Оригинал материала
Баба Лиза и ее дети
Говорят, мы живем в век, когда одного мужа мало, а одного ребенка — много. Елизавете Яковлевне Черновой, которая сначала вырастила своих сыновей, а ближе к пятидесяти начала брать приемных, это непонятно
Она уже выпустила в большой мир четырнадцать человек. Бабе Лизе, как все ее называют, 65 лет, и сейчас она растит десятерых мальчиков. В органах опеки прославилась тем, что берет самых трудных по поведению и по здоровью детей и подростков. Все они — социальные сироты, то есть родные мама и папа не хотят или не могут заниматься их воспитанием. Живет большая семья в селе Успенка Тюменской области.
«Возьмите меня, пожалуйста…»
Я сижу на кухне бабы Лизы за большим прямоугольным столом, передо мной: соленые грузди, сало, запеченное в каравае, яйца вкрутую, крупно нарезанные сладкие помидоры, винегрет, маринованная капуста, щука с овощами. Из покупного на столе только майонез, остальное — свое. Пока мы разговариваем, мальчишки едят за отдельным столом и баба Лиза накладывает им большие глубокие тарелки с верхом.
«В доме еды должно быть много. Если я начну их ограничивать, будут воровать» — это один из принципов семейного воспитания бабы Лизы. В недрах внушительных промышленных холодильников хранится свинина, курица, рыба, замороженные овощи, грибы, ягоды, домашняя колбаса. Большую часть запасов вырастили на собственном подворье и поймали в местной речушке.
Кирилл получает похвалу от бабы ЛизыФото: Дмитрий Ткачук для ТД Рыбачить, столярничать и строить учит ребятишек родной сын Елизаветы Яковлевны Александр. Как отличать ботву от сорняка, ухаживать за клубникой и пасынковать помидоры, а еще шить — невестка Ольга. В своем небольшом ателье, пристроенном тут же, к дому, она принимает заказы односельчан на ремонт и пошив одежды и еще успевает обшивать всех мальчишек: спортивные костюмы, зимние куртки, школьная форма, покрывала на кровати из старых джинсов — ее умелых рук дело. У Ольги самой трое детей, и успевать приходится и тут и там, но она успевает. Ведь в конце концов именно невестка посоветовала Елизавете Яковлевне взять первого приемного ребенка. А где один, там и второй… И третий. Дошло до того, что однажды мальчик просто подошел к калитке и попросил: «Возьмите меня, пожалуйста, к себе. Говорят, вы всех берете».
Каждому рады
А началась эта история с несчастья. Когда Елизавете Черновой исполнилось сорок семь лет, умер любимый муж. И осталась она одна — в большом красивом доме, где они собирались тихо-мирно жить-поживать на северную пенсию. Оказалось, что одинокая ночь таит много звуков: стук, шорох, журчание. Елизавета Яковлевна каждый раз подскакивала на кровати и умоляла невестку с сыном переночевать у нее. Оказалось, одиночество, включающее в себя пустую кухню, одну пару обуви в прихожей, спелые ягоды в кружке, которыми некого угостить, — чудовищно.
Мы идем с Сашей Соловьевым осматривать хозяйство. Соловей, или Директор, как его здесь все называют, двухметровый в свои четырнадцать лет. С огромными руками — в одну ладонь входит восемь куриных яиц, непропорционально большими ступнями — приходится шить на заказ ботинки 60-го размера, и выдающейся головой. У Соловья — олигофрения в стадии дебильности, но он умеет читать и писать и учится в седьмом классе по «программе восьмого вида», то есть в коррекционной школе. А еще Саша Соловей скромен, доброжелателен и хорошо воспитан. Больше всего на свете он любит бабу Лизу и животных.
«Вот тут живут куры, индейки, поросята… Кошка недавно родила, — и Саша расцветает в улыбке, — три котенка у нас».
Что касается ухода за живностью — он главный, потому и Директор. Его утро начинается с осмотра подворья: все ли накормлены, ухожены, обласканы? «Каждую курицу поцелует, с каждой уткой поговорит», — смеется баба Лиза. Он — ее гордость и боль. По достижении восемнадцати лет парню светит психоневрологический интернат. Каково ему там будет, познавшему жизнь в семье, где ты нужен, любим и приносишь пользу? «Но пока я жива, он со мной, да и потом, Ольга с Сашей его не бросят. Соловей приучен ко всему — по дому, огороду справляется. Первый помощник. Хотим в училище его определить», — говорит баба Лиза, поглядывая в окно. «Береги ноги!» — кричит она разыгравшемуся в футбол Денису.
