«Не хотим даром, хотим трудом»

В самый разгар выборных неурядиц в Приморском крае из Латинской Америки в Россию прибыли староверы. Они хотят вернуться на родину, покинутую их предками, работать на своей земле, спасать душу и жить привычным устройством. Российские власти вроде бы поддерживают это стремление на самом высоком уровне, но на деле все не так просто

Поздним вечером 14 сентября в белом высоком здании на владивостокской Светланской улице было людно. В зал заседаний Приморской администрации люди набились под завязку, за столом переговоров не осталось ни одного свободного места. Большую его часть занимали представители старообрядческих семей из Латинской Америки, приморские чиновники и представители бизнеса были в меньшинстве и готовились отвечать на вопросы заморских гостей.

Время между первым и вторым туром губернаторских выборов в Приморье выдалось напряженное — ни провластный кандидат от «Единой России» Андрей Тарасенко, ни оппозиционный от КПРФ Андрей Ищенко не смогли победить 9 сентября, в единый день голосования. Ожидался тур второй, и дел в краевой администрации было предостаточно. И все же проблемы старообрядцев оказались достаточно важны, чтобы уделить им время.

Сами или с властями

В сентябре 2018 года группа староверов из Бразилии, Аргентины, Уругвая и Боливии приехала в Россию, чтобы собственными глазами оценить перспективы переселения на родину предков. В свое время старообрядцы покидали ее не по своей воле: это была еще одна точка в двухвековой череде непрерывных гонений, начавшихся еще после церковной реформы патриарха Никона в XVII веке. После того, как новый порядок укоренился, множество староверов были замучены, убиты и вынуждены бежать в самые отдаленные уголки России в надежде сохранить веру и спасти душу. После революции 1917 года положение старообрядцев только ухудшалось, и те, кому в России дальше бежать было некуда, покинули родину и через Китай отправились на поиски новой жизни в неизведанные земли Южной и Северной Америки.

Спустя почти сотню лет новые российские власти задумались о возвращении на родину тысяч русских старообрядцев, в большинстве своем фермеров, проживающих за границей и добившихся там немалых успехов, и начали предпринимать усилия для их переселения. Но обеспечить им в России условия, хоть сколько-нибудь схожие с Латинской Америкой, было невозможно, и переселение затянулось на долгие годы.

Первые шаги по Дальнему Востоку. Сразу после прилета во ВладивостокФото: Митя Алешковский для ТД

В двухтысячных в Россию первым из старообрядцев Латинской Америки попробовал переехать Данила Терентьевич Зайцев.

Так и не укоренившись, Зайцев вместе с семьей вскоре покинул Россию, но дорожка была уже протоптана, и следом приехала крупная группа переселенцев из Боливии, которая в итоге поселилась в селе Дерсу Красноармейского района Приморского края. Начиная с 2012 года община старообрядцев пытается получить то, что им было обещано российскими властями еще в Латинской Америке.

Вслед за общиной Дерсу в Россию начали приезжать и другие старообрядческие семьи. Многие из них, не без труда, но смогли стать успешными фермерами. Так, к примеру, Ульян Реутов, приехавший с семьей из Боливии в Приморье весной 2015 года, на сегодняшний день обрабатывает уже сотни гектаров и планирует в ближайшие годы довести размеры своего хозяйства до двух тысяч гектаров.

Читайте также Борьба с бездушностью Община староверов-переселенцев из Латинской Америки спасает душу в глухой дальневосточной деревне Дерсу

Разница между успешными хозяйствами и остальными выражается во многом, но все же одна деталь очевидна. Те, у кого получилось, рассчитывали только на свои силы и использовали собственные, привезенные из Латинской Америки капиталы для того, чтобы встать на ноги. Те же, кто рассчитывал на помощь государства, сегодня только начинают понемногу раскачиваться после долгих лет ожидания государственной поддержки.

«Обращусь к президенту, вопрос решим»

«Чем мы можем вам помочь сегодня? Готовы выслушать вас, задавайте вопросы», — разговор временный исполняющий обязанности губернатора Андрей Тарасенко начал в тоне, в котором чиновники с просителями в России обычно не разговаривают. Проблемой переселения староверов занимаются на очень высоком уровне — Владимир Путин дважды лично давал указания по этому поводу, в курсе дел были федеральные министры, губернаторы и чиновники всех рангов — и региональным властям, конечно, об этом хорошо известно.

Лидер группы, сорокапятилетний Авраам Калугин, зачитал заранее подготовленные вопросы.

«Мы ничего не просим даром, мы хотим, чтобы была возможность взять и выплатить, это для нас обязательно, — обратился к Тарасенко Калугин, — у нас есть интерес на возвращение сюда, но нам нужно, чтобы тут были условия, чтобы мы были успешными. Но чтобы успешными были не только мы, хотим, чтобы хорошо было обоим: и нам, и Приморью. Но для того, чтобы мы могли всерьез думать о том, чтобы вернуться сюда, нам нужны конкретные гарантии поддержки, которую вы сможете оказать».

