Штабы на лямках

Документы провластных кандидатов в Мосгордуму и их соперников из числа системной оппозиции готовились одной командой специалистов. Расследование «Новой»

Изучая мастерские по изготовлению фальшивых диссертаций, сталкиваешься иногда с таким явлением, как «клеймо Страдивариуса». Безымянный автор, который пек диссертации под заказ, оставлял характерную бредовую фразу во всех «научных работах», которые вышли из-под его пера. Это позволяет идентифицировать совершенно разных «уважаемых людей» в качестве клиентов одной и той же фабрики.

Анализируя выборы прошлых лет, натыкаешься на «клеймо Страдивариуса» уже другого рода: на совершенно разных участках вдруг внезапно во множестве наблюдается один и тот же процент за партию власти, с точностью до сотых или тысячных, как это было, например, в Саратове в 2016 году на выборах в Госдуму. Такие цифры можно только нарисовать, сами собой они возникнуть не могли.

Нечто подобное произошло при выдвижении в Мосгордуму с «самомедвеженцами» и некоторыми «оппозиционными» кандидатами. «Самомедвеженцами» окрестили тех кандидатов, которые выдвинулись якобы сами, но на деле всем прекрасно известно, что это кандидаты из команды «Единой России», часто имеющие ее партбилет. Оказалось, однако, что «самомедвеженцы» и их конкуренты, которые до сих пор не были ассоциированы с «ЕР», а также представители «Коммунистов России», пользовались одной и той же «фабрикой кандидатов». Их выдали цифры и буквы.

Финансовые отчеты кандидатов продемонстрировали совпадения, которые невозможно объяснить ничем, кроме централизованного изготовления этих документов.

Финансовые отчеты как улика

Избирательный счет кандидата — важнейший элемент кампании. С него оплачивается изготовление материалов и подписных листов, с него же рассчитываются со сборщиками подписей и агитаторами. В ходе избирательной кампании кандидаты дважды отчитываются о расходовании средств, сдавая сначала промежуточный, а потом итоговый отчет. С начала июля Мосгоризбирком публикует первые (промежуточные) финансовые отчеты кандидатов в депутаты Московской городской думы, сданные вместе с пакетом документов на регистрацию.

По состоянию на 27 июля с.г. на сайте Мосгоризбиркома были опубликованы промежуточные финансовые отчеты 284 кандидатов в депутаты Московской городской думы. 282 из них подали документы на регистрацию. Поскольку всего документы на регистрацию в окружные избиркомы сдали 290 кандидатов, мы располагаем финансовыми отчетами практически всех, кто предпринял попытку зарегистрироваться.

Помимо данных о финансах кандидатов эти документы содержат и другую интересную информацию. В частности, сравнив их оформление, можно обнаружить неочевидные связи между кандидатами.

Власть и ее кандидаты

Выборы в Московскую городскую думу уже много лет отличаются повышенной «управляемостью» — хотя формы этой управляемости бывают разные. В 2004 году, например, на выборах триумфально победил поддержанный популярным тогда мэром «Список Лужкова», включавший в себя представителей разных партий, от «Единой России» до «Яблока». В 2009 году выборы прошли с массовыми фальсификациями — количество вброшенных голосов оценивалось примерно в 600 тысяч. Перед выборами в МГД 2014 года в Федеральное законодательство было внесено требование сбора 3% подписей избирателей округа для самовыдвиженцев и кандидатов от большинства партий (в Москве условиям освобождения от сбора подписей тогда и сейчас отвечают только парламентские партии — «Единая Россия», КПРФ, ЛДПР и «Справедливая Россия»). В сочетании с новой системой выборов (по 45 одномандатным округам) это позволило отсечь на дальних подступах большинство независимых от мэрии кандидатов и провести выборы без фальсификаций, но при минимальной явке (менее 21%). В этих условиях для победы нужных кандидатов хватило голосов управляемого электората — пенсионеров и бюджетников.

Однако в нынешнем выборном цикле этот же подписной барьер неожиданно стал препятствием для кандидатов от власти. Как показали губернаторские выборы прошлого года, выдвигаться от «Единой России» (что освободило бы от сбора подписей) чревато поражением, так что поддерживаемые мэрией кандидаты, как действующие депутаты МГД, так и новички, были вынуждены как минимум изображать сбор подписей избирателей.

