Легинсы под болотными сапогами

Как только в реке поднимается вода, в поселке Тукалевском в пригороде Биробиджана начинается «водная жизнь»: на улицах ставят сети на карася, а к автобусной остановке подплывают на лодках. Люди, которые и в спокойные времена борются за выживание, пытаются помочь друг другу, как могут

Последние полторы недели Лариса Дроздова проводит в сельском продуктовом. Продавщица разрешила ей хранить документы в подсобке, а сменную обувь — под прилавком.

Продуктовый магазин и дом Ларисы разделяет дорога, но сейчас на ее месте — озеро. В воде и участок Ларисы, все семнадцать соток. Только три собаки бегают по выступающему на сушу бетонному фундаменту.

— А где мое крыльцо? А где оно? А! Вон! Половину вижу, — смеется Лариса, глядя, как половина крыльца выплывает из-за угла. Женщина стоит на пороге магазина в высоких сапогах-болотниках и внимательно следит за домом: караулит мародеров. — В шестнадцатом году мы съехали, так у нас все вынесли! Вплоть до веников все повытаскивали!

Затопленный район города БиробиджанаФото: Наталья Булкина для ТД Погибший урожай арбузов в одном из затопленных огородовФото: Наталья Булкина для ТД Вид на затопленную улицуФото: Наталья Булкина для ТД

У забора дома стоит лодка МЧС.

— Вас перевезти? – спрашивает эмчеэсовец.

— Спасибо. Не надо. У нас болотники, — мы заходим в воду.

Пару дней назад здесь было по пояс, сейчас — выше колена. Идти страшновато, потому что вода мутная и не видно, куда наступаешь. Трава и клевер похожи на водоросли. Когда кто-то переезжает лужу на машине, поднимаются высокие волны.

— Если еще и мы тут начнем ездить, забор вообще смоет, — вздыхает эмчеэсовец. Пары досок уже не хватает.

Лариса

Из прихожей в спальню ведет дорожка, сделанная из разобранного шкафа. Вода уже ушла, но по следам на стенах видно, что зал топило где-то по щиколотку. Зато в спальне намок только палас — так Лариса узнала, что дом «стоит перекошенный».

Лариса Дроздова во дворе своего домаФото: Наталья Булкина для ТД

Этот дом Лариса и любит, и не любит — с его покупки у нее началась новая жизнь. Пятнадцать лет она пыталась получить квартиру как выпускница детдома, потом плюнула и на материнский капитал купила дом в пригороде Биробиджана. Ушла от пьющего сожителя к новому мужчине, «который только сигареты курит».

Теперь они живут в поселке Тукалевском с тремя детьми. Выращивают в огороде овощи и вместе с мужем делают на заказ ремонт в квартирах. Бывает, от хозяев перепадает даже старая мебель. Все бы ничего, но в 2016 году оказалось, что дом Ларисы стоит в нехорошем месте. Всегда, когда в поселке начинаются сезонные наводнения, его затапливает сильнее всех.

Лариса показывает трещину, которая появилась на печке после наводнения трехлетней давности. По словам женщины, тогда на восстановление дома и огорода ей выделили только тринадцать тысяч рублей. В этом году огород, который кормит семью, снова полностью затопило. Теперь Лариса надеется получить новое жилье — собирает документы, чтобы дом признали аварийным.

На улицах городаФото: Наталья Булкина для ТД Один из дворов поселкаФото: Наталья Булкина для ТД Дети играют в огромной луже после того, как уровень воды упалФото: Наталья Булкина для ТД

«Ну как могли продать такой дом?! Я так понимаю, если он строился и столько лет его топило, государство знать должно было, что его затапливает. Какое право тогда дали его продать за материнский капитал?»

В доме стоит стойкий затхлый запах. Весь зал в коробках с вещами. Везде летают мухи — над телевизором, над детсадовской фотографией дочки на стене, над коробками, над сковородкой с четвертинкой помидора. Пока участок не просох, дети живут «у тетки в городе». Лариса с мужем остаются здесь.

С дамбой или без

Жители Тукалевского говорят, что топит поселок чуть ли не каждый год. Вода заходит в огороды, а если наводнение большое, тонут целые улицы. Сейчас как раз одно из таких.