Авраам Калугин обращается к врио губернатора ТарасенкоФото: Митя Алешковский для ТД

Любой гражданин России может получить в собственность один гектар земли на Дальнем Востоке по федеральной программе «Дальневосточный гектар», но мало кто слышал про краевой закон Приморского края №90, по которому любой гражданин точно так же имеет право получить в безвозмездную собственность уже до 300 гектаров земли сельскохозяйственного назначения. Но только при условии, что четыре года будет их обрабатывать.

Врио губернатора Тарасенко с легкостью согласился выделить каждой семье переселенцев земельный участок любого размера, даже превышающего прописанные в краевом законе 300 гектаров. «Надо тысячу — значит, я даю вам тысячу, надо две тысячи — я даю вам две тысячи. В этом проблем нет, земли у нас много, земля у нас есть». Тарасенко даже согласился изменить под переселенцев сам закон, избавив их от необходимости первые четыре года работать на земле, которая не будет им принадлежать: «Я вам гарантирую, что эту землю я вам дам. Мы даже можем договориться, подпишем документы, что вам не надо будет ждать эти четыре года. Обращение сделаю к президенту либо к премьеру, в котором скажу, что одно из таких условий я получил, чтобы вам эти сроки убрать».

Так же уверенно врио губернатора пообещал решить любые проблемы переселенцев: с получением российского гражданства в тех странах, где сейчас проживают староверы («обращусь к президенту, вопрос решим»), со службой в армии («я уже говорил с президентом по этому поводу, у него возражений нет, у министра обороны тоже нет, мы призыв исполняем полностью, у нас нет никакой особенной надобности вас силком туда [в армию] тащить»), с обязательным образованием для детей, с проведением электричества, со строительством жилья, дорог, с приоритетным и гарантированным решением проблем со сбытом продукции, с помощью в экспорте и импорте, с лизингом и, главное, с кредитованием крестьянско-фермерских хозяйств, — он сказал, что приехавшим будут выдавать кредиты под минимальные 3-5% на длительный срок, с отсрочкой платежа на несколько первых лет.

«Мы по вашему списку подготавливаем технику на кредитование, вы прибываете, прописываетесь, и мы с вами оформляем финансовый документ по оплате. Нет проблем. Процент будет… какую команду банку дадут, тот процент и будет. Какой вы потянете, такой и будет. Мы с вами сядем и решим».

Краевые чиновники и временно исполняющий обязанности губернатора (в центре) Тарасенко на встрече со староверами-переселенцамиФото: Митя Алешковский для ТД

Завершая встречу, врио губернатора уверял: «Мы дадим вам прямую связь с нами. По телефону или интернету. Раз в неделю будет приезжать от нас человек, который будет решать все накопившиеся вопросы».

Врио губернатора особо подчеркнул, что все эти обещания останутся в силе даже после его ухода: «Гарантии от края, а не от меня лично. Если мы их дали, то они от края». Без ответа в воздухе повис лишь один вопрос: будут ли баснословные обещания о поддержке распространяться на тех старообрядцев-переселенцев, что уже живут в Приморском крае, или нет?

«А я не знал, что у них [приехавших раньше] есть какие-то вопросы», — удивленно сказал Тарасенко.

Большое решение маленьких проблем

Вопросов достаточно, несмотря на то, что уже два года в Москве под руководством министра по развитию Дальнего Востока и при координации Агентства по развитию человеческого капитала на Дальнем Востоке заседает рабочая группа по переселению старообрядцев.

На одном из первых заседаний группы в Москве обозначили проблемы, с которыми столкнулись переселенцы из села Дерсу — выделить в собственность землю, помочь с получением кредитов на покупку техники и топлива для обработки земли. Тогдашнему министру Александру Галушко они показались настолько простыми, что он пообещал их решить «в самые короткие сроки». Эти сроки прописали, разработали дорожную карту и назначили ответственных, но решить что-то системно оказалось не под силу даже федеральному министру.

Помощь староверы все-таки получили, но не от государства и в первую очередь благодаря митрополиту Корнилию, предстоятелю Русской православной старообрядческой церкви. Сначала он лично приехал в Дерсу, а потом донес информацию о проблемах переселенцев до Владимира Путина. После этого, словно «волшебник в голубом вертолете», в село Дерсу прилетел заместитель председателя правления «Роснефти» — Юрий Калинин. Он познакомился со старообрядцами и выделил 45 миллионов рублей для покупки техники, постройки ангара и приобретения всего необходимого для начала посевной.

