Кой-где гарцуют казаки

Нападение казаков на митинг 5 мая на Пушкинской площади в Москве шокировало общественность и стало за эти два дня главным по значимости эпизодом протестной активности. Оно затмило собой рекордное количество задержанных, уже привычную жестокость омоновцев и даже непривычные пока задержания детей.

Действительно, появление "добрых молодцев", которые нагайками (между прочим, холодное оружие) и кулаками избивают молодежь, - новое слово в российской политике. Его символическое значение трудно переоценить. Митинг "Он нам не царь", на который собрались в основном студенты, разгоняли, как при последнем царе, казаки, пусть и прибывшие не в конном строю, а на своих двоих. А значит, и революция не за горами.

В социальных сетях широко представлена и не столь радикальная точка зрения - мол, это не настоящие казаки, а "ряженые", которых "завезли". Нет, дорогие друзья. Это настоящие казаки. Щедро финансируемые российским государством. С трудом сдерживающиеся, чтобы не перестрелять вас всех. Других в России нет. Крым и Донбасс это доказали.

Знакомый мне по фейсбуку немолодой музыкант Александр Иванов получил на этом митинге в лицо. За то, что фотографировал людей в кубанках. Было много крови. Доехал на скорой до больницы. Диагноз - перелом костей носа. Личность того, кто его ударил, была установлена менее чем за сутки.

Дмитрий Зайцев. 1979 года рождения, уроженец Новосибирска, живет в Ярославле. Жизнью и законом всерьез еще не пуган, поэтому его профили в соцсетях в течение суток были нараспашку (теперь он их стер). Из них ясна его кристально чистая биография: гопник, боксер, ВДВ, на 2009 год - милиционер. Видимо, не прошел переаттестацию, поэтому далее боксировал в клубе "Таурус", а для денег работал в казачьем ЧОПе по охране ярославских храмов. Как почти все подобные персонажи, участвовал в оккупации Крыма, летом 2014-го воевал в ЛДНР. Создатели украинского сайта "Миротворец" прогнали через свой определитель лиц одиннадцать фотографий других казаков, участвовавших в разгоне митинга, и обнаружили в своем списке участников российских вооруженных формирований на территории страны восьмерых из них.

Таким образом, Зайцев - в своем роде образец современного российского казака. Не этнографической диковины, не гражданина России, помнящего о своих предках и считающего себя казаком, а казака, который является сейчас фигурой российского общественно-политического пространства, олицетворением и выгодоприобретателем оформления казачества как социальной группы в 1990-е годы.

Это бывший десантник, спецназовец, ветеран Чечни, милиционер или бандит (или все это вместе). Он входит в одну из тысяч грызущихся между собой малочисленных казачьих организаций, где "сотня" - это пять, "станица" - десять, а "войско" - сотня человек, где "казачьими генералами" служат сплошь младшие чины МВД, где общение с эфэсбэшниками не экзотика, а повседневная реальность. Он получает деньги от государства, если его организация включена в государственный "реестр" (как фактически полувоенная структура), или является ЧОПом на подряде у городских или районных властей, или, на худой конец, выиграла конкурс на военно-патриотическое воспитание - сиречь обучение младших школьников сборке-разборке автомата Калашникова.

Под кубанками многих таких казаков скрывается приверженность радикальному национализму (не только "русскому", но и зачастую "казачьему"), чудовищная ксенофобия (открыто демонстрируемая в их блогах), а нередко и криминальные затеи. Тот факт, что некоторые из них являются противниками Путина, вовсе не означает, что эти идеи куда-то пропадают. Они критикуют Путина справа, за недостаточный авторитаризм или слабую "защиту русских", и совсем не ожидают от него демократизации и вестернизации.

В действительности таких вот настоящих казаков не так много. В момент оккупации Крыма их, напрягшись, свезли пару-тройку тысяч человек со всей Южной России, где они в основном обитают. В Москве это не первая попытка их использования на общегражданских митингах. Однако на крупном митинге пятьдесят-сто казаков, готовых рискнуть своей физиономией за царя-батюшку, растворяются в общей массе и не решаются ничего предпринять. Зато у относительно малолюдных выставок в Сахаровском центре они активны и реально мешают их проведению.

Митинг 5 мая был, прямо скажем, весьма средним по числу участников. Именно этим обусловлена активность трусливых обычно "титушек". А эффект от распустивших нагайки казаков получился громкий. И безумный. Перед инаугурацией. Перед чемпионатом мира по футболу. Под камерами всевозможной прессы. На первые полосы всех мировых изданий. 7 мая на них не будет фото Путина в Андреевском зале. Будут снимки людей с нагайками, бьющих студентов на фоне памятника Пушкину.

Но это даже не главное. Важнее реакция тех, кого били, а также их родственников, друзей и знакомых. Давно не видел я в социальных сетях такого количества прямых угроз и обещаний мести. Такой массовой кампании по установлению личностей зарвавшихся боевиков. Будут ли их бить по подъездам? Выйдут ли на следующий митинг оппозиционеры с кастетами? Не знаю. Думаю, вряд ли. Эмоции у подавляющего большинства политически активных граждан в России выдыхаются через три дня после событий.

Однако надо отдать должное смелости людей в администрации президента России и в мэрии Москвы. Запуская "Донбасс" в российскую внутреннюю политику, обильно финансируя подготовку казаков к разгону демонстрации, авторы этой идеи их использования как-то совсем забыли, с чего началось падение режима Януковича. Вовсе не с Евромайдана, - и даже, наверное, не с избиения студентов "Беркутом". А с общенародной ненависти к "понаехавшим" в Киев и абсолютно "потерявшим берега" "титушкам". Когда их стали выслеживать и бить по всему городу, стало понятно, что вся власть Януковича ограничивается только теми кварталами, которые контролирует преданный ему "Беркут".

Российские политики проигнорировали и совсем свежий опыт Армении, где премьер, располагавший подавляющим большинством в парламенте вынужден был подать в отставку после массовых протестов. И использование местных "титушек" эти протесты не охладило, а подстегнуло. Некоторые опытные сторонники Путина видят в происшедшем 5 мая риск "гражданской войны", однако пока "корабль плывет". Далеко ли уплывет - этого на корабле, похоже, не знает никто.