Ученый: Региональная экологическая оценка должна быть единой для ГЭС «Эгийн-Гол», «Шурэн» и «Орхон»

Россия уважает суверенное право Монголии развивать энергетику, но делать это нужно так, чтобы не навредить озеру Байкал. Об этом говорится в публикации «Каскад вопросов по монгольским ГЭС», размещенной на сайте Иркутского научного центра СО РАН.

В статье рассказано об итогах первого заседания российско-монгольской рабочей группы, созданной для комплексного рассмотрения вопросов, связанных с планируемым строительством в Монголии гидротехнических сооружений на водосборной территории реки Селенга. Решение о создании такой группы было принято еще в декабре 2016 года, в ходе 20-го заседания МПК (оно прошло тогда в Улан-Баторе). Впервые собраться участники группы должны были еще в августе, но из-за политических пертурбаций в соседней стране (выборы президента, смена правительства и т.д.) дело было отложено до октября. В итоге первое заседание прошло в Улан-Баторе 2-4 октября, информации о нем в открытых источниках мало — некоторые итоги приведены только в сухом пресс-релизе Минприроды РФ. Из сообщения пресс-службы ИНЦ СО РАН теперь можно узнать дополнительные подробности. Например, о том, что в первой встрече «принимали участие по 32 представителя с каждой стороны». И что «заседание проходило в атмосфере традиционного взаимопонимания, дружбы и сотрудничества».

Самое ценное в публикации — комментарии академика РАН и научного руководителя ИНЦ СО РАН Игоря Бычкова, который входит в состав рабочей группы и принимал участие в заседании. Накануне заседания, еще в сентябре, #СпасиБайкал публиковал эксклюзивное интервью с ученым, где он уже обозначал свою позицию по многим вопросам, связанным с проблемой монгольских ГЭС (тот текст можно почитать вот здесь). Как минимум одно решение, о котором говорил Бычков, по итогам заседания рабочей группы принято — в ее рамках создана подгруппа из ученых, которая сможет собираться чаще, чем вместе с чиновниками. И заняться научным сопровождением проектов, что, уверен Бычков, позволит ускорить урегулирование ситуации.

О проведении региональной экологической оценки

По словам Игоря Бычкова, монгольская сторона заявила о приоритете трех гидротехнических сооружений в бассейне реки Селенги – ГЭС «Эгийн-гол» (315 МВт) и «Шурэн» (245 МВт), а также водооотвода «Орхон – Гоби» (в рамках которого также планируется построить ГЭС мощностью до 100 МВт). Проектом ГЭС «Эгийн-гол» занимается отдельная госкомпания, подконтрольная правительству Монголии; два других проектируемых сооружения входят в программу развития инфраструктуры горнодобывающей промышленности MINIS, которая реализуется при поддержке Всемирного банка (ВБ). Именно по ГЭС «Шурэн» и водоотводу «Орхон – Гоби» весной этого года в Бурятии и Иркутской области прошли общественные слушания.

В ходе заседания рабочей группы, по данным Минприроды РФ, Монголия передала России доработанные по итогам этих слушаний документы – теперь это предварительный вариант Технического задание на проведения региональной экологической оценки (РЭО) района бассейна реки Селенга и озера Байкал в контексте проекта строительства ГЭС «Шурэн» и проектов развития гидроэнергетики и водоотвода «Орхон». Документ передан на русском языке, для изучения и внесения предложений для доработки. Времени в обрез — рабочая группа должна рассмотреть это ТЗ до мая 2018 года.

Проблема в том, что в этом документе напрямую не упоминается проект «Эгийн-гол». Более того, этот проект еще несколько лет назад вроде бы даже прошел стадию ОВОС (оценка воздействия на окружающую среду), итоги которой в России не видели. Причем они, видимо, не сильно впечатлили и ЮНЕСКО, потому в резолюции 41-ой сессии Комитета Всемирного наследия, которая прошла в июле 2017 года, прописана рекомендация для Монголии провести дополнительное изучение воздействие проекта ГЭС «Эгийн-Гол» на биологическое разнообразие бассейнов Селенги и Байкала. Кроме того, в той же июльской резолюции КВН рекомендовал России и Монголии провести совместную трансграничную стратегическую экологическую оценку (СЭО) для любых проектов в области гидроэнергетики и использования водных ресурсов, которые могут оказать потенциальное воздействие на озеро Байкал.

Во всем этом легко запутаться, поэтому объясним расклад на пальцах. Итак, есть программа MINIS, которая на деньги ВБ теперь готовится объявить тендер на проведение объединенного РЭО проектов «Шурэн» и «Орхон». Есть отдельный проект «Эгийн-гол», который тоже вроде бы должен что-то доисследовать. Причем в том же водном бассейне. И есть рекомендация провести трансграничное СЭО (за это ратуют экологи, в том числе Гринпис России, и морально поддерживает Минприроды РФ) — дело явно хорошее и полезное, но не быстрое.

Но на практике есть только готовое ТЗ на РЭО, пусть лишь по проектам, которые входят в MINIS. Актуальная задача, уверен Игорь Бычков, — сделать так, чтобы РЭО затронула все три проекта. «Всемирный банк, который принимал участие в заседании и этой рабочей группы, четко сформулировал, что в планах банка планируется оплата финансирования РЭО только для двух объектов: «Шурэн» и «Орхон». Непонятно, кто и как будет оплачивать оценку не двух, а трех объектов. Но отдельно делать оценку «Эгийн-Гол» методологически неправильно», — убежден ученый.

И он прав, ведь, в случае такого охвата РЭО, по сути, может стать той самой СЭО. «Не важно название — РЭО или СЭО, важна суть и содержание исследования, — отмечал ранее глава Бурятского регионального отделения по Байкалу Сергей Шапхаев. – Наиболее оптимальным на данном этапе путем представляется идти через доработку именно ТЗ на РЭО как наиболее проработанного документа. Это и быстрее, и эффективнее — этот процесс уже идет, в то время как про СЭО еще никто не думал. На наш взгляд, это будет наиболее красивым выходом из ситуации, в том числе для ВБ».

Бычков также считает, что Монголия должна найти соответствующее финансирование для проведения РЭО всех трех объектов в полном объеме. Иначе рабочая группа, фактически, не сможет выполнить ни условия Всемирного банка, ни рекомендации КВН ЮНЕСКО. И саму РЭО провести будет невозможно, «потому что у группы нет заказчика на проведения подобной оценки», говорит Бычков.

О том, что нужно изучить

«Здесь должна быть последовательность. Слишком велика цена ошибки. Слишком велики возможные экологические последствия. Параметры одной из ГЭС сопоставимы с параметрами Красноярской ГЭС — высота 103 метров, длина 800 метров, там еще ставится компенсирующая плотина и вырабатывается всего 315 МВт, когда на Красноярской ГЭС получают 6000 МВт — в 20 раз больше. Стоит ли сегодня оказывать какое-либо воздействие на окружающую среду при такой экономике? Может быть, и не стоит», — отмечает академик РАН.

Он уверен, что «сегодня должно оцениваться кумулятивное влияние строительства всех трех сооружений на экосистему реки Селенга и озера Байкал. Исходя из тех компетенций, которые есть, эта оценка должна иметь различные природные сценарии при работе гидротехнических сооружений, по потреблению электроэнергии. Необходима долгосрочная оценка, как эти сооружения могут влиять на Байкал. Это должно происходить на самом высоком уровне научных знаний и возможностей. Для дельты реки Селенги важны если не ежегодные, то регулярные пропуски большой воды — под напором прочищаются протоки. Таких нюансов очень много. Задача не только количественно, но и качественно просчитать... На сегодня мы знаем, что если не будет строиться компенсирующая плотина, которая будет зимой перехватывать воду, которую эта ГЭС будет сбрасывать, то резко изменится гидрологический режим – в результате зимой на границе с Россией воды будет в 10 раз больше, чем прежде. Как это повлияет на экосистему Селенги и, соответственно, Байкала? За счет того, что весной будет меньше воды (особенно в маловодные периоды), произойдет ли прогревание Селенги? Как изменение температуры в основном притоке озера повлияет на выживаемость икринок омуля?», — задает вопросы Бычков.

И тут же резюмирует: «Из того, что мы знаем, уже есть четкая уверенность, что это строить нельзя».

Об альтернативах ГЭС

В то же время, подчеркивает ученый, Россия уважает суверенное право Монголии на обеспечение собственной энергетической безопасности и доступ населения к чистой воде. Но призывает соседа «принимать все возможные меры для предотвращения негативных последствий для объекта Всемирного наследия ЮНЕСКО — озера Байкал». «Это та основа, те принципы, на которых Россия строит взаимоотношения с Монголией. Поэтому вопрос «строить или не строить» может решаться и приниматься только после того, как в рамках сегодняшних компетенций мы установим вместе с монгольскими учеными, вместе с зарубежными специалистами — других, третьих стран, что негативного воздействия не будет. Тогда можно переходить к следующим этапам — проектированию, строительству и запуску», — отметил также научный руководитель ИНЦ СО РАН.

«Россия никогда не выступала против каких-либо планов Монголии в связи с ее развитием. Мы считаем, что монгольское правительство и ученые могут принять все необходимые решения и реализовывать их относительно тех водных ресурсов, которые не впадают в реку Селенга, которая является составной частью многих бассейнов рек и озера Байкал», — говорит Бычков. По его мнению, есть реальные альтернативы ГЭС — это «поставка электроэнергии из России и Китая, модификация сегодняшней системы энергоснабжения Монголии, развитие угольных, ветровых или атомных ТЭЦ, солнечных электростанций. И даже гидроэнергетических станций разного типа».