Во время поездки по Дальнему Востоку старообрядцы посещали поля местных фермеров для того, чтобы познакомиться с их успехамиФото: Митя Алешковский для ТД

Вот только когда деньги дошли до Дальнего Востока, 45 миллионов, выделенные «Роснефтью» безвозмездно и в качестве благотворительного пожертвования, на месте чуть было не превратились в долг. Посредник, переводивший деньги, пытался выставить ситуацию так, что староверам необходимо возвращать всю сумму пожертвованиями, да еще и с процентами, якобы «для помощи братьям старообрядцам». История могла бы стать примером суровых современных российских реалий, но жители Дерсу отказались подписывать кабальный договор и опять обратились за помощью к митрополиту Корнилию. Мошенничество вовремя удалось предотвратить, а община все-таки получила долгожданную технику в коллективное пользование.

Впервые за многие годы ожиданий и надежд жители села Дерсу ввели в оборот 140 гектаров сельскохозяйственных земель, и в общине появились стимулы для развития и вера в успешное будущее. К концу сезона община ожидает крупный по местным меркам заработок — около 10 миллионов рублей — что позволит вводить в оборот все больше и больше земель и решить, наконец, самые насущные проблемы.

Без дров в лесу

«Шутка ли, живем в лесу, а ни одно деревце срубить нам нельзя», — говорят староверы, удивляясь российским порядкам. На федеральном уровне приходится решать даже проблему с дровами. Село Дерсу окружено территориями национального парка Удэгейская Легенда, в котором любая вырубка деревьев строго запрещена, а так как границы нацпарка до сих пор точно не определены, непонятно, где можно устраивать лесосеки для заготовки дров, а где нельзя. И по сей день жителям села Дерсу, живущим в окружении леса, дрова для отопления завозят предприниматели по поручению главы района.

Проблемы есть и у других переселенцев. У Ульяна Реутова, самого успешного фермера из всех старообрядцев, что приехали на Дальний Восток, в собственности 828 гектаров земли и множество сельскохозяйственной техники — на сотни тысяч долларов. Но Сбербанк России согласился выдать ему для проведения посевной кредит в размере лишь 828 тысяч рублей под залог всей земли — по одной тысяче за один гектар земли. Мало того, что банк оценивает землю самое меньшее в 10 раз дешевле ее кадастровой стоимости, так еще и не учитывает, сколько сил и средств в нее вложили. Ведь для того, чтобы из целины получить один гектар пашни, Ульяну пришлось потратить минимум 30 тысяч рублей на каждый гектар своей земли.

Коллективное фото на поле, засаженном соейФото: Митя Алешковский для ТД

Его брат Иосиф, не менее успешный фермер, обрабатывающий вместе с сыновьями сотни гектаров земли в Дальнереченском районе Приморья, тоже столкнулся с проблемой получения кредита для обработки собственных земель. Несмотря на все заявления о поддержке государства, банкиры пока что не спешат кредитовать фермеров-переселенцев.

Приехавшие в ознакомительную поездку из Бразилии староверы удивляются таким сложностям, глядя на проблемы переселенцев: «Если сравнить нашу тамошнюю жизнь и здешнюю, то там, конечно, легче. Идешь в банк и получаешь деньги под небольшие проценты и на длительный срок. Если у тебя своя земля, ты просто отвозишь овес в зернохранилище, и через 72 часа у тебя деньги на счету. Вот и все. Мы в октябре начинаем сеять, а контракты закрыли в мае, апреле, марте. Власти заинтересованы в том, чтобы мы работали, чтобы земля обрабатывалась, чтобы мы платили налоги».

Иван Павлович Ефимов, сотрудник Агентства по развитию человеческого капитала на Дальнем Востоке, один из немногих чиновников, последовательно занимающихся проблемами старообрядцев, настроен оптимистично:

«Они [представители банка] просто не сразу поняли, как важно помочь переселенцам с кредитами. Я несколько раз ездил к ним, фактически читал лекцию о том, кто такие старообрядцы, о программе переселения и о том, почему важно их поддержать». В итоге с мертвой точки все сдвинулось после совещания в Администрации Президента в июле 2018 года, результатом которого стало поручение Россельхозбанку и Минсельхозу создать для староверов кредитный продукт. Называться он будет «Родная Земля», его будут выдавать под 5% годовых с отсрочкой платежа. Программой также предусмотрен индивидуальный менеджер, который станет помогать старообрядцам, не знакомым с особенностями российского делопроизводства, оформлять все необходимые документы.

На каждом осматриваемом куске земли старообрядцы брали почву для лабораторного анализаФото: Митя Алешковский для ТД

Павлов уверен, что если удастся создать удачный прецедент, то практику низкопроцентных кредитов можно будет тиражировать для всех переселенцев.

