Эксперты о том, почему россияне чаще умирают от редких заболеваний и реже — от болезней из «майских указов»

Газета «Ведомости» сообщила, что с 2012 года в России снизилась статистика по основным причинам смертности — рак, сердечно-сосудистые заболевания, туберкулез и ДТП. Но за тот же период времени почти в два раза выросли показатели смертности от относительно редких заболеваний нервной, эндокринной и мочеполовой систем. Первыми эти данные опубликовали аналитики РАНХиГС, а Росстат подтвердил их, основываясь на статистике за 2011–2016 годы В РАНХиГС считают, что эти изменения связаны в первую очередь с выполнением майских указов президента 2012 года. Тогда Владимир Путин поручил к 2018 году снизить смертность от сердечно-сосудистых заболеваний, онкологии, туберкулеза, ДТП, а также младенческую.

«Такие дела» поговорили с эндокринологом и урологом о том, из чего складывается статистика смертности из-за болезней по их профилю, а также выяснили у эксперта в области медицинской статистики, возможно ли манипулировать цифрами и зачем это делать.

По словам замдиректора центра «НМИЦ эндокринологии» Минздрава России Галины Мельниченко, раньше смертью от сахарного диабета — группы эндокринных заболеваний — считались только диабетическая кома и диабетическая гангрена.

«Сейчас смерть от инфаркта у человека с сахарным диабетом мы считаем смертью, связанной с диабетом. Это ведь была чистая условность, люди не понимали важности сахарного диабета в формировании атеросклероза. Инфаркт часто развивается на подготовленной диабетом и атеросклерозом почве», — сказала Мельниченко.

Она также пояснила, что акцент на том, что стало причиной смерти, делается от общего количества умерших. «Но если общее количество смертей уменьшается, то в процентах будет меняться то или иное количество заболеваний. При такой системе подсчета получается, что на первое место [по смертности] выходит диабет. Но это не значит, что мы плохо лечим, это значит, что человек дожил до 90 лет, имея диабет, и получил инфаркт, но львиная доля в этом случае принадлежит диабету. Это система кодировки, чтобы все понимали, на что надо обратить внимание, это понимание роли болезни. Теперь эта цифра является важным сигналом для людей», — пояснила замдиректора центра «НМИЦ эндокринологии».

Врач-уролог, директор клиники МГУ, академик РАН Армаис Камалов считает, что ухудшение статистики смертности из-за заболеваний мочеполовой системы может быть связано с тем, что помощь специалистов не так доступна, как раньше.

«Раньше для пациентов встреча с урологом была более доступна на первом уровне поликлинического звена. Сейчас она переведена во второе. Раньше по Москве была программа по раннему выявлению заболеваний предстательной железы, каждому пациенту после 50 лет, к кому бы [из врачей] он не обратился, давалось направление на анализ ПСА (простатический специфический антиген). На сегодняшний день, как я знаю, это тоже отменили. Но сложно четко сказать, почему и действительно ли соответствуют правде те данные, которые приводятся в этой работе», — сказал Камалов.

Он также добавил, что от любого заболевания человек умирает в результате остановки сердца, поэтому считается, что «основная проблема кардиальная». Камалов напомнил, что химиотерапия серьезно перегружает сердечно-сосудистую систему онкобольных.«Вследствие этого тоже могут возникать смерти. Нужно понимать что сердечная деятельность иногда не выдерживает такой нагрузки», — пояснил Камалов.

Здравоохранение влияет на смертность максимум на 10%

По словам профессора Первого МГМУ им. И.М. Сеченова и специалиста в области эпидемиологии и медицинской статистики Игоря Гундарова, манипулировать статистикой можно, когда пациенту ставят первичный диагноз. По его словам, из-за многочисленных установок от начальства, планов и регламентов врачи вынуждены иногда идти на ухищрения.

«Врачам говорят, вот этого не должно быть, и они начинают списывать неустановленные диагнозы. Такие указания обычно идут с самого верха. Например, сказали, что у нас год борьбы с сердечно-сосудистыми заболеваниями. Это передали министру, министр — в регионы, регионы — главным врачам, а те — участковым врачам. И доходит до маразма, когда участковый врач должен отчитываться за смертность, хотя за смертность Минздрав не может отвечать. Здравоохранение влияет на смертность максимум на 10%, а 90% — это неверная государственная политика», — сказал Гундаров.

По его словам, выявить манипуляцию со статистикой можно только в случае внезапного изменения числа заболеваний, например, за год. К тому же, добавляет Гундаров, контролировать данные сложно из-за отсутствия единой системы мониторинга по регионам. «Сейчас существует одинаковый стандарт, допустим, столько-то врачей на 100 тысяч населения, а регионы отличаются по болезням в четыре-пять-семь раз. Чтобы правильно управлять здравоохранением, нужен мониторинг по всем регионам, чтобы видеть различия», — объяснил эксперт.