Ребята разбиваются на команды перед игрой в футболФото: Дмитрий Ткачук для ТД Дениса изъяли из семьи, где произошло страшное: дядя убил мать на глазах мальчика. Ребенок три дня просидел под столом, пока его не нашли. В свои девять лет он ни дня не ходил в школу, да и вообще не ходил, а ползал по спальному району Тюмени, выпрашивая у прохожих «на хлебушек» (на самом деле — родителям на водку). У Дениса врожденная двухсторонняя косолапость, ноги разъезжались в разные стороны. Судьбу мальчика осложнял отбывающий заключение отец, который не лишен родительских прав, а значит, после отсидки вполне может забрать сына себе. В опеке подумали-подумали — и позвонили бабе Лизе. Она никогда не отказывала, даже в самых трудных случаях, не отказала и теперь. Дениса прооперировали в известном на весь мир курганском Центре Илизарова, и теперь он — вот, играет во дворе в футбол.
Обычно помогает с лечением и возит всех детей в больницу Ольга, она же проходит с каждым медкомиссию, заполняет документы для органов опеки. Елизавета Яковлевна почти всегда дома, приглядывает за остальными.
Чудесное исцеление Тиграна
Хотя один раз она сделала исключение. Для Тиграна. Не ходит, не сидит, не держит ложку, не может самостоятельно одеться, солнце видит только в окно. Скован по рукам и ногам сильнейшей спастикой из-за ДЦП, лицо перекошено, глаза в разбег. В таком виде баба Лиза увидела его по телевизору в программе «Пока все дома». «Он ведь никому, ты понимаешь, никому и никогда не будет нужен!» — со слезами в голосе прокричала невестке, та вздохнула и сказала: «Собирайся, поехали». Забрали, привезли, неловким кулем он упал на пол.
«Ой! — причитает баба Лиза. — Ой, и не спрашивай, через что мы прошли. Девять кругов ада! Никто из врачей не верил, что на ноги встанет, а мы верили. Сколько операций, гипсы по 9 килограммов на каждой ноге, упражнения болезненные. Он плачет, и я реву вместе с ним. Ни за что бы не взялась, если б знала наперед, как это будет!»
Но Тигран пошел. И даже побежал, и даже начал гонять мяч по двору! От прошлого осталась лишь характерная походка. Он увлеченно помогает бабе Лизе по хозяйству, каждый день по несколько часов проводит на тренажерах (упражнения нужны, иначе мышцы вновь спазмируются) и гордится собственной отдельной комнатой и личным компьютером. Тигран учится на одни пятерки по программе обычной школы. Слава Богу, Ольга успела забрать мальчика из коррекционной школы, доказав комиссии, что он умник. Знает наизусть сто стихотворений и увлекается сложными математическими задачками.
Сергей управляется по хозяйству. Кормит свинейФото: Дмитрий Ткачук для ТД «Хотите покажу, как я стою на ухе?» — не дожидаясь ответа, Тигран выполняет акробатический этюд. Атлетически сложенный, с развитыми мышцами, он совсем не похож на запуганного и затравленного человека-закорючку, каким был семь лет назад.
Ему скоро шестнадцать, близится время расставания с домом, подарившим новую жизнь. «Стара я стала, то здесь болит, то там колет, — вздыхает Елизавета Яковлевна. — Ищу своим детям кровных родственников. Надеюсь, может, по ошибке так получилось, что-то изменилось у людей. Нашла маму нашему Гафаровичу [отчество Тиграна. — ТД]. Красивая, модная, обещала приехать, но… молчок. Дедушка с бабушкой тоже живы-здоровы, мы даже приезжали к ним в Тюмень. Внука знать не хотят. Есть у него и родная старшая сестра. До слез жалко мальчишку, так он жаждет общения с родными. И ведь ничего нам от его родной матери не надо, только приехала бы, сказала ласковое слово, погладила по голове. Мы и сами, если уж на то пошло, можем ей помочь. Квартиру государство Тиграну даст, как и другим детям. У него и пенсия хорошая. А уж любви сколько нерастраченной».
