нему.

— Есть ли в планах внедрить новые функции для платформы?

— Сейчас мы тестируем новый раздел «Сообщества» на сайте. В нем люди смогут обсуждать дальнейшие действия кампании. Сейчас люди могут только комментировать петиции, но мы хотим улучшить интерактивность, развить дискуссию. Люди смогут общаться с автором, напрямую предлагать свою помощь и обсуждать идеи совместных действий.

Еще мы работаем с системой верификации адресатов. Хотим улучшить этот инструмент, сделать его проще в использовании. Также в ближайшие месяцы мы выпустим гид для пользователей о том, как вести успешную кампанию.