Примерный список «самомедвеженцев» был опубликован в СМИ еще в марте и с тех пор мало менялся. В нем 42 кандидата — 16 действующих депутатов МГД, несколько руководителей московских бюджетных учреждений, бизнесменов, несколько журналистов и руководителей вузов, а также два кандидата от «системной оппозиции» — Илья Свиридов, в 2018 году баллотировавшийся в мэры Москвы от «СР», и Максим Шингаркин, выдвинутый «Родиной». Каждому «самомедвеженцу» выделен отдельный округ. Четыре округа зарезервировано для согласованных кандидатов КПРФ — Вадима Кумина, Леонида Зюганова, Николая Губенко и Николая Зубрилина. Правда, депутату МГД Зубрилину, который в 2014 году выиграл свой мандат незапланированно, победив «яблочника» Андрея Бабушкина, подложили «подарок» — Евгения Нифантьева, генерального директора сети аптек «Столички», который едва ли пошел на выборы без согласования с мэрией. Его мы тоже будем рассматривать в одном ряду с «самомедвеженцами».

Никакого doc, только pdf

Форма финансового отчета кандидатов в депутаты МГД была представлена Московской городской избирательной комиссией в составе Решения Мосгоризбиркома № 92/7 от 23 мая 2019 года, опубликованного на сайте МГИК в виде PDF-файла. Дата и номер решения в шапке формы были вписаны от руки. Вордовского варианта отчета МГИК не распространяла. Поскольку нераспознанный («картиночный») формат PDF неудобен для редактирования и заполнения на компьютере, большая часть кандидатов предпочла создать по опубликованному образцу собственные бланки отчета в редактируемом компьютерном формате. Внимательное рассмотрение опубликованных отчетов кандидатов показывает, однако, что использованных вариантов бланков существенно меньше, чем кандидатов, и многие кандидаты используют одни и те же шаблоны отчетов.

СПРАВКА «НОВОЙ»

«Шапки» — видимки

Казалось бы, форма отчета четко определена законом, и вариаций в нем много быть не может, особенно в масштабах одной страницы. Но каждый, кто списывал в школе, знает, что даже по решению задачи в 3–4 строчки учитель выяснит, у кого это списано. В случае с шаблонами нами выделялись следующие элементы анализа:

«Шапка». Она могла присутствовать или отсутствовать. Все реквизиты решения МГИК могли быть в ней прописаны, а могли полностью или частично отсутствовать. Сама «шапка» могла быть отформатирована по центру или с двух сторон, количество строк в ней могло соответствовать оригиналу или отличаться от него. «Шапка» могла быть набрана шрифтом на один кегль меньше основного текста (так в образце) или на два кегля.

Заголовок «Первый финансовый отчет». В образце вместо слова «первый» — черта, под нею — подстрочное пояснение в скобках — «первый, итоговый, сводные сведения». Предполагается, что надо вписать вид отчета. Это можно сделать разными шрифтами (жирным или нежирным), прописными или строчными буквами, полностью или частично оставив или потеряв черту и/или пояснение под ней. Поскольку не все финуполномоченные депутаты умеют вбивать подстрочные пояснения, то многие штабы, воспроизводя этот элемент образца, сносили пояснение на целую строку вниз. Некоторые же и вовсе выкидывали неудобный кусок (и по сути ненужный, пришедший в делопроизводство из докомпьютерной эпохи).

Строки «ФИО» и номер счета — в них тоже можно все сделать по-разному. Можно писать подстрочные пояснения, можно не писать. Можно вписать данные обычным восьмым кеглем, можно более крупным. Счет можно писать со всеми реквизитами, либо — по образцу (то есть — только номер). Линии, на которых располагаются ФИО и счет, могут, как в образце, начинаться от общего поля, а могут — на несколько символов правее.

Наконец, сама таблица. В ней очень сложно, независимо набивая ее элементы, получить одинаковую ширину столбцов.

Из опубликованных МГИК pdf-документов были извлечены первые страницы финансовых отчетов 284 кандидатов (у большинства отчет состоит из двух страниц). Затем эти страницы разделили на группы по используемым бланкам путем компьютерного сравнения изображений с последующей ручной проверкой. В результате было выявлено 23 шаблона отчетов, охватывающих 231 документ, и еще 53 отчета осталось вне классификации. Некоторые из шаблонов имеют объяснимое происхождение (штабы партий) и область применения (кандидаты от соответствующих партий), в то время как другие демонстрируют менее очевидные связи. В таблице приведены выявленные шаблоны с указанием области их использования и характерных особенностей. Для удобства шаблонам даны названия — по названиям использующих их партий или именам заметных кандидатов.