Искали родственников и другим подросшим детям. Родная кровь — сила, считает баба Лиза. Ребенку важно знать, что он не из пустоты взялся, за ним род, пусть даже этот род когда-то его предал. Так ребенок обретает опору под ногами, заземляется, находит свои корни. «Он нам не нужен, дурная порода» — такой ответ пока баба Лиза слышит чаще всего, но не сдается.
Жужа, Иван Царевич, Серая Шейка и другие
Сегодня день уборки. Тигран и Митяй весело и с азартом возятся с ведром, отодвигают кровати и достают до самых труднодоступных мест. Жужа (Дима) и Иван Царевич (Ваня) собирают постельное белье в стирку, разглядывают каждую простынь: есть ли пятнышко или дырочка, нужно ли застирать-заштопать. Данил и Кирилл (братья) метут двор.
Ухаживать за домом и хозяйством ребята любят, гордятся оказанным доверием. У каждого обязанности по силам. «Жаль, вы вчера не приехали, — кричит из другой комнаты Тигран. — Я 272 блина испек!» «А я 14 литров борща наварил!» — это уже Митяй. Из еды здесь культа, конечно, не делают, но и не преуменьшают значение стола. Елизавета Яковлевна много лет на Севере отработала заведующей столовой и кафе, любит и умеет готовить — простая жареная картошка у нее такая вкусная, с тарелкой съешь! «Человек должен быть доволен обедом — от этого многое зависит. Вкусно поел, хорошо поработал, настроение отличное, а значит, и жизнь удалась».
Однажды она сварила ребятам уху из осетрины. Да, дорого, ну и что, пусть дети знают, что и такая рыба бывает. У бабы Лизы нет педагогического образования, она Макаренко от природы, а еще гениальный организатор быта. За «государственных» детей опекуну платят зарплату, но настолько небольшую, что без хозяйства и огорода не прокормиться.
Правила жизни
Все доходы и расходы в семье заносят в специальную тетрадь. В первую очередь платится коммуналка, потом выделяются деньги на еду и школьную канцелярию. Есть графа «нужное»: в ней пишут, кому необходим новый костюм, а кому очки или футбольный мяч. И само собой — «роскошь»: планшет, телефон, дорогая игрушка. Все покупается по заслугам.
Ольга и Елизавета Яковлевна любят устраивать детям праздники: День арбуза, День весны, День урожая. Если покупают арбузы, то сразу триста килограммов, если мороженое — два ящика. А три теплицы, одна из которых с круглогодичным подогревом, дают столько урожая, что на зиму семья закатывает шестьсот банок солений.
Нередко к Елизавете Яковлевне приезжают за опытом начинающие приемные родители. Всем интересно: ну какой такой секрет она знает, что самые трудные дети становятся как шелковые?
«А вы встаньте пораньше да к столу со мной — лапшу домашнюю резать будем, — отвечает она и недоумевает: — Вот мне некоторые жалуются: “Я ему вкусное покупаю, компьютер купила, а результата нет”. Так не в этом же дело! Если ребенок работать не будет, толку с него нет. В детском доме что дети делают? Ничего. В приемную семью попадают, что делают? Ничего. И что вырастет? Ничего. Дело взрослых — подготовить ребенка к самостоятельной жизни, научить всему».
Дети запускают воздушного змеяФото: Дмитрий Ткачук для ТД Еще важное правило: в семье все на равных, нельзя допускать, чтобы кто-то кого-то унижал, обижал. «Я каждому по несколько раз на дню говорю: “Ты самый лучший”. И он верит и старается соответствовать. Ведь с кем я имею дело? С недолюбленными, недоласканными, недоцелованными детьми. Так что вы от них хотите? Прежде чем что-то требовать от ребенка, надо дать ему порцию любви», — размышляет вслух баба Лиза.
