«До выборов людей бить нельзя» — откровения московского застройщика

Константин Алтухов (Паркмен), московский активист, борец с уплотнительной застройкой, записал разговор с представителем застройщика на улице Кравченко Алексеем Белозеровым, где тот рассказывает о доступных ему методах давления на протестующих против застройки. Из разговора становится ясно, что на подавление протеста введен временный мораторий в связи с выборами президента России. ОВД-Инфо рассказывает контекст и приводит несколько цитат из телефонных переговоров Паркмена и Белозерова.

Очередная конфликтная точка на карте Москвы — ул. Кравченко 12–16. В середине сентября на месте единственной для нескольких домов детской площадки развернулось строительство так называемого «Учительского дома». Некоторое время назад Константин Алтухов припарковал свою газель так, что она не оставила возможности крупной технике заезжать на строительную площадку; в газели по очереди дежурят сопротивляющиеся уплотнительной застройке местные жители.

Белозеров позвонил Паркмену с предложением выкупить газель, но тот рассказал, что отдал машину по доверенности и не знает, что с ней происходит. Паркмену удалось втянуть представителя застройщика в максимально откровенный разговор, из которого следует, что строители не гнушаются наймом погромщиков, готовы сжигать и избивать активистов, а полиция и мэрия готова прикрывать их преступления. Но только не сейчас — во время предвыборной кампании нельзя. 26 декабря телефонные переговоры Паркмена и Белозерова были выложены в сеть, мы приводим аудиозапись и несколько сокращенных цитат из речи представителя застройщика.

Знакомство

У меня два варианта развития событий: загоняю грузовик и ее сношу, а на вас вешаю, что вы мешали мне проезду на территорию, ментам плачу, устраиваю вам проблемы. Второй вариант, я у вас ее покупаю, это уже моя машина и я их просто выгоняю из своей машины. Тему мы закрываем.

О методах

Понимаете, да, вот мне либо людей убивать, либо купить. У меня нет других путей. Но нельзя сейчас бить никого. Вот стоит твоя газель, а в ней сидят люди. Конечно. можно было пиздануть сейчас КАМАЗом, и убрать нахуй все. Но сейчас так нельзя.

О полиции

Сейчас начались выборы, исходя из этого, милиция сказала: покуда выборы, мы разгонять не можем. После выборов — легко, а вот до выборов нельзя. ОМОН не впрягается, Росгвардия не впрягается — вот и вся история.

О мэрии

Занесли ли в мэрию? Занесли раньше, когда получали разрешение на строительство и так далее. Получение всех документов стоит очень дорого — и согласования, и всего остального. Стоимость проекта — порядка миллиарда рублей.

О префектуре

Сегодня как бы префектура с ОВД сказала, всё ОК, мы с вами взаимодействуем, потому что из мэрии дали пиздюлей за этот бардак на территории, вот, соответственно, всё, сказали, взаимодействуем.

О бандитах

Ты же понимаешь, за 200,000 рублей приедет десяток чеченов (я их знаю прекрасно всех) и отпиздошат, нахуй, там всех в округе, но мне сейчас так нельзя.

Справка

Константин Алтухов — московский активист, борец с застройкой, получивший прозвище «Паркмен». Полиция неоднократно задерживала его из-за активисткой деятельности.

В октябре 2016 года он подвергся нападению из-за препятствований действиям строительной техники на застройке в Теплом стане. В результате Алтухов получил перелом ладьевидной кости руки, сотрясение мозга и закрытую черепно-мозговую травму. Из его машины пропали антирадар, регистратор, 115 тысяч рублей, мобильный телефон и планшет. После нападения самого Паркмэна задержали, а в ноябре на него завели уголовное дело по пункту «а» части 1 статьи 213 УК (хулиганство с применением оружия или предметов, используемых в качестве оружия).

Активист также известен тем, что открыто выступает против привилегий на дорогах. В августе он и его соратник Вадим Коровин провели рейд возле здания правительства Москвы: они свинчивали знаки, на которых говорится, что рядом со зданием разрешена стоянка только для автомобилей сотрудников. После этого Паркмена задержали ночью у подъезда собственного дома. На тот момент Алтухов был кандидатом в муниципальные депутаты, и любое преследование в отношении него должно было происходить только с санкции прокурора.