Что известно о деле Вадима Осипова

В апреле 2017 года курсанта Военно-космической академии им. Можайского Вадима Осипова задержали из-за плана захвата казармы, который он рисовал на уроке. Его обвинили в содействии террористической деятельности и подготовке теракта. Сам курсант утверждал, что только фантазировал. Также он написал письмо министру Шойгу с просьбой «не позволить ошибке сломать ему жизнь».

В пятницу, 31 мая, Московский окружной военный суд отправил 20-летнего курсанта на принудительное лечение в психиатрическую больницу. «Бумага» рассказывает, как в течение двух лет развивалось дело Вадима Осипова.

Курсанта Военно-космической академии задержали из-за нарисованного плана захвата казармы. Его заподозрили в содействии терроризму

Первокурсника Военно-космической академии имени Можайского Вадима Осипова задержали в апреле 2017 года — вскоре после теракта в петербургском метро. Петербургский гарнизонный военный суд арестовал 19-летнего курсанта по подозрению в содействии террористической деятельности.

Поводом для возбуждения дела стал начерченный от руки план казармы с пометками «о том, как можно ее захватить группой лиц без оружия с последующим доступом в комнату хранения оружия». В ФСБ на курсанта пожаловался его преподаватель, который нашел этот план у Осипова во время занятия.

Кроме того, у Осипова в телефоне нашли книгу «Русская кухня. Азбука домашнего терроризма», которая включена в список экстремистских материалов. Следствие считало, что под ее воздействием курсант «стал устойчиво придерживаться экстремистских позиций и идеологии насилия».

Осипов также вел дневник, в котором рассуждал о случившемся в метро теракте. Например, о том, «как можно планировать теракты по году, а в самом конце облажаться». В дневнике Осипов также жаловался на плохое настроение и усталость.

Показания против Осипова дали пять его однокурсников. Трое из них отрицали, что обвиняемый вербовал их и склонял к противоправным действиям, рассказывал адвокат Осипова Виталий Черкасов. Еще один курсант, по словам Черкасова, заявил, что Осипов не вербовал его «напрямую». Последний свидетель на суде вспомнил один случай, когда обвиняемый предлагал ему захватить казарму, но не вспомнил, когда и при каких обстоятельствах это произошло.

Осипов рассказывал сотруднику ФСБ, как можно захватить казарму. Курсант думал, что его вербуют

После того как у Осипова нашли чертеж казармы, его дважды вызывал на беседу сотрудник ФСБ, прикомандированный к академии. Он спрашивал у курсанта, как бы тот действовал, если бы был террористом. В ответ молодой человек описал, как можно захватить казарму. По словам Осипова, он предположил, что сотрудники ФСБ его вербуют.

Из протокола опроса Осипова (цитата по «Медиазоне»):

«После начала исполнения гимна РФ на плацу, когда весь личный состав повернут спиной к казарме, осуществляется поджог тумбочек и матрацев на лестнице для задымления и затруднения прохода, дым будет едкий, и, если потушат пожар, всё равно не пройдут, так как форточки высоко и их открыть невозможно. Для какой цели осуществить захват казармы, я не думал».

В конце мая курсанту предъявили обвинение в содействии террористической деятельности по части 1 статьи 205.1 УК.

Курсант написал письмо Шойгу с просьбой «не позволить ошибке сломать ему жизнь»

Вадим Осипов написал письмо главе Минобороны Сергею Шойгу, в котором попросил министра «дать команду разобраться и не позволить ошибке сломать [ему] жизнь».

Вадим Осипов (цитата по «РБК»):

— Меня подвела моя любовь к шуткам и увлечение историями про диверсантов, про которых я много читал в книжках и смотрел фильмы. Я всегда гордился русским разведчиком [Николаем] Кузнецовым. Хотел быть похожим на него, чтобы в случае опасности для России принести такую же пользу нашей стране. Но все мои мечты рухнули 4 апреля, когда на занятиях в академии преподаватель обнаружил у меня лист из тетрадки, на котором я нарисовал схему нашей казармы.

Осипов пояснил, что после теракта в петербургском метро и нападения на часть Росгвардии в Чечне размышлял, как можно было ее защитить, и якобы поэтому нарисовал план захвата казармы. По словам курсанта, во время беседы с сотрудником ФСБ он «старался показать себя в нужном виде», так как после академии хотел работать в ФСБ. «При ответе на вопросы я что-то придумывал либо вспоминал про случаи из книг и фильмов про диверсантов», — добавил молодой человек.

Как рассказывали защитники курсанта, Минобороны ответило, что ведомство не может вмешиваться в расследование уголовного дела.

Осенью Осипова обвинили в подготовке теракта. Ему грозил пожизненный срок

27 октября курсанту предъявили еще одно обвинение — в подготовке теракта, повлекшего умышленное причинение смерти человеку (часть 1 статьи 30 — пункт б части 3 статьи 205 УК РФ). По этой статье предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок от 15 до 20 лет или пожизненное заключение.

Сотрудники ФСБ на суде заявили, что курсант собирался взорвать одну из площадей Петербурга

На заседании Московского окружного военного суда в Петербурге 10 января майор ФСБ Сергей Круть заявил, что Осипов планировал устроить взрывы на одной из площадей Петербурга. По словам сотрудника ФСБ, согласно еще одному плану курсант намеревался поджечь казарму, забаррикадировать входы и выходы из нее, а также изготовить напалм, «которым он собирался поливать из окон».

Адвокат курсанта Виталий Черкасов в разговоре с «Бумагой» заявил, что сотрудники ФСБ некорректно изложили информацию. По словам Черкасова, они пересказали протокол опроса Осипова, который, по словам курсанта, он подписывал не читая и не вдаваясь в подробности. В частности, Осипова спрашивали, как бы он поступил на месте террористов, утверждает адвокат.

Спустя два года после задержания суд отправил Осипова в психиатрическую больницу

Московский окружной военный суд 31 мая отправил Вадима Осипова на принудительное лечение. Судья заявил, что Осипов «желал самоутвердиться в роли массового убийцы», для чего подготовил план поджога и массового убийства военнослужащих академии имени Можайского.

Кроме того, по словам судьи, повторная психиатрическая экспертиза выявила у Осипова шизотипическое расстройство — ярко выраженный «синдром степного волка», который выражен болезненной реакцией на общественную несправедливость и неспособностью адекватно на нее реагировать.

Во время предварительного расследования дела экспертиза показывала, что Осипов здоров, сообщает его адвокат. В январе 2018 года суд отправил Осипова на повторную экспертизу, а в феврале 2019-го — еще на одну.

Адвокат Дмитрий Динзе объяснял, что при первом исследовании специалисты института имени Сербского не смогли дать заключение о вменяемости курсанта, поскольку он находился в «болезненном состоянии психики». В связи с этим его положили в психиатрическую больницу. После лечения его отправили на повторную экспертизу, которая и показала невменяемость Осипова.

Адвокат Виталий Черкасов рассказал «Бумаге», что защита готовит апелляцию на решение суда. По его мнению, решение суда отправить Осипова на лечение связано с нехваткой доказательств для обвинительного приговора. Черкасов считает, что Осипов здоров и не нуждается в лечении.