Оригинал материала
Искупление и наказание
«Горький» в «Лабиринте»: не пропустите эти книги
Курс молодой матери, самая страшная травма, интеллектуал против всех и странный детектив: в сегодняшнем выпуске рубрики «„Горький” в „Лабиринте”» мы рассказываем про книги Инны Кочетковой, Рианон Навин, Булата Ханова и Елены Лобачевой.
Инна Кочеткова. Мои девять месяцев, твой первый год. Минск: Дискурс, 2019
Журналистка Инна Кочеткова на протяжении почти двух лет вела в белорусской «Комсомольской правде» долгоиграющий проект, посвященный сперва беременности, а затем первому году жизни ребенка. Материалы проекта были основаны в первую очередь на личном опыте. За это время из заметок и интервью сформировался настоящий «курс молодого бойца» для будущих и настоящих мам, а сама Инна стала получать большое количество писем и обращений с вопросами от читательниц. В итоге, чтобы не отвечать каждой по отдельности, она собрала все советы под одной обложкой.
Как следует из названия, книга состоит из двух частей: в первой речь идет о времени до рождения ребенка, во второй — о времени после рождения. Каждая главка состоит из теоретического введения, «календаря» и «дневника». Введение посвящено одной из тем, с которыми мамы рано или поздно сталкиваются: как питаться во время беременности, какие у малышей бывают кожные высыпания и что делать с послеродовой депрессией. Здесь автор нередко берет интервью у специалистов: акушера-гинеколога, телесного терапевта или перинатального психолога.
В «Календаре» ведется понедельный счет беременности и первого года жизни ребенка и детально рассказывается, что именно в эти дни происходит. На 24–26-й неделе беременности, например, нужно особенно тщательно следить за прибавлением в весе, потому что это может быть признаком гестоза; а у 6-7-месячного ребенка начинают прорезываться первые зубы. В «Дневнике» автор говорит уже не об обязательных процедурах, а о личных переживаниях и ощущениях. Например, узнав о беременности, она начинает неосознанно вести себя осторожнее — искать пешеходные переходы со светофорами или избегать переполненных автобусов. Вот эта часть, пожалуй, будет самой интересной для будущих мам.
Заканчивается книга памятками, которые всегда могут пригодиться, — хоть распечатывай их и вешай на стену. Содержание детской аптечки, правила грудного вскармливания, список прививок и, наконец, советы, помогающие просто не сойти с ума в однообразии ежедневной заботы за детьми. Непонятно, что еще сюда можно добавить: в относительно небольшой книге Инна Кочеткова успела и все нужные рекомендации раздать, и поделиться чем-то совсем личным.
Рианон Навин. Доброй ночи, Энди! СПб.: Аркадия, 2019. Перевод с английского Елены Алешиной
В начальной школе происходит стрельба. Учителя прячут детей по шкафам и пытаются дозвониться до службы спасения. Кто-то писается, кого-то рвет; преподаватели зажимают ученикам рты, чтобы ты не издавали звуков. Тем не менее до приезда полицейских преступник успевает убить нескольких детей. Среди них и упомянутый в названии Энди. Таким образом, книга вовсе не про него, а про его семью, которой надо как-то пережить страшную потерю.
«Доброй ночи, Энди!» (Only Child в оригинале) — дебютный роман Рианон Навин, которая прервала успешную карьеру в рекламной индустрии ради воспитания троих детей и как раз в этот период решила приобщиться к писательству. Книга сразу обратила на себя внимание и была переведена на несколько языков. Кажется, она была замечена (во всяком случае, в США) как минимум по двум причинам. Во-первых, в ней затрагивается актуальная для американцев проблема массовых убийств в образовательных учреждениях. Буквально через неделю после выхода книги произошла очередная стрельба — в школе Марджори Стоунман Дуглас во Флориде, унесшая жизни 14 людей. В самой Америке это не новый жанр, можно составлять целые списки литературы по school shooting fiction, и мы уже как-то писали о подобном романе «Найти Джейка» Брайана Рирдона.
Но книга Навин все же выделяется из общего списка — и это уже вторая причина: о работе с травмой нам рассказывают не с точки зрения родителей погибшего, а глазами его младшего брата, шестилетнего Зака. Родители испытывают шок и не понимают, как себя вести. Зак попадает в изоляцию: что делать в таких ситуациях, он еще не знает, а мать с отцом уходят в себя от депрессии и забывают о втором ребенке.
На протяжении нескольких недель, пока школа закрыта, мы наблюдаем за Заком. Он вспоминает умершего брата, который, оказывается, не слишком хорошо к нему относился, и устраивает в комнате Энди убежище. Смотрит, как родители дают интервью местному телевидению. Даже встречается со школьным охранником Чарли, чей сын стал виновником трагедии, — и пробует помирить его со своими родителями. Зак не хочет, чтобы Чарли посадили в тюрьму. Навин недвусмысленно показывает, что не стоит недооценивать миропонимание маленьких детей — их способность воспринимать и переживать «взрослые» трагедии. Похоже, она, многодетная мать, знает, о чем говорит.
