Без самодеятельности: эксперты — о правилах безопасности во время ЧП на борту самолета

Вечером 5 мая в аэропорту Шереметьево самолет «Аэрофлота» Sukhoi Superjet ударился о полосу во время аварийной посадки и загорелся. На борту находились 73 пассажира и пять членов экипажа, которые организовали эвакуацию людей по надувным трапам. По последним данным, погиб 41 человек, включая бортпроводника Максима Моисеева, помогавшего пассажирам в хвостовой части самолета.

Эвакуация прошла за 55 секунд вместо положенных нормативами 90, однако анонимный источник «Интерфакса» сообщал, что ее задержали попытки некоторых пассажиров забрать ручную кладь с полок. Достоверных подтверждений этому нет, но общественное мнение уже разделилось на два лагеря: одни обвиняют пассажиров в эгоизме, другие называют это попыткой переложить вину за трагедию на ее жертв.

Может ли эвакуация начаться внезапно для пассажира? Как справиться с паникой? Можно ли взять с собой рюкзак, если он уже лежит в ногах под креслом? «Такие дела» попросили экспертов проговорить основные правила безопасности при ЧП.

Фото: с сайта pxhere.com

Игорь Дельдюжов

Президент Шереметьевского профсоюза летного состава

Когда заранее известно, что произойдет аварийная посадка, бортпроводники начинают подготовку пассажиров: объясняют, какую позу принять, заставляют разуться, закрыть голову, вынуть колюще-режущие предметы из карманов, убрать вещи. Но аварийной ситуации в полете не было, лайнер возвращался по причине технической неисправности, поэтому на полосе не было ни скорой помощи, ни пожарной машины. Получается, что пассажиры получили обычный инструктаж: перед снижением уберите столик, поднимите шторку иллюминатора, приведите спинку кресла в вертикальное положение, разместите вещи на багажной полке или под впереди стоящим креслом.

Было три проводника: две девушки на передней кухне и один парень, погибший Максим, на задней. Когда самолет снижается, им нужно тоже сесть и пристегнуться и запрещено вставать до остановки. Неизвестно, кто заметил огонь, кто дал команду на эвакуацию — экипаж или бортпроводники.

Когда дается команда на эвакуацию, то говорят: «Отстегните ремень! Бегом ко мне! Прыгай! Скатывайся! Убегай!» — на русском и английском языках

Они открыли передние двери, что было совершенно правильно — сзади был огонь, это увидел Максим. Бортпроводники могли повлиять на пассажиров только первых трех рядов — подгонять, подталкивать, чуть ли не подножкой заставлять прыгнуть и быстрее бежать. С остальными не могли справиться физически.

То, что пассажиры стояли в проходе с вещами и задержали эвакуацию, — это нарушение. Следственные действия провели со всеми пассажирами, спрашивали, что каждый из них делал, кто был по соседству и как он себя вел. Это все узнают.

Олег Смирнов

Председатель комиссии по гражданской авиации Общественного совета

Если самолет оказался в чрезвычайной ситуации, в первую очередь пассажиры должны слушать указания экипажа — стюардесс, стюардов и командира корабля, который принимает последнее и главное решение.

В данном случае [на борту SSJ-100 в Шереметьеве] все поддались панике, потому что никто не ожидал пожара. Обычно бывает как: самолет садится, все похлопали и выдохнули, что приземлились. А тут вдруг в спину пошел жар, дыхание перекрыли отравляющие газы. Что делать? Постараться не поддаваться панике, вспомнить, где находятся выходы, отстегнуть ремень и быстро направиться к ним — туда, где есть воздух, пропуская вперед женщин и детей.

Опираясь на этот случай [с самолетом Москва — Мурманск], я бы узаконил положение: если самолет попал в чрезвычайную ситуацию, например борт охвачен пожаром, пассажиры не должны думать о вещах вообще. Здесь важна скорость эвакуации. При правильных действиях все происходит мгновенно. А так каждый встанет, потянется за сумкой, у кого-то она обязательно застрянет. Из-за этого образуется затор, который приведет к гибели людей, оказавшихся в хвостовой части — это мышеловка. Даже если человек успел быстро схватить вещи, они могут помешать ему при дальнейшей эвакуации. Важно немедленно покидать самолет без вещей, а потом разбираться.