Шаблоном КПРФ воспользовались 37 членов партии (практически все, кроме нескольких именитых партийцев) — и только они. У ЛДПР — два шаблона, различающихся небольшими деталями, причем обоими (особенно вторым) воспользовались не только члены ЛДПР, но и несколько самовыдвиженцев и представителей других партий. Члены «Справедливой России» пользовались тремя шаблонами. Шаблоном «Яблоко» воспользовались пять кандидатов, выдвинутых партией и внезапно примкнувшая к ним «коммунистка России» Ольга Жагина. У партии «Коммунисты России» (КПКР), которая успешно зарегистрировала по подписям 32 кандидата из 34, собственного шаблона фактически нет — только два представителя партии использовали шаблон, который не встречается у представителей других политических сил. Еще несколько малозаметных кандидатов воспользовались исходным бланком из решения МГИК, видимо, просто распечатав его на бумаге и заполнив от руки. Подчеркнем, что перечисленное использование шаблонов — абсолютно нормально: партии обеспечивают кампании своих кандидатов.

Что общего у бывшей журналистки Леси Рябцевой и главврача Ольги Шараповой?

Интереснее «горизонтальные» шаблоны, объединяющие кандидатов по менее очевидным признакам. Например, шаблоном «Митина», помимо баллотирующейся от КПКР Дарьи Митиной, воспользовались еще пять представителей «Коммунистов России», а также семь самовыдвиженцев, включая известного политика Зою Шаргатову, самовыдвиженцев Марью Марусенко и Михаила Конева (соперника Ильи Яшина по 45-му избирательному округу, бывшего помощника Бориса Немцова, ныне изгнанного из партии Парнас).

Шаблоном «Молев» воспользовались всего в пяти округах, зато целых 12 раз: помимо действующего депутата МГД Антона Молева, его использовали в своих отчетах соперники Молева по 16-му округу А.А. Андреева (самовыдвиженка) и Т.В. Гордиенко («Коммунисты России»). В 19-м округе этим же шаблоном воспользовалась действующий депутат МГД Ирина Назарова и ее соперник от «Коммунистов», в 38-м и 39-м — поддержанные мэрией кандидаты Александр Козлов и Валерий Головченко и их соперники — кандидаты от «Коммунистов России» и по одному самовыдвиженцу соответственно.

И вот это — уже патология. Не может политик пользоваться услугами избирательного штаба своего оппонента — его юристами, финуполномоченным, секретариатом.

А в нашем случае именно это мы и доказали: степень уникальности текста, компоновки, форматирования отчетов такова, что случайное совпадение следует исключить.

Схема, когда один и тот же шаблон финансового отчета используют кандидат от мэрии и его соперники по округу (обычно от «Коммунистов России», но иногда и от других партий, или самовыдвиженцы), на этих выборах распространена чрезвычайно широко. Так, шаблон «Орлов» используют действующий депутат МГД Степан Орлов и его соперник по 27-му округу от «Коммунистов России» Гоголев, кандидат от мэрии по 30-му округу Русецкая и ее соперник от «Коммунистов» Викулин, действующий депутат МГД Зверев и его соперник по 31-му округу от «Коммунистов» Милешин, действующий депутат МГД Мельникова и ее соперники по 32-му округу от «Коммунистов» и партии «Зеленых». Шаблон «Картавцева/Стебенкова» используют сразу четыре кандидата по 25-му округу — ветеран МГД Людмила Стебенкова и три ее соперника — от «Коммунистов России», «Гражданской силы» и самовыдвиженец. Шаблоном «Метлина» воспользовались кандидаты от мэрии Андрей Медведев, Наталия Метлина и Ольга Шарапова, а также их конкуренты по округам — Екатерина Бакашева и Анна Ганялина, Сергей Малахов и Владимир Рязанов, Артем Папета, Сергей Покатаев и Олеся Рябцева.

Отдельную категорию образуют «малые» шаблоны, использующиеся только в одном округе по схеме «кандидат от мэрии плюс еще один-два кандидата». Такими шаблонами воспользовались действующие депутаты МГД Гусева, Метельский, Семенников, а также ректор РГСУ Починок.

Касамара, Бунимович, Собянина?

Забавные связи обнаруживает шаблон «Касамара», который выглядит как заготовка бланка Мосгоризбиркома еще без вписанных от руки даты и номера решения. Его используют такие разные люди, как Евгений Бунимович, кандидаты ЛДПР Егоров, Шереметьев и Меркулов, самовыдвиженцы Ирина Собянина, Сергей Лазарев и Надежда Квачкова, а также поддержанные мэрией Андрей Соколов (в итоге снятый с выборов за некачественные подписи) и, наконец, сама Валерия Касамара.