«Тут надо только двигатель запустить, чтобы все работало, — постоянно говорит Авраам во время нашей поездки. – Если люди увидят, что все работает, что все можно сделать, то они тоже начнут работать вслед за нами. Ведь это все реально. И если сейчас отсюда больше уезжают, то может так повернуться, что и сюда поедут».

Докуда нужны староверы

«Государству надо понять, докуда мы нужны, — рассуждает Авраам Калугин. — Когда они поймут, что без земледела и без хлеборобов вообще невозможно существовать, поймут, что мы реально можем запустить экономику, создать тут рабочие места, поднять земли, которые стоят заброшенными со времен Советского Союза, тогда будут оказывать действительную поддержку. Нас называют “люди-дрожжи” и хотят использовать вместо наживки, для развития и роста и для привлечения других людей и денег в регион, и это все понятно. Поэтому мы ни в коем случае не можем позволить себе приехать просто за любое приглашение. Мы деловые люди, эмоции не должны в этом вопросе нами управлять, тут надо мыслить только рационально. Мы должны уметь рассчитать наши перспективы. “Мне понравилось, и я еду” — так не получится. “Мне понравилось” меня не накормит».

Государство сначала «понимало» переселение старообрядцев как возможность поднять демографические показатели региона. Дальневосточный федеральный округ занимает 36,1% территории страны, но в нем проживает всего 4,4% населения страны, и по прогнозам, за 2010—2050 годы общая численность населения региона может уменьшиться на 21,1 %, а трудоспособного — на 42,5 %. В такой ситуации массовый переезд старообрядцев, насчитывающих по пять-шесть детей в одной семье, мог бы значительно улучшить показатели работы чиновников.

На одной из остановокФото: Митя Алешковский для ТД

Но с приездом первых успешных фермеров вскрылась куда более интересная перспектива. После того как староверы начали обрабатывать поля, которые стояли брошенными с советских времен, земля вокруг немедленно стала дорожать, а в районные бюджеты пошли налоговые сборы, не говоря уже о появлении новых рабочих мест и положительном примере, который старообрядцы показывают тем, кто живет с ними рядом.

Авраам Калугин рассказывает, что еще 25 лет назад кредиты в Бразилии давали под 13-14 процентов годовых, но когда власти поняли стратегическую выгоду от деятельности фермеров, проценты быстро снизили. «Маленькая часть, а влияние больше экономическое. Это то, что надо власти понять и объяснить, даже несколько раз. Они это понимают, но делают вид, что нет. С их точки зрения они правы, каждый думает про себя, но не думает про общее. Вообще вопрос — думают ли они о будущем или думают только о сегодняшнем дне. Если сейчас, условно скажем, край зарабатывает миллион, то если бы поработать и развить на долгий срок, то можно было бы зарабатывать краю уже миллиард. Ну вот, если бы чиновники думали о том, докуда они могут развить свой регион, то все бы здесь хорошо и получилось» — говорит Авраам.

Хотим трудом

Перед тем, как попрощаться, я спрашиваю у Авраама, понравилось ли ему или нет то, что он увидел в России, в чем вообще он видит смысл переезда.

«Страна хороша, лучше гораздо, чем все говорили. У меня нету шока. Есть перспективы на будущее. Но нам нужно быть аккуратными. Мы тут сейчас в точно такой же ситуации, как в 70-х годах в Бразилии. Когда ты в новое место приедешь, обязательно есть жулики, которые готовы перехватить тебя на каждом углу. Они во всех странах есть. И в банках, и в правительствах. Но вот тут, дай Бог, нам чтобы суметь определить, понять и с добрыми людьми оказаться. Которые не лгут, не обманывают. Мы ведь не хотим ничего даром ни у кого брать. Если ты бесплатно что-то берешь, ты к этому серьезно не относишься. Мы не хотим даром. Хотим трудом.

Но проблема в том, что каждый думает про свой карман и никто не думает про общее.

Авраам Калугин в вертолете по пути в отдаленное село ДерсуФото: Митя Алешковский для ТД

Может быть, великой России и нужно было перейти через всю эту тяжелую и горькую пытку, что разбросала нас по всему миру, но, несмотря на это, пока мы жили за рубежом, мы сохранили и язык, и обряд, и веру наших предков, и, может, в этом и есть наша суть теперь — каким-то образом помочь России опять стать великой».

***

За то время, что готовился этот материал, группа старообрядцев успела проехать по Хабаровскому краю, Еврейской автономной и Амурской областям, Республике Бурятии и с Дальнего Востока переместилась в Карелию.

Врио губернатора Приморского края Андрей Тарасенко проиграл выборы и больше не планирует работать губернатором. Будет ли человек, который станет губернатором через три месяца, исполнять обещания, данные Тарасенко, — неизвестно.

борьба за права дальний восток дерсу православие раскол религия россия староверы чиновники на местах эмиграция