Официально Тукалевский входит в состав городского округа Биробиджан. Всего в столице Еврейской автономной области, которая в этом году поднялась с последнего на предпоследнее место в рейтинге социально-экономического положения субъектов РФ, подтопило 146 жилых домов. В городской администрации говорят, что из-за дождей, которые шли все лето, в Биробиджане затопило даже те районы, которые оставались сухими в 2013 году — тогда из-за паводка в пяти регионах Дальнего Востока ввели режим чрезвычайной ситуации федерального уровня.

Пенсионер Владимир Неугодов у ворот своего домаФото: Наталья Булкина для ТД Затопленная улица в поселке ТукалевскомФото: Наталья Булкина для ТД

Тукалевский пострадал уже традиционно. Он стоит на берегу реки Биры, которая после обильных осадков разливается на поселок. Третий год здесь строят защитную дамбу, но в эксплуатацию ее введут только в следующем году.

Кто-то из местных говорит, что и с недостроенной дамбой ситуация улучшилась: раньше в наводнения река буквально текла по улицам. Другие, наоборот, жалуются, что прежде вода уходила быстрее, а протока разлилась после того, как по соседству с поселком начали добывать гравий и все перерыли. Что ни говори, Тукалевский снова тонет. На улицах местные жители расставляют сети. В них даже попадаются караси.

Эмчеэсовцы перевозят людей через улицу на лодке, раз в час по поселку в рейс отправляется аварийно-спасательный ГАЗ-66. Отдельные жители пробуют перемещаться по Тукалевскому и своим ходом: пенсионер Владимир Неугодов смастерил плот из автомобильных камер и досок, чтобы переплывать «озеро» напротив дома, но во время рейса зацепился за что-то и упал в воду. Домой пришел весь мокрый и решил, что хватит экспериментов, — занял обычную лодку у соседей.

Помочь криком

Где в поселке живут те, кто больше всех пострадал от паводка, показывает биробиджанский активист Георгий Нацвлишвили. В местных СМИ его обычно называют просто Гиви.

Георгий Нацвлишвили на затопленных улицах города БиробиджанаФото: Наталья Булкина для ТД

Активист известен в городе нестандартными способами общения с властями. Первого апреля в костюме клоуна пришел на крыльцо городской администрации поздравить чиновников с Днем смеха. До этого организовал и возглавил марш-протест сирот, требующих квартиры, — Гиви шел впереди колонны в кандалах. А недавно перегородил дорогу машине мэра, осматривающего затопленный Тукалевский. Это родной поселок Гиви.

Технологию влияния на чиновников Гиви вывел, когда спасал своего первого подопечного. Вернувшись из армии в 25 лет, он обнаружил на помойке у подъезда сироту — выпускника детского дома. Парень сидел в мусорном баке и ел выброшенные огрызки. Гиви привел сироту к себе, отмыл, откормил, устроил на работу, а потом решил добиться для него жилья.

— Я ему выбил квартиру на Птичнике своим криком. Начал орать всюду: «Всех пересажаю!» И, вы знаете, сработало.

Во дворе дома в затопленном районе городаФото: Наталья Булкина для ТД Вид на затопленную улицуФото: Наталья Булкина для ТД

Гиви говорит, с тех пор не было такого года, чтобы он никого не спасал и не лечил. Основная работа активиста — художественная ковка. Мастерская находится как раз в Тукалевском, поэтому забота Гиви в первую очередь распространяется на местных.

В этом году он даже решил баллотироваться от округа в городские депутаты. Ради этого остриг свою пушистую бороду, закрывающую шею. Мужчине носить такую велит Тора, но биробиджанцы на длиннобородого выходца Грузии реагировали агрессивно. А так электорат не привлечешь. Теперь у Гиви обычная аккуратная бородка. Впрочем, говорит Гиви, даже если его не выберут, он продолжит работать на общественных началах.

Алла

— Или они скажут, что дают жилплощадь, или уже придется делать голодовку. Я не шучу, у меня плакаты напечатаны. Я сяду прям, палатку поставлю… Все приготовил, — Гиви обращается к небольшой округлой женщине в домашнем халатике, Алле.