Отдельно стоит отметить, что независимые кандидаты, которые вели заметные публичные кампании по сбору подписей, от Бесединой и Цукасова до Гудкова и Яшина, не использовали общих шаблонов — их финансовые отчеты полностью индивидуальны. Списки депутатов, воспользовавшихся массовыми «непартийными» шаблонами, приведены в таблице ниже.

Кандидаты и деньги

По закону, кандидаты имеют право принимать на избирательный счет пожертвования от физических и юридических лиц, получать взносы от выдвинувшего их избирательного объединения (партии), а также вкладывать собственные средства. Максимальный общий размер избирательного фонда на этих выборах установлен Мосгоризбиркомом на уровне 35 миллионов рублей. Половину от этой величины — 17,5 миллиона — составляет максимальная сумма пожертвований от одного юридического лица.

Из 290 кандидатов в депутаты Мосгордумы, сдавших документы на регистрацию, 130 выдвинуты парламентскими партиями и подписи не собирали. Все они сдали «нулевые» финансовые отчеты. Из остальных 160 кандидатов от непарламентских партий и самовыдвиженцев финансовые отчеты опубликованы у 155. Суммарный бюджет кандидатов в Мосгордуму, посчитанный по 155 из 160 «ненулевых» финансовых отчетов, составляет 586 миллионов 909 тысяч рублей, из них:

• 54 миллиона 763 тысячи рублей — собственные средства кандидатов

• 19 миллионов 595 тысяч рублей — пожертвования физических лиц

• 82 миллиона 249 тысяч рублей — вклад избирательных объединений, вы­двинувших кандидатов

• 430 миллионов 302 тысячи руб­лей — пожертвования юридических лиц

Львиная доля общего бюджета кампании — 459 миллионов 99 тысяч рублей, более 78% — приходится на «самомедвеженцев». Содержательно мы проанализировали 42 финансовых отчета «самомедвеженцев». Отчеты группируются по нескольким признакам, указывающим на странные совпадения.

«Самомедвеженцы» оказались очень стереотипны в своих решениях. Так, тратя личные деньги на кампанию, они жертвовали из своего кармана идентичные суммы. Людмила Стебенкова, Алексей Шапошников и Игорь Дягилев пожертвовали себе по 1 750 000 рублей каждый. Главврач Ольга Шарапова, жертва «Диссернета» Сергей Зверев и еще шесть человек, не сговариваясь, пожертвовали по одному миллиону рублей. Еще одна жертва «Диссернета» Евгений Герасимов, образовательный олигарх Михаил Балыхин и еще парочка человек пожертвовали себе по 750 000 руб­лей. Пять кандидатов пожертвовали себе по 400 тысяч руб­лей, трое — по 300 тысяч рублей. И это при всем разбросе их доходов. А вот богатейший единоросс Метельский потратил из личного кармана всего 100 000 рублей на эту кампанию. Меньше него в выборы личных средств вложила лишь Мария Киселева. (Нисколько.)

Таинственно совпадают отчеты и по добровольным пожертвованиям юридических лиц: в 14 отчетах эта сумма составляет ровно десять миллионов рублей, в четырех — 27 500 000 рублей, в двух — 12 500 000 рублей. Удивительно, что за Дед мороз посылал одинаковые пожертвования «самомедвеженцам»?

Для уточнения информации о том, какие именно юридические лица поддерживали кампании, мы попытались связаться с самими кандидатами и постарались обзвонить всех «самомедвеженцев». В более чем половине случаев связаться так и не удалось, зато ответы тех, до кого мы дозвонились, нас изрядно порадовали.

Уцененные подписи

Немало удивили нас и отчеты о тратах из избирательных фондов. На данный момент все перечисленные в этом разделе «самомедвеженцы», кроме Соколова, зарегистрированы по подписям. С учетом стандартной цены сбора одной подписи в 300 рублей в нынешнем сезоне следует говорить о невозможности сбора подписей всеми, кто заявил меньше чем 1,2 миллиона рублей расходов на сборы подписей. 33 из 42 «самомедвеженцев» не могли собрать те подписи, которые заявили.

Ну да ладно, «самомедвеженцы», видимо, питали своих сборщиков святым духом — у 27 из них вообще указаны на сборщиков подписей нулевые траты.

