Как устроена петербургская политика и зачем нам сотни чиновников и депутатов? Ответы на главные вопросы об управлении городом

В сентябре в Петербурге пройдут выборы: город будет голосовать за нового губернатора и муниципальных депутатов. Но чем мундепы отличаются от депутатов Закса, зачем их так много, кто платит им зарплату, как можно повлиять на управление городом и существует ли вообще петербургская политика? Политическая журналистка и соавтор канала «Ротонда» Мария Карпенко подготовила для «Бумаги» ответы на главные вопросы о городском управлении.

Как устроено управление городом?

Хотя все самые важные для россиян решения принимают в Москве, вообще-то, наша страна — не монолит, а федерация, состоящая из множества регионов. И в каждом из них, в том числе в Петербурге (а он считается отдельным регионом), есть свои органы власти — как будто это маленькое государство. В Петербурге есть собственный парламент с 50 депутатами (как Госдума), свое правительство из вице-губернаторов (как министры), комитеты по разным вопросам, где работают чиновники, (аналог министерств) и губернатор во главе города, конечно. Иллюстрация: Анна Кулакова / «Бумага» Другое дело, что все эти органы власти не самостоятельны по-настоящему, а подчиняются федеральным властям. Но не во всем, не всегда и не беспрекословно. Тут-то и начинается пространство для городской политики.

В стране всё решает президент. А в Петербурге — губернатор?

Губернатор — это высшее должностное лицо в городе. Но он не всемогущ — ни по закону, ни на деле. Губернатор возглавляет правительство — исполнительную ветвь власти. Однако законодательная ветвь, то есть городской парламент, по закону независима и ему не подчиняется. Потому что депутаты — в идеале, конечно — представляют интересы горожан, которые их выбрали. А чиновников никто не выбирал, да и губернаторов в России до недавнего времени назначал президент. Как ни странно, принцип разделения властей в Петербурге извращенно, но работает. Во многих других регионах законодательные собрания превратились в «придаток» администраций: роль депутатов сводится лишь к тому, чтобы по команде голосовать за проекты законов, придуманных чиновниками. В Петербурге депутаты помнят, что конституция гарантирует им независимость, и пользуются ею в собственных политических целях. Депутаты-единороссы могут позволить себе критиковать чиновников, интриговать против них и торговаться с ними. В большинстве российских регионов решать проблемы идут в администрацию, но никак не в парламент. В Петербурге же мест силы как минимум два: Смольный, где сидят чиновники, и Мариинский дворец, где сидят депутаты. Казалось бы: власти интригуют друг против друга, но какое значение это имеет для простых горожан? Часто побочным эффектом от подковерной борьбы становятся полезные для города дела. Осенью 2018 года, например, таким побочным эффектом стали несколько новых скверов. Несколько лет жители некоторых петербургских районов боролись против строительства торговых центров: они хотели, чтобы вместо недвижимости около их домов появился парк (например, на реке Смоленка на Васильевском острове). Запретить застраивать территорию и превратить ее в зеленую зону — это полномочия депутатов. Обычно, впрочем, депутаты решают, где будет застройка, а где парк, сообща с городской администрацией. В тот раз администрация была против парков и депутаты проголосовали так же. А дальше началась политика. Телеканалы, подконтрольные петербургской администрации, раскритиковали депутатов за отказ прислушаться к мнению горожан и выставили их виноватыми. Спикер парламента разозлился и назло администрации города велел депутатам все-таки превратить стройплощадки в парки, чтобы парламент предстал перед избирателями в выгодном свете.

В городском парламенте 50 депутатов. Чем они занимаются?

