«Что, бегать за каждым и представляться?»

Сотрудник Международного общества «Мемориал», историк Алексей Макаров был задержан 12 июня 2017 года в Москве на антикоррупционной акции. Он рассказывает, чем руководствовалась судья Московского городского суда, оставляя в силе решение о штрафе по его делу.

Сходил в Мосгорсуд на апелляцию по задержанию 12 июня 2017 года. Собственно, все мое участие в событиях 12 июня состояло в том, что я отгонял своих выпускников подальше от ОМОНа и кормил их (не ОМОН!) арестантским пирогом (она же мазурка, традиционное в нашей семье блюдо, которое готовится на все акции протеста — тесто, орехи и изюм). Это-то меня и подвело. Не видя, что у меня в руках, меня задержали будто бы за то, что я раздавал листовки. 28 августа Тверской суд, рассмотрев без меня, мое дело, дал мне 20 тысяч рублей штрафа. Только через два месяца мне соизволили прислать приговор. Потом я отправил апелляцию, и «Почта России» читала ее три месяца. В Мосгорсуд дело поступило только 12 февраля 2018 года, 15 февраля мне позвонили и сказали, что 16-го у меня суд.

Само решение судьи (оставить в силе штраф и его сумму) было вынесено буквально секунд за 10. Этому предшествовали мои объяснения по делу, которые были по сути, уж простите, превращены судьей в базар.

Судья Анна Андреевна Селивёрстова (1982 года рождения), работала в Пушкинском городском суде (2013–2014), а теперь перебралась в Московский городской суд.

Что я узнал в результате моих 20-минутных объяснений, которые судья превратила в базар?

1. Что меня оштрафовали на 200 тысяч (упс, оговорилась).

2. Что Европейская конвенция и решения ЕСПЧ нам не указ, так как в Германии тоже митинги разгоняют.

3. Что как я мог не слышать призывов полицейских, если «вы же все снимаете и в ютуб выкладываете, там же слышно…»

4. Что как же не было массовых беспорядков?! Вот Навального вызывали на допрос в Следственный комитет по 12 июня.

5. Ну и напоследок. Я просил прекратить дело, а если нет, то снизить штраф (по постановлению Конституционного суда можно и меньше минимума, у меня — 20 тысяч, ползарплаты). Судья посмотрела место работы — общество «Мемориал» и говорит: «А деятельность „Мемориала“ разве не приостановлена?!» (Тут я непочтительно ловлю свою челюсть и отвечаю, что вообще-то нет…) Занавес.

Если говорить о материалах дела и постановлении судьи Тверского суда (частично я об этом писал здесь), то

1) Селиверстова отказала в участии прокурора в деле и вызове полицейских. Это грубое нарушение принципа состязательности процесса, а невозможность допросить свидетелей — нарушение права на справедливое судебное разбирательство.

2) Место, время и событие «административного правонарушения».

Судья не обратила внимание на то, что место задержания было указано неверно (Тверская, дом 17, в то время как я был задержан в зеленой зоне напротив дома 8 по Тверскому бульвару).

Время задержания было зафиксировано как 18:30 (в реальности — 17:15). В ОВД мы приехали в 17:50, внутрь я попал в 21:10, вышел из него примерно в 0:15. Более того, в протоколе об административном задержании названо время 18:30, а в протоколе о доставлении проставлено 18:10. То есть сначала я был доставлен, а потом задержан.

Если же говорить о самих событиях 12 июня, то в постановлении Тверского суда сказано, что это было «несанкционированное публичное мероприятие». Мои попытки донести до судьи Селиверстовой, что в законе о митингах (ФЗ-54) нет такого понятия, успехом не увенчались…

Если же говорить о вине, то есть прежде всего об умышленности совершения административного правонарушения (а в деле было без всяких доказательств написано, что я знал о несогласовании), то моя позиция заключалась в следующем:

1) есть закрытый список обязанностей участников публичного мероприятия (части 3 и 4 статьи 6 закона о митингах), туда не входит обязанность узнавать, согласовано мероприятие или нет;

2) о согласовании должны знать организаторы (Навальный и Рубанов, но они были задержаны до того, как был задержан я);

3) как вы вообще представляете в этой толпе, с перекрытой улицей и так далее, что я буду искать организаторов и спрашивать — согласовано ли…

4) даже если публичное мероприятие не согласовано, то это не повод его разгонять (если нет реальной угрозы жизни и здоровью граждан);

5) единственное, что из списка обязанностей участников публичного мероприятия я мог нарушить — это не подчиниться требованиям сотрудников полиции… Тут судья спросила: «А что, у вас и 19.3 была?».

Я апеллировал также к тому, что требования должны быть законными (а они не были, так как я реализовывал свое право на свободу собраний) и, кроме того, при задержании (пункт 4 статьи 5 закона «О полиции») полицейские должны представляться, называть причину обращения и так далее (тут судья возмущенно сказала: «Что, бегать за каждым и представляться?!»), а этого не было…

В общем, спасибо госпоже судье за грубые нарушения, которые увеличивают мои шансы на победу в ЕСПЧ, и жди меня, Страсбург