Булат Ханов. Гнев. М.: Эксмо, 2019
Филолога и преподавателя Глеба раздражает буквально всё вокруг. На месте книжных магазинов открываются сувенирные лавки. Молодежь «пестует свою лень и преподносит ее с апломбом». Литературоведческие конференции смахивают на ток-шоу. Феминистки и представители сексуальных меньшинств заглушают «оскорбленными возгласами» все остальные повестки дня. Это притом, что самому Глебу чуть больше тридцати.
Негативный взгляд на вещи продиктован совсем не только определенными убеждениями. Тут скорее психологический надлом человека, у которого вроде бы всё есть — и всё не то. На лекциях сидят студенты с пустыми глазами — но Глеб готов делать что угодно, лишь бы те не считали его «старым занудой». Супруга прекрасно готовит и проявляет всяческую заботу — но не подходит мужу по части эрудиции, за что он иногда называет ее просто «женщиной». Даже такой источник, казалось бы, безусловного удовлетворения, как порно, вызывает зависимость и вгоняет в депрессию. Противоречия распирают героя изнутри, но он не подает виду: на людях продолжает производить впечатление ироничного циника, а срывается на близких. Он хочет быть похожим на Передонова из «Мелкого беса», но прекрасно понимает, что ему ох как далеко и до героя-любовника, и до отъявленного злодея.
Самое обидное (как это обычно и бывает) — герой не может сформулировать, от чего все беды. Или не хочет, потому что уже давно научился «не додумывать мысли до конца», ведь если додумать, то придется как-то действовать. Вместо того, чтобы разработать более или менее адекватный план по спасению собственной души, Глеб мыслит крайностями. «Он вступился бы за любой бунт, впрягся бы в любой многообещающий скандал, даже первым ткнул бы в начальственную ректорскую морду гнилой воблой или селедкой». Но решимости на все это у героя нет.
Булат Ханов, молодой казанский писатель, чья повесть «Дистимия» получила третье место премии «Лицей» в прошлом году, написал роман об интеллектуале, которому «по традиции заповедано искать истину». Тема эта не новая, и сначала хочется написать: «очередной роман». Но нет, у Ханова несколько другая проекция. С одной стороны, Глеб не отрывается от реальности: он не только с вечным разочарованием за ней наблюдает, но и по мере сил старается в эту реальность встроиться, хоть немного ее поменять. С другой стороны, Ханов относится к герою без всякого сочувствия: интеллигента он показывает обыкновенным трусом, который от проблем пускается в прокрастинацию. «Никакой ты не ревнитель блага, а всего-навсего практикующий педант». Здесь сквозит, напротив, желание закрыть тему мающейся интеллигенции; попытка хорошая, да и никто не против — давайте закроем уже.
Елена Лобачева. Страхи Иволгина. М.: Время, 2019
Василию Иволгину 48 лет, и у него есть страшная тайна: он убил человека. Произошло это случайно, но с тех пор страшные воспоминания постоянно мучают героя. Иволгину кажется, что все кругом его подозревают. «С этим чувством, словно с хроническим недугом, Иволгин незаметно сжился». Он боится «спалиться», но страшит его не перспектива оказаться в тюрьме, а сам факт, что до конца жизни придется нести в себе постыдную тайну.
Забегая вперед, скажем, что мучиться до смерти Василий все-таки не будет. Роман посвящен не только его раскаянию. По ходу действия мы смотрим на нелепое преступление с разных сторон — и узнаём, что тайну хранит не один Василий. Более того, вполне возможно, и преступления-то никакого не было.
Елена Лобачева написала компактный и насыщенный событиями детектив, где убийцу уже давно никто не ищет. Он сам хочет, чтобы его нашли, и бросается на каждого встречного. Сосед по даче Володя, коллега по работе Шкурников, случайный попутчик Сергей Николаевич и его внучка Анюта, жена Катерина, странная, «случайная» подруга Зоя — все оказываются в разной степени посвящены в обстоятельства мутного дела. Каждый из них знает свою часть правды (или думает, что знает), но собрать целую картинку можно, только сопоставив показания.
Большое количество недомолвок и тайных связей между персонажами сначала напоминают прямо-таки сериальные страсти. Буквально каждый из действующих лиц является не тем, за кого себя выдает, а продолжение всякий раз непредсказуемо. Но это ровно до половины. Потом размотавшиеся нити аккуратно собираются в клубок, и к последней сцене читатель уже подходит во всеоружии. Усматривается даже некоторая мораль: можно сказать, что герой, измучив себя, полностью искупил вину — и потому в конце концов получается, что винить его не за что.