Вообще-то, парламенты (законодательные собрания) нужны каждому региону из-за того, что Россия — это федерация. Это значит, что регионы могут сами решать, как устроить свою жизнь. И в частности — могут придумывать собственные законы. Помните анекдоты про абсурдные американские законы, типа запрета облизывать лягушек? Так вот, они не для всех США, а для отдельных штатов, в которых произошли какие-то экстраординарные события. Речь, конечно, не о том, что региональные законы обязательно абсурдные, а о том, что в развитых федерациях регионы могут по-своему регулировать жизнь граждан. В России у региональных депутатов простора для творчества немного, да и сами они редко проявляют самостоятельность, придумывая законы. В основном же они уточняют те нормы, которые придумала для всей страны Госдума. Например, российские депутаты запретили продавать алкоголь после 23 часов. А петербургские подумали и решили: нашему городу запрет нужен пожестче. И запретили продавать после 22. Для предпринимателей работа региональных депутатов куда заметней, чем для обычных горожан. Законодательное собрание решает, какому бизнесу дать налоговые льготы, какую территорию отдать под застройку, какие штрафы повысить или понизить. Именно поэтому предприниматели стараются повлиять на депутатов или даже провести в заксобрание своих людей: депутат от КПРФ Александр Рассудов, например, до своего избрания был партнером строительной компании «Лидер Групп».

Постоянно читаю про дурацкие инициативы депутатов. Зачем они так?

Петербург еще несколько лет назад приобрел славу столицы политического треша. Руку к созданию такой репутации приложили, кстати, и журналисты. Принятый шесть лет назад закон «О тишине», который запрещает нарушать спокойствие горожан по ночам, журналисты ради ярких заголовков окрестили «законом о топоте котов». С тех пор многие уверены, что в Петербурге депутаты запретили котам топать, а людям — громко заниматься сексом. Хотя на самом деле топот котов, скрип кровати и стук наручников депутаты просто обсуждали на заседании, размышляя, как лучше составить закон, и говорили об этом отчасти в шутку. Впрочем, надо сказать, петербургские депутаты и без журналистов отлично справляются с тем, чтобы представать в глазах избирателей, скажем мягко, популистами. Первопроходцем в этом деле стал знаменитый депутат петербургского Закса Виталий Милонов («Единая Россия»). Хотя некоторые его инициативы претворились в жизнь (например, закон о запрете пропаганды «нетрадиционных сексуальных отношений», который действует по всей России), большая их часть так и осталась или на бумаге, или вовсе на словах. У такой пиар-стратегии есть достоинства: благодаря «вирусным» инициативам, которые разносят СМИ и соцсети, имя депутата становится узнаваемым (вот вы же наверняка знаете Милонова — значит, это работает). Политической карьере это на пользу: в 2016 году Виталий Милонов стал депутатом Госдумы. У депутата Милонова много последователей. Член петербургского парламента Андрей Анохин, например, в прошлом году решил устроить рэп-баттл с Алексеем Навальным, но поскольку оппозиционер проигнорировал приглашение, единороссу пришлось дискутировать с картонной коробкой, куда он наклеил портрет оппонента. Этот же депутат предложил защитить граждан от вредного влияния интернета и пускать их в соцсети только на три часа в день. Чаще всего парламентарии, выступающие с подобными инициативами, прекрасно понимают, что их начинания бесперспективны, и осознанно эпатируют публику.

А для чего городу депутаты аж 111 муниципалитетов?