Автор телеграм-канала Flying Upside Down

У нас каждый человек в последнее время возомнил себя авиационным экспертом. Одни на крылья выходят, другие в проходе во время эвакуации сумки свои драгоценные достают. Это безрассудство и безответственность, граничащая с уголовным преступлением.

Самодеятельность во время эвакуации лишь мешает экипажу выполнять свои обязанности.

Илона Борисова

Председатель независимого Шереметьевского профсоюза бортпроводников

Как Воздушный кодекс, так и все отраслевые документы предписывают пассажирам выполнять все указания экипажа с того момента, как они переступили порог самолета. Это важно, поскольку такое положение вещей — залог выживания. Нужно, чтобы пассажиры понимали, что они находятся не в развлекательном центре, а на транспорте и главная цель — долететь до пункта назначения без последствий.

Бывает, что после подготовки кабины ко взлету или посадке я, как действующий бортпроводник, замечаю, что некоторые пассажиры не реагируют ни на звуковое табло, ни на звуковую информацию. Кроме того, люди часто сидят в наушниках — это не позволяет [им] своевременно слышать команды, а также тормозит принятие решения об исполнении каких-то действий.

Понятие безопасности ведь складывается и из участия пассажиров — конечно, минимального. Тот объем информации, который подается бортпроводниками на демонстрации оборудования, и тот минимум, который находится в памятках, — это то, что человек способен запомнить на время полета. Этого достаточно.

[Попытка спасать багаж] — это, конечно, безобразие. Промедление чревато лишними смертями. Самолет — специфический транспорт, где все решают секунды.

Секунда отводится на то, чтобы пассажир прыгнул и съехал по трапу

Конкретно в этой ситуации, на мой взгляд, бортпроводники приняли единственно верное решение: если они видели, что пассажир пытается достать свои вещи, то не боролись с ним, чтобы не терять время на эвакуацию.

Бортпроводники могут проводить эвакуацию по команде капитана экипажа или самостоятельно, если устанавливают наличие опасных для жизни факторов, таких как дым и огонь. При этом, оценив ситуацию в целом, они выбирают те выходы, которые подлежат использованию, то есть полностью руководят процессом эвакуации.

На всех воздушных судах бортпроводники во время набора высоты и при посадке занимают свои рабочие станции возле аварийных выходов. Делается это для того, чтобы иметь возможность открыть хотя бы одну дверь. Главное — не паниковать и выполнять указания экипажа.

Лариса Пыжьянова

Кандидат психологических наук, специалист в области экстремальных ситуаций. Более 10 лет работала в Центре экстренной психологической помощи МЧС России

Экстремальная ситуация — та, которая выходит за рамки нашего опыта. Когда она случается, большинство людей теряют способность к критическому осмыслению происходящего и совершению целенаправленных действий — это острая реакция на стресс.

Аварийная посадка самолета и пожар — это запредельная по силе ситуация, поэтому люди часто начинают действовать рефлекторно. Это паника, агрессия, истерика, двигательное возбуждение. Фокус внимания у человека может замкнуться только на себе самом, и дальше он просто не понимает, что делает: хватает чемоданы, куда-то бежит, толкается.

В таких случаях я могу сказать: не судите, и не судимы будете. Никто не хочет вести себя так, чтобы навредить другим. Не нужно бросать камни, потому что ты не знаешь, как сам себя поведешь [в такой ситуации]. И никто, наверное, человека не накажет сильнее, чем он сам себя. Есть такой эффект — чувство вины выжившего. Люди, которым удалось спастись в ужасной катастрофе, должны радоваться, но они совсем не рады. Они начинают винить себя в том, что никому не помогли, не спасли.

Чрезвычайная ситуация может произойти когда и где угодно. К этому нужно готовиться. У нас есть зазор между событием и нашей реакцией на событие. Кто-то реагирует быстро, у кого-то наступает ступор. Надо знать свои возможности. Если событие уже случилось, мы ничего не сможем с ним сделать. Но нужно сделать вдох-выдох и переосмыслить ситуацию: где я нахожусь, что происходит, что я делаю?

Надо понимать, что в этом мире нет такого места, где ты в «домике», и может произойти все что угодно. Нужно уметь владеть собой и тренироваться [сохранять спокойствие] в стрессовых ситуациях, которые происходят с нами в повседневной жизни.

Авторы: Лидия Тимофеева, Светлана Буракова