— Я с тобой. Мне полезно поголодать чуть-чуть, — смеется Алла.

— По очереди? Ну вы можете подходить, а я буду постоянно. Сейчас до выборов можно их разжечь, а то потом они просто игнорировать будут.

Алла Мосунова с дочкой Софьей во дворе своего дома. У Аллы пять детей. Во время наводнения дети живут у подруги. После того как вода немного отступила, дети приходят помогать по домуФото: Наталья Булкина для ТД

Алла Мосунова стоит посреди затопленного огорода. Ее дом построили в 2004 году, но к 2015-му износ здания составлял уже 59 процентов. Женщина считает, что дело в постоянных наводнениях, из-за которых жилье постепенно сползает в обрыв. Говорит, уже и убирать ничего не хочется. Вчера Алла с подругой спасала с грядок морковку и свеклу и раз пять упала — напитавшийся водой огород засасывает, как трясина.

История Аллы похожа на историю Ларисы Дроздовой. Она тоже ушла от пьющего сожителя. Только мужчина остался жить в их доме, а Алла с пятью детьми не знала, куда податься. Через полтора года друзья помогли выгнать мужа, но выглядело жилище удручающе. Окна выбиты, колонка не работает, двери сняты с петель. Еще накопился долг в 21 тысячу за электричество, поэтому в доме даже не было света. Тогда женщина обратилась за помощью к Гиви.

Активист забил во дворе колонку, принес стекла для выбитых окон. Узнав о задолженности за свет, Гиви пошел на прием в прокуратуру ЕАО. По его словам, после этого прокурор решил сам погасить долг многодетной матери. Местные СМИ писали об этой истории. И хотя комментариев журналистам прокурор так и не дал, долг, по словам Аллы Мосуновой, действительно списали.

Местами лужи на дорогах превратились в настоящие озераФото: Наталья Булкина для ТД В автобусе МЧС. Служба МЧС посменно дежурит в затопленных районах 24 часа в сутки и перевозит жителейФото: Наталья Булкина для ТД Жительница затопленного района плывет в магазин за хлебомФото: Наталья Булкина для ТД

В сохнущем доме за холодильником прячется благодарственное письмо Алле от правительства ЕАО. Женщина, учась на заочном на юриста, подрабатывая таксистом и перегоняя машины, организовала благотворительную группу в «Одноклассниках», в которой состоят почти 600 семей. Волонтеры собирают вещи, продукты и деньги для малоимущих и многодетных. Если появляется информация о том, что кому-то срочно нужна помощь, Алла за пару дней ее организовывает.

— Завтра, кстати, у нас будет день рождения у девочки. 11 лет. Она инвалид. Завтра ей в подарок привезем торт. У нас женщины две нам помогают, пекут по очереди у нас бесплатно. Они на дому занимаются тортами — я их присоединила, уговорила.

Алла смеется, что «сама всем помогает, а сама без ничего».

«Все женщины, которым я помогаю, сами пытаются кому-то помочь. Но помочь себе у них не очень-то получается», — говорит Гиви

Наталья

Следующий дом — Натальи Калиты. Он стоит на берегу Биры, поэтому двор затопило одним из первых. На полу в доме до сих пор тонким слоем разлита вода. Это даже красиво: когда мы разговариваем с хозяйкой, в воде отражается окно. Наталья, отвечая, шлепает ногами по полу, и по окну в отражении идут круги.

— Я не знаю, как, извиняюсь за выражение, собственник будет отстаивать свои права. Он же лежачий, — жалуется женщина.

Наталья Калита с дочкой РаейФото: Наталья Булкина для ТД

Муж Натальи Дмитрий лежит на кровати в соседней комнате. В армии у Дмитрия впервые проявился элефантизм, ноги стали увеличиваться в размерах. Несмотря на болезнь, мужчина большую часть жизни проработал водителем. На работе они и познакомились с Натальей. Мужчина возил в контору, где работала женщина, стеклотару, а Наталья ее мыла.

На момент бракосочетания и у Натальи, и