Пятьдесят человек в парламенте города — это еще не все депутаты, которые есть в Петербурге. Город не монолитный: он делится на 111 округов. Они называются муниципальными образованиями. И в каждом из них свой маленький парламент — совет муниципальных депутатов. И маленькое правительство — местная администрация. По задумке, этот уровень власти — самый близкий к людям. Он носит название «местное самоуправление». Подразумевается, что люди сами организовались для решения локальных проблем, в то время как региональные власти занимаются более общими вопросами. Муниципальная власть по закону независима от государственной, она существует параллельно: ни губернатор, ни депутаты Закса местным властям не начальники. Идея заключается в том, чтобы органы местного самоуправления были подотчетны только жителям — и никому другому. В реальности всё не так. У муниципальных властей в Петербурге очень мало полномочий. Бюджет, которым они располагают, невелик (обычно несколько десятков миллионов, в то время как размер казны города — около 600 миллиардов). Да и независимости нет: местная власть превратилась в низшее звено государственной. Мало полномочий — значит, петербуржцы не рвутся поучаствовать в местном самоуправлении. Раз не рвутся — конкуренция за кресло муниципального депутата невелика. А когда нет конкуренции, качество избранных депутатов оставляет желать лучшего. Именно из-за этого на местном уровне происходит много коррупционных скандалов. Депутаты муниципалитета «Екатерингофский» в Адмиралтейском районе, например, за бюджетный счет купили для жителей билеты в театр, но вместо артистов выступили на сцене сами, чем, надо полагать, существенно снизили реальную стоимость спектакля. Коррупция — причина того, что многие муниципальные депутаты стоят за свои мандаты насмерть. Когда приходит время выборов, в муниципалитетах начинаются боевые действия: старые депутаты всеми силами стараются не допустить конкуренции. Например, выстраивают искусственные очереди, чтобы не дать людям, которые хотят баллотироваться в муниципальные депутаты, подать документы и зарегистрироваться кандидатами.

И все они живут на наши налоги?

Почти. В администрации Петербурга все сотрудники получают зарплату из бюджета, а бюджет — это, в первую очередь, налоги, которые платят граждане и бизнес. Депутаты, кстати, тоже работают за наши деньги. В большинстве российских регионов в парламенте только несколько депутатов получают зарплату, остальные работают бесплатно (совмещают с бизнесом, например). Петербургский парламент — исключение: здесь всем депутатам платят бюджетные деньги, а бизнесом заниматься запрещено, как и чиновникам (сотрудникам городской администрации). Ни тем, ни другим, впрочем, запрет особо не мешает: журналисты-расследователи не раз находили у представителей власти незаконный бизнес. Так, у депутата от ЛДПР Олега Капитанова обнаружили несколько дорогих гостиниц в исторических особняках в центре города. Недавно Капитанов сложил депутатские полномочия, но вовсе не из-за вскрытого журналистами конфликта интересов, а для того, чтобы продолжить карьеру в качестве чиновника петербургской администрации. А вот муниципальные депутаты чаще всего зарплату из бюджета не получают (им можно не оставлять свое основное место работы, будь то бизнес или наемная служба). За бюджетные деньги работают только глава муниципалитета и сотрудники местной администрации. Правда, муниципальные депутаты, получив мандат, часто устраиваются работать в муниципальные предприятия, которые существуют за бюджетный счет. При этом представители власти должны отчитываться перед нами, как тратят деньги. За всех членов правительства отчитывается губернатор: раз в год он выступает перед депутатами законодательного собрания и рассказывает, каких успехов достигла исполнительная власть. Сами депутаты тоже должны раз в год отчитываться о своей работе перед избирателями. Но в какой форме этот отчет должен предстать, закон не уточняет. Поэтому кто-то публикует свои отчеты в маленьких местных газетах, кто-то — на собственных сайтах. Лишь немногие приглашают горожан на публичные отчеты открыто, через соцсети: так поступает, например, депутат от «Яблока» Борис Вишневский.

В городе регулярно проходят митинги оппозиции. Они на что-то влияют?

Самые масштабные уличные акции, понятно, проходят в Москве. Но Петербург обычно — второй по количеству участников митингов. К тому же у нас бывают собственные, локальные протесты. В 2017 году петербуржцы несколько раз выходили на улицы, чтобы помешать властям передать РПЦ Исаакиевский собор. Можно ли повлиять на решения властей, участвуя в уличных акциях? Историю с Исаакиевским собором оппозиция считает своим успехом и всегда приводит в пример: после митингов власти отказались от идеи отдать храм-памятник церкви. Стали ли протесты главной причиной этого решения или это совпадение, достоверно узнать нельзя. Но можно предположить: когда внутри самой власти нет консенсуса, публичное недовольство граждан может стать аргументом, способным склонить чашу весов в ту или иную сторону. Петербург выделяется на фоне многих других городов еще и тем, что здесь в законодательном собрании есть депутаты, чья позиция по многим вопросам отличается от позиции «Единой России». У них нет большинства, и заблокировать принятие какого-нибудь законопроекта (или наоборот — провести свою инициативу) они не могут. Зато у них есть парламентская трибуна, которая придает их высказываниям статус. А еще у них есть право депутатского запроса: они могут спрашивать у чиновников, почему не решена и когда решится та или иная проблема, и те обязаны быстро ответить.