При этом подозрительно совпадающие цифры мы видим у ректора РГСУ — специалиста по научным подлогам Натальи Починок (в диссертации она меняла доходы на расходы, оставляя цифры неизменными) и Максима Шингаркина. Оба эти персонажа на весь сбор потратили 84 400 руб­лей. Вот так, до копейки все сошлось у независимых кандидатов. А Олег Артемьев, Ольга Мельникова и Елена Самышина порадовали нас совпадением затрат на сборщиков — по 1 960 000 руб­лей у каждого.

Можно заметить, что кандидаты от власти делятся на две группы: «гуляющие на свои» и «гуляющие на деньги юрлиц». На собственные деньги ведут избирательные кампании в основном новички — журналисты и бизнесмены, хотя в этой группе и три действующих депутата — председатель МГД Шапошников, глава австрийских единороссов Метельский (его избирательный фонд — всего 100 тысяч рублей) и депутат Перфилова. Наоборот, деньги юридических лиц получили в свои избирательные фонды в основном действующие депутаты МГД (хотя и тут есть исключения — например, космонавт Артемьев или ректор Русецкая). Особняком стоит телеведущая Мария Киселева, избирательный фонд которой целиком состоит из одного миллиона рублей пожертвований физических лиц.

Второе место по доле общего избирательного бюджета неожиданно занимает исторически малоизвестная и малоуспешная в Москве (ранее не участвовала ни в одних выборах депутатов МГД, на думских выборах 2016 года получила во всем городе всего 70 тысяч голосов) партия «Коммунисты России», которой на этих выборах удалось зарегистрировать по подписям 32 кандидата из 34 подавших документы.

Пожертвования от граждан получили лишь шестеро из 42 «самомедвеженцев», и общая их сумма составляет менее одного процента избирательного бюджета этой группы (а собственные средства кандидатов — менее 8%).

Итого

Анализ бланков финансовых отчетов кандидатов позволяет с высокой степенью уверенности утверждать, что в Москве на этих выборах действуют несколько координационных центров («штабов») разного масштаба, одно­временно организующих деятельность многих кандидатов от власти и их соперников по избирательным округам. В эту координацию вовлечены в первую очередь выдвиженцы партии «Коммунисты России» (КПКР), которые играют понятную политтехнологическую роль, оттягивая на себя голоса потенциальных соперников от КПРФ. А также широкая сеть самовыдвиженцев и некоторые представители других партий.

Выборы депутатов МГД в целом начинают выглядеть как большая спецоперация по проведению в депутаты нужных кандидатов.

Анализ содержания финансовых отчетов показывает, что, скорее всего, все зарегистрированные избиркомами «самомедвеженцы» (то есть единороссы, которые отказались от партийного бренда) пользуются совершенно непрозрачными схемами финансирования, по всей видимости, финансируются из одного или немногих источников и приводят в большинстве своем невероятные цифры по затратам на сбор подписей.

Ответы кандидатов

Людмила Стебенкова

Депутат Мосгордумы

— Я вас не знаю, комментарии давать не буду. Вся информация будет в отчетах.

Валерия Касамара

Проректор Высшей школы экономики, кандидат в депутаты Мосгордумы

— Юрлица попросили не разглашать, сохранить «банковскую тайну». Всю публичную инфу смотрите в отчетах. (Никакой информации о том, кто же был таинственным благодетелем проф. Касамары, в отчетах, как известно, нет — прим. ред.).

Кирилл Щитов

Депутат Мосгордумы

— До 8 сентября я ничего по выборам не комментирую. (По его рабочему думскому номеру нам сообщили: «Статус кандидата не предполагает использования служебного положения, ждите отчетов или связывайтесь с комиссией»— прим. ред.)

Инна Святенко

Депутат Мосгордумы

— Мне неинтересно. (*На вопрос о том, кто же ее жертвователь? В ответ: «У них и спрашивайте». Как нам узнать, у кого спрашивать, Инна Юрьевна не пояснила —*прим. ред.)

Евгений Герасимов

Народный артист Российской Федерации, депутат Мосгордумы

— Ничего уточнять не собираюсь.

---

Сотрудники Семенникова Александра Григорьевича просили перезвонить позже, затем дозвониться не удалось.

Бускин Игорь Владимирович предложил говорить с юристом, юрист не перезвонил.

Орлов Степан Владимирович просил перезвонить, затем дозвониться не удалось.

Единственный кандидат, кто ответил на наш вопрос по существу, — Соколов Андрей Алексеевич. Он рассказал, что основная поддержка была оказана со стороны некоего «Фонда защиты потребителя и здравоохранения». Такой организации в ЕГРЮЛ нет.

Андрей Заякин, Сергей Шпилькин, Артем Щенников, data-отдел «Новой»