Говорят, теперь можно посещать близких в реанимации. Это правда?

29 июня московский департамент здравоохранения выпустил приказ (pdf) о том, что все отделения реанимации должны быть открыты для родственников круглосуточно. Почти одновременно в Госдуме прошел первое чтение законопроект об «открытии» всех российских реанимаций — не только в Москве.

Юридические основания для допуска родственников в реанимацию существовали давно, в том числе для круглосуточного пребывания с ребенком (письма Минздрава № 15-1/2603-07 от 09.07.2014 и № 15-1/10/1-2884 от 21.06.2013), но на практике вход в реанимацию оставался ограничен.

«Два с половиной года назад, когда мы с другими благотворительными фондами решили поднять этот вопрос на Прямой линии президента, мы понимали, что это сложная тема и что даже многие светила российской медицины, продвинутые врачи не считают идею открытой реанимации однозначно положительной и легко реализуемой, — говорит актер, основатель благотворительного фонда для детей с онкологическими и другими тяжелыми заболеваниями головного мозга Константин Хабенский. — И легко не будет — это мы точно знаем. Но сегодня мы видим, что восторжествовало человеческое, гуманное отношение к пациенту, который находится в тяжелом состоянии, и его близким. Возможность сказать ребенку, что ты его любишь, подержать за руку дорогого человека, поговорить с тем, кому нужно облегчение, — родственники часто были лишены этого».

Она была во всем мире, но со временем в западных странах поняли, что пациентам лучше, если близкие могут находиться рядом. В России к этому только приходят, хотя в некоторых больницах в отделения реанимации пускают уже давно.

Часто врачи безосновательно считают, что близкие только навредят: начнут выдергивать трубки, кричать, занесут какую-нибудь инфекцию, будут мешать; что для этого нужны дополнительные траты и много свободного места. На самом деле, это не так, и близких можно даже привлекать к уходу за пациентами. Более того, по словам главного врача московской Городской больницы им. С. С. Юдина Дениса Проценко, возможностью круглосуточного доступа в реанимацию близкие пользуются только в первые сутки. И много времени около пациента они не проводят.

Для помощи врачам, которые выступают за открытие реанимаций, фонд «Детский паллиатив» и Ассоциация детских анестезиологов-реаниматологов России издали учебник «Вместе — лучше. Рекомендации по организации работы персонала отделений реанимации и интенсивной терапии в обеспечении совместного пребывания детей с родителями».

Вряд ли, несмотря на приказ. «Разумеется, проблема с доступом в московские реанимации была, есть и с появлением приказа мгновенно не решится, — говорит директор благотворительного фонда „Детский паллиатив“ Карина Вартанова. — Приказ не волшебная палочка, которая резко преобразует текущую практику всех отделений реанимации, для этого нужно время и целенаправленные усилия организаторов». «В каждой больнице процессы, сроки и протоколы все равно отличаются, и отношение врачей к открытым реанимациям везде разное, — говорит директор Благотворительного фонда Константина Хабенского Алена Мешкова. — И многим из них для того, чтобы начать действовать в интересах пациента, нужно перейти на новый уровень. Поэтому не стоит ожидать, что это нововведение пройдет идеально и гладко. Но если бы этот приказ не был выпущен, процесс принятия врачами идеи открытых реанимаций мог бы занять еще 10, 20 или 30 лет».

Это зависит от обоснования.

Если прямо сейчас в палате кого-то реанимируют, то вас не пустят, и это нормальная практика для всего мира.

Если ваш близкий сказал, что никого не хочет видеть, его волей тоже не пренебрегут.

Если вы не соблюдаете правила, и, например, пришли пьяным или с явными симптомами ОРВИ, вас также справедливо не пустят.

Если же вы имеете полное право посетить близкого человека, но вам не дают, есть несколько способов попытаться это изменить.

1. Постарайтесь избежать скандала: он не поможет. Как, скорее всего, и попытка дать деньги.
2. Покажите, что вы адекватный человек, будете соблюдать все правила, помогать при необходимости и не собираетесь кричать в отделении на персонал, включать громкую музыку или пытаться накормить пациента борщом.
3. Если это не помогает и врач отказывается пускать в отделение, идите к начальству. «Я бы хотела посоветовать людям, которые в ближайшие недели или месяцы столкнутся с тем, что их не пускают в реанимацию, не поднимать сразу скандал, а действовать спокойнее, — говорит Алена Мешкова, — для начала подойти к заведующему отделения реанимации и интенсивной терапии и сообщить: такого-то числа был выпущен приказ, вы наверняка в курсе. Если и тогда не пустят, нужно обратиться к главному врачу, и уже только если и это не работает, звонить в департамент здравоохранения Москвы».
4. Если у вас на руках будет письменный отказ, вам будет проще действовать дальше — обратиться в свою страховую компанию или федеральный Минздрав.

Есть много рекомендаций, но, если говорить коротко:

• будьте готовы к тому, что увидите, постарайтесь не плакать, чтобы не расстраивать пациента;
• уважайте других пациентов — не говорите громко, не включайте музыку или видео на телефоне без наушников;
• спрашивайте, чем можете помочь, не занимайтесь самодеятельностью;
• не конфликтуйте с сотрудниками отделения реанимации — старайтесь находить компромиссы: цель у вас одна.

Дарья Саркисян