Чем эти депутаты и чиновники полезны лично мне? Куда жаловаться?

Можно и даже нужно не давать властям покоя и обращаться к ним со своими проблемами. У каждого петербуржца есть представители на разных уровнях власти: и в муниципалитете, и в городском парламенте, и в Госдуме. Они обязаны заниматься проблемами своих избирателей — в этом их работа и заключается. Жаловаться можно и чиновникам. Плохо ходит транспорт — пишите в комитет по транспорту; плохо следят за парком — пишите в комитет по благоустройству. И так далее. За то, чтобы вам жилось хорошо во всех отношениях, отвечает районная администрация — это представительство администрации города. Туда вообще можно писать по всем вопросам, чиновники района сами перенаправят письмо куда надо. Чтобы жаловаться было проще, городские власти сделали специальный сайт — «Наш Санкт-Петербург». Там можно на карте отметить проблему, и сайт сам поймет, кто за нее отвечает. Чиновники обязаны дать на все обращения ответ. Правда, не всегда этот сайт работает как надо. Например, по жалобам о плохой уборке снега, оставленным в январе, некоторые чиновники отчитались только в апреле, когда снег, разумеется, растаял.

А я могу участвовать в управлении городом?

Во-первых, вы можете голосовать. На масштабных выборах — президентских, например, или даже губернаторских — конкуренции чаще всего нет, и результат кажется предопределенным заранее. А вот на выборах в городской парламент и муниципальные советы картина бывает более радостной: часто в бюллетене можно увидеть много разных кандидатов, и голоса граждан действительно могут повлиять на результат. Ближайшая возможность проголосовать — 8 сентября: в этот день горожане выбирают не только губернатора, но и муниципальных депутатов. Побороться за то, чтобы участие горожан в выборах имело больше смысла, можно — став наблюдателем. Это активисты — сторонники честных выборов, которые подковываются юридически и в день голосования дежурят на избирательных участках, следят, чтобы никто не подтасовывал результаты. Благодаря наблюдателям вскрылось много нарушений: например, весь Петербург узнал, что депутат-единоросс Анатолий Дроздов пропихивал в урну целую пачку фальшивых бюллетеней расческой. Самому стать наблюдателем можно, присоединившись к одной из организаций, занимающихся контролем за выборами. Самая известная из них, объединяющая людей разных политических взглядов, — «Наблюдатели Петербурга». Можно самому пойти и в депутаты, для начала — в муниципальные. Больших полномочий, правда, этот статус не даст, да и повлиять на ситуацию в одиночку — если вы не окажетесь среди других депутатов-единомышленников — получится вряд ли. Зато это даст возможность контролировать работу местных властей, узнавать важную для горожан информацию и делать ее публичной. Можно пытаться влиять на решения, которые принимает власть, и при этом не идти в политику самому. Например, собрать соседей, недовольных одной и той же проблемой, в инициативную группу, и общаться с властями не в одиночку, а вместе, придав требованиям больший вес. Такое сообщество может стать заметным на городском политическом ландшафте, даже если сами требования локальны. Не факт, что власти захотят пойти вам навстречу, но не исключено, что однажды они сочтут выгодным согласиться на ваши требования. Так часто происходит перед выборами, когда власти стремятся предстать перед горожанами в выгодном свете и завоевать симпатии особенно активных из них. Яркий пример — решение врио губернатора Александра Беглова не застраивать набережную Невы напротив Стрелки Васильевского острова судебными зданиями, а разбить там парк, чего требовали градозащитники. А поскольку выборы проходят часто, шансы на успех есть.