Хвостиком за ней следует Андрюша — белоголовый мальчик с широко расставленными глазами. В детдоме говорили — отсталый, ходит в штаны, дерется, кричит по ночам. Не хотели его отдавать в семью, но бабе Лизе удалось вырвать мальчика из системы. «Он такой хороший, ласковый, зря на него наговаривали! Рисовать любит, всю бумагу извел, — улыбается глава большого семейства, треплет Андрюшу по макушке и добавляет: — Но не гений, не гений. Ничего! Вырастим, выучим».
В свежевымытой гостиной расставляет кубики по ковру Серая Шейка (Сережа). Их привезла я, не подозревая, какой восторг они вызовут у тринадцатилетнего подростка. «О! Пацаны, гляньте, раскраска!» — Сережа нашел десятирублевую раскраску с машинками и в тот же миг бросил кубики. Он едва держится на тройках в коррекционной школе и недавно влюбился в учительницу. «То-то я смотрю, его все время в школу тянет», — смеется баба Лиза, поправляя покрывало на кровати в просторной спальне мальчиков. Есть у них и своя игровая комната, она под одной крышей с вынесенной во двор кухней. Там они играют в шахматы, шашки, планшет, смотрят телевизор, делятся секретами.
Самое сложное было научить элементарному — утром заправлять за собой постель, умываться, одеваться, чистить зубы, мыть свою тарелку. На это обычно уходит очень много времени. Казалось бы, мелочь — аккуратно сложить одежду, но ни в детдоме, ни в родной семье детей этим мелочам никто не учил. Способствует дисциплине и четкий распорядок дня: завтрак, школа, уроки, улица, в 21:00 железно отбой. Зимой — горка, снежки, летом — футбол, велосипеды, рыбалка, грибы и ягоды, речка и бассейн.
«Это они меня организуют, а не я их», — отвечает баба Лиза про то, как ей удается столь стройно организовать жизнь разношерстной коммуны. «Мы не коммуна, — обижается невестка Ольга. — Мы семья!» Да, мальчишки вовсе не напоминают воспитанников Республики ШКИД, они домашние, не ершистые, любимые. Шкодничают, не без того. Могут поспорить, кто «ближе к телу», кого бабушка больше любит, кто лучше себя сегодня проявил.
Жужа, полноватый мальчик с озорными глазами, ожесточенно дерется в школе, потому что его дразнят детдомовским. Дома не дерется. Все споры в семье решаются либо на месте, либо за вечерними посиделками. «Так, мужики, идем ко мне, есть разговор», — баба Лиза строга, но справедлива.
Вся семья в сборе, кроме Соловья, он находится на лечении в психиатрической больницеФото: Дмитрий Ткачук для ТД Как ни странно, в этом гостеприимном доме гости бывают не часто. В селе они живут обособленно — слишком отличаются. Но примерно раз в год, на гастролях ребят навещают артисты команды «Уральские пельмени». Они подарили Тиграну беговую дорожку и всегда дают бесплатные билеты на концерт. Особенное внимание уделяет бабе-Лизиным воспитанникам основатель команды и отец пятерых детей Дмитрий Соколов. Самые маленькие сражаются за право посидеть у него на коленях. И с каждым он найдет тему для беседы и вручит подарок по душе. Уезжает со слезами на глазах. Баба Лиза шутит: «Придет мой смертный час, напишу записку: «Всех детей — Соколову».
А если серьезно, Елизавета Яковлевна не прочь довести количество приемных детей до тридцати. «Считай, перед Богом на один процент грехов меньше», — говорит она.
Как живут ее уже выросшие дети, баба Лиза в курсе. Пашка, которого родня держала в собачьей конуре, живет в Кемерове, работает. Цыган, прозванный так за свободолюбивый нрав, любитель удирать через забор, работает сварщиком в Екатеринбурге, живет с женой, двумя детьми и тещей-учительницей, даром что учителей никогда не жаловал. Красавцы-спортсмены братья Сабанины получили жилье в городе, учатся на строителей.
И так можно сказать про всех «вылетевших из гнезда»: взрослые, самостоятельные, состоявшиеся люди. Елизавете Яковлевне звонят как минимум раз в неделю, иногда приезжают — с новостями, подарками, нагруженными багажниками. Проведать свою бабу Лизу — и новеньких, которым повезло попасть в этот дом.
Хотите, мы будем присылать лучшие тексты «Таких дел» вам на электронную почту? Подпишитесь на нашу еженедельную рассылку!
приемная семья