Что делать, если отказывают в медицинской помощи?

В разных регионах России идут судебные процессы, связанные с отказом в медицинской помощи или неверным ее оказанием тяжелобольным людям. Эксперты организации «Правозащита Открытки», которые юридически поддерживают пострадавших, считают, что проблема некачественной медпомощи — системная, но в каждом конкретном случае она может быть решена.

Вместе с правозащитниками «Такие дела» на примере реальных историй рассказывают, что делать, если в больнице не оказывают помощь.

Фото: Олег Харсеев/Коммерсантъ

Закон об охране здоровья

Точной статистики по отказам в медицинской помощи, постановке неверных диагнозов или неправильному лечению, которое приводит к тяжелым последствиям, не существует. «Правозащита Открытки» не занимается специальным поиском таких историй, но к специалистам организации ежемесячно попадает как минимум одно громкое дело, связанное с медицинской тематикой, рассказывает координатор «Правозащиты Открытки» юрист Алексей Прянишников.

В поле зрения СМИ, как правило, такие ситуации попадают, если из-за неверно оказанной медпомощи пациент скончался или его здоровью был нанесен серьезный вред. Одна из таких историй произошла в Бурятии весной: в районной больнице в селе Баргузин при странных обстоятельствах умер местный сантехник, 40-летний Владимир Колмаков, поступивший с пневмонией. По словам родственников погибшего, сотрудники больницы не проводили с Колмаковым никаких лечебных процедур, а когда пациент был в агонии, заперли его в непроветриваемом помещении на амбарный замок и потеряли ключ.

Почему это происходит?

По мнению специалистов «Правозащиты Открытки», причины проблем в здравоохранении характерны для многих сфер государственного сектора. Проблемы возникают из-за системного недофинансирования отрасли, неравномерного распределения средств между регионами и центром, оттока специалистов из государственных больниц, слабой системы повышения квалификации кадров, а также стремления заменить зарубежные препараты на отечественные аналоги.

«Попытки замены качественных препаратов иностранного производства на препараты отечественного производства постоянно предпринимаются в интересах крупных финансово-промышленных групп, — уверен Алексей Прянишников, — в их интересах пересматривают списки жизненно важных препаратов, с которыми связаны многие юридические скандалы, в которые вовлечены нуждающиеся в качественных препаратах граждане».

По данным службы помощи онкобольным и их близким «Ясное утро» за 2018 год, половина обратившихся на горячую линию к юристам задают вопросы о получении бесплатной медицинской помощи и лекарств, а 16% жалуются на трудности с получением инвалидности и льгот для онкобольных.

Жительнице Ульяновской области Рамиле Волгиной, у которой был диагностирован неоперабельный рак легкого, потребовался почти год на то, чтобы добиться регулярного получения жизненно необходимого ей препарата «Кризотиниб», включенного в федеральный перечень льготных препаратов. Делом Волгиной занималась юрист «Правозащиты Открытки» Эльза Нисанбекова. Она говорит, что успешное завершение дела стало возможным благодаря тому, что лечащий врач выписал женщине препарат по товарному наименованию, а не по действующему веществу, как это бывает в других случаях.

«В рамках борьбы с потенциально коррупционными закупками у нас запретили закупать лекарства по товарным наименованиям, — объясняет Нисанбекова, — препараты закупаются по действующему веществу. Иногда это так называемые дженерики: основное действующее вещество у них то же, что в оригинальных препаратах, а вспомогательные — другие, поэтому их действие может отличаться, но чаще — просто более дешевые российские аналоги. Тем не менее, если врач выписывает именно товарное наименование, как это было в случае с Рамилей Волгиной, Минздрав должен закупать конкретное лекарство».

Что делать пациентам и их родственникам?

В разговоре об истории Рамили Волгиной координатор «Правозащиты Открытки» отмечает энергичность девушки в борьбе за свои права и своевременное обращение во все необходимые инстанции, в том числе в СМИ, к давлению которых «система очень чувствительна».

Правозащитники выделяют несколько основных шагов, которые нужно предпринять самому пациенту или его родственникам в случае неоказания медицинской помощи. Реагировать необходимо оперативно, так как речь идет о вреде здоровью.

Если пациент находится на лечении в стационаре и его состояние ухудшается, а врачи не принимают достаточных мер, нужно в первую очередь зафиксировать объективные показатели (температуру тела, артериальное давление, уровень сахара в крови и так далее), описать проблему и обратиться к главному врачу больницы и в местный минздрав с письменным требованием повлиять на ситуацию. Не помешает, по словам Эльзы Нисанбековой, и параллельное обращение в прокуратуру или Следственный комитет.

Такие шаги на первом этапе предпринимают и правозащитники. В дальнейшем юристы «Правозащиты Открытки» действуют, исходя из каждой конкретной ситуации: представляют пациентов в судах и распространяют информацию о проблеме в СМИ, так как это влияет на принятие решений уполномоченными органами.

«Лучше всего обращаться к юристам сразу, — говорит Алексей Прянишников. — Врачебная корпорация, как и другие профессиональные закрытые сообщества, очень сильно защищает сама себя, и повлиять на нее можно только какими-то средствами извне: обращениями в вышестоящие структуры, в правоохранительные органы, в суды, в средства массовой информации. Ситуации, о которых мы говорим, всегда привлекают внимание, поэтому, если обратиться к правозащитникам сразу же, прекратить нарушения или откорректировать лечение можно очень быстро».

К правозащитникам или в надзорные ведомства стоит обращаться, даже если тяжелые последствия для здоровья уже наступили. Так сделали родственники бывшего участкового из Первоуральска Вячеслава Лопатина, который скончался после плановой операции. Юристы «Правозащиты Открытки» подали иски к двум больницам, в которых лечили Лопатина. После этого возбудили уголовное дело по части 2 статьи 109 УК (причинение смерти по неосторожности вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей). Расследование еще ведется, но иски о возмещении морального вреда частично удовлетворены.