«Помогает держаться сила воли»

Игорь приходит к «Ночному автобусу» почти каждый день, десять лет подряд

Помогаем Ночлежка Помочь

С Игорем мы встречаемся на Владимирской. Здесь малоимущие могут получить еду у церкви. Игорь долго препирается с кем-то из-за места в очереди, потом берет два пакета с каким-то хламом, и мы идем в столовую неподалеку. Игорь просит стакан кипятка. Чайный пакетик и сахар у него есть. Проходящие мимо сотрудники косятся на нас и на котомки, которые Игорь сложил за стулом.

Я родился в 60-х годах, в городе Ленинграде. Жил на 11-й линии — родился и прожил всю жизнь на Васильевском. Моя мама была прима, пела в Капелле — про нее в книге даже написано. Мама была очень красивая в молодости. Отец у меня, к сожалению, негодяй и мерзавец — алкоголик. Хорошо, что он бросил нас, когда мне был один год.

На улице очень холодно. Игорь надевает перчаткиФото: Наталья Булкина для ТД

Ходил в Дом юного техника на 9-й линии. После школы поступил в институт Политехнический — на радиофизика. Работал в НИИ наладчиком технологического оборудования полупроводников. Второе образование у меня ФИНЭК. Финансы меня интересовали — такое захватывающее дело, своего рода игра. Это было самое интересное время, когда все только начиналось. Кто попал в эту струю, те неплохо поднялись. Ну кто остался в живых… Времена были бандитские, страшные годы. Я пошел в торговлю, а потом на бирже работал. Начинал с МММ — торговля акциями мне давалась, хорошо зарабатывал.

А потом мама заболела.

«Напишите, чтобы люди никому не отдавали документы»

Много денег пошло на врачей. Друзья упрекали, что надо было нанять сиделку и работать, а я раскис, работу бросил, за мамой ухаживал. Потом она в больницу попала, а как выписали — угасла за три дня. После ее смерти все и началось. Крестный папашка оказался большой свиньей. Навел на меня банду квартирных мошенников. У меня депрессия была, полтора года вообще ничего не хотелось — ни работать, ничего. И чтоб он только отстал от меня, дай, думаю, схожу посмотрю. Но я сразу понял, что это аферюги. Надо было мне валить от этих деятелей, а они мне предложили отдохнуть — в Азербайджан поехать. И билет тебе купим, и все. Дай, думаю, поеду отдохну на халяву. И — дурак! — отдал паспорт. Вроде человек неглупый, а так попался. Думаю — а что они сделают без меня? А получилось так, что там меня силой держали. Работал как ишак, воду таскал, хворост. Только через полгода меня полиция нашла — случайно, когда коров пас.

Игорь взял 2 стакана горячего чая, чтобы согретьсяФото: Наталья Булкина для ТД

Приезжаю — квартира голая и уже продана пять раз. А у меня триста рублей на кармане и костюм. Это общая ситуация у всех бездомных. Забирают человека, напаивают или еще как-то отнимают паспорт. Вы, главное, напишите, чтобы люди никому не отдавали документы. Потому что потеряешь документы — и все.

Так и началась моя чердачно-подвальная жизнь. Я уже больше 15 лет на улице, вкалывал как папа Карло: работал, собирал картон и покупал продукты. Три с половиной года прекрасно прожил на чердаке. Ну как прекрасно. Тоже, конечно, с большими приключениями — попал в рабство к каким-то алкоголикам. Они жили там же, при парадной. Поймали меня, тянули с меня деньги.

«Без паспорта и жилья не выбраться»

В 2007 году узнал про «Ночной автобус». С тех пор хожу к нему почти каждый день. Это ж у меня целая эпопея была, чтобы с чердака выйти: отключал домофон, потом приходил и подключал. А иногда кто-то из жильцов замечал и сам включал — и мне не попасть было. Приходилось как-то через балкон забираться. Каждый день эта свистопляска длилась.

Пытались меня зарегистрировать как бомжа. А оказалось, что меня выписали в Псковскую область. И мне сказали: а вы, говорит, не бомж, езжайте и живите. А куда я поеду без паспорта? Приеду и скажу, здрасьте, я хозяин этого дома?

Игорь в очереди за кашей у храмаФото: Наталья Булкина для ТД

С документами тоже проблемно. Так вроде было просто пойти помыться, побриться, переодеться, пойти сделать этот паспорт. Но эта чердачно-подвальная жизнь… ну просто невозможно. Когда постоянно лазишь куда-то, залезаешь в ПУХТО (пункт утилизации и хранения твердых отходов. — Прим. «ТД»), чтобы банки собрать, одежда рвется, все пачкается — запахи, грязь. И это такой замкнутый круг, что никак не получалось с паспортом. Только через десять лет в социальной службе мне помог человек, который бездомными занимается. Он взял меня, сразу повел в баню, тут же одел всего, старую одежду выкинул. Сразу пошли сделали фото. И потом уже благодаря ему я попал в дом ночного пребывания, и когда был там — сделал паспорт.

Настолько потерял здоровье — не знаю, как еще хожу. Раньше мог отжаться 30 раз и 16 раз подтянуться, представляете? А сейчас ни разу подтянуться не могу, это какой-то кошмар. Мышцы все атрофировались. Помогает держаться сила воли, [надежда] что я все-таки выберусь. Подкапливаю какие-то деньги, чтобы снять жилье. Потому что пока жилья не будет, толку никакого не будет.

«Главная проблема — куда спрятать вещи»

Когда живешь непонятно где, негде хранить вещи. В этом вся проблема. Какие-то вещи домашнего обихода — вилку, мочалку, мыло — где это хранить? Прячешь по каким-то помойкам. Нормальных людей вокруг практически нет. За все годы встречал только человека три нормальных, которые не курят, не пьют. Я вообще не пью. Но честно скажу, иногда приходилось мне выпивать, потому что у меня было нарушение сна. А так выпьешь бутылочку пива — и в сон клонит, засыпается.

Здорового сна у меня вообще нет, сплю очень чутко. Постоянно слушаю радио, особенно если сплю на чердаках. Всякое бывает — могут прийти побить, гопники могут прийти. Два раза видел, что людей убивали. На скамеечке человек заснул в час ночи, а я в шесть утра прохожу мимо — там покойник. И уже милиция стоит, и лежит булыжник.

Тарелка супа на стоянке ночного автобуса «Ночлежки»Фото: Наталья Булкина для ТД

На причердачок, помню, зашел, а там какой-то сталинист, который пятнадцать лет отсидел. Я только вещи все принес — семь этажей, шесть сумок, два матраса. Он говорит — уходи. Мороз был 18 градусов. Еще сосед пришел, говорит — я электрошок принесу, мы его сейчас электрошоком. Пришлось все вытаскивать и на улице танцевать до утра.

Самое тяжелое — когда мокрые ноги и сырая обувь. Когда тело мерзнет, тоже, конечно, плохо. Но когда две недели с мокрыми ногами, их негде высушить и поменять носки — потихоньку начинаешь сходить с ума. Вся мысль, чтобы только найти какой-то теплый подвал, как-то туда залезть и чтобы тебя никто не смог прогнать из этого подвала. Потому что сразу там жильцы — ага, кто зашел, кто вышел.

Жильцов я тоже понимаю. В основном вся проблема бездомных — это когда люди гадят и когда запахи. Я стараюсь, в баню хожу городскую на Петроградской, льготную. Раньше было 20 рублей, сейчас 25. Но такой бомжовский запах — тут уж как ни старайся. Вся проблема даже не в том, чтобы помыться и найти одежду, а чтобы где-то сохранить эту одежду, чтобы ее не украли. Даже в больницу не лечь. Ляжешь, а вещи все попрятаны. Выйдешь — и вещей не будет, все пропадет.

«Я же тоже не последняя скотина»

Надо мне как-то выпутываться, снять жилье, поехать сделать регистрацию. Конечно, туда дорога, обратно. Но ничего, доберусь. Один человек мне предлагал даже — садись в машину, поедем сразу. А я не поехал, я тогда был вонючий. Ну как я сяду, весь салон провоняю. Я же тоже не последняя скотина. Но его телефон у меня есть.

Телефон я сам купил, заработал. Заряжаю в магазинах, в подвалах нахожу розетки.

Тот человек, который мне помог с документами, он сейчас пастор, за городом открыл церковь. Когда себя в порядок приведу, обязательно хочу найти его, поблагодарить. Потому что если б не он, я бы паспорт не сделал. Почему вот так получается… Когда люди видят, что человек нормальный, никто не хочет помочь. А пьяницам каким-то помогают. Больше всего вот это меня поражает.

Игорь на улицах Санкт-ПетербургаФото: Наталья Булкина для ТД

Хотя мир не без добрых людей. Очень много людей мне помогало, вещи покупали. Но все пропадает, ну невозможно. Думаешь — пойти носки купить? А где я их буду хранить?

Многие бездомные живут — и непонятно, для чего живут. Я вот за 15 лет много кого повидал и много кому помогал. Но пока человек не захочет, никто ему не поможет: люди все равно начинают пить, бросают работу и опять скатываются. А у меня цель такая, что надо начать зарабатывать какую-то копейку, снять жилье и работать просто.

Благотворительная организация «Ночлежка» собирает деньги на новый «Ночной автобус». Каждый день его волонтеры кормят горячим ужином несколько сотен людей: бездомных, малоимущих и тех, кто попал в трудную ситуацию. Зимой даже одна тарелка горячего супа может спасти жизнь. А перевод любой суммы на работу «Ночного автобуса» поможет выжить сотням человек.

Хотите, мы будем присылать лучшие тексты «Таких дел» вам на электронную почту? Подпишитесь на нашу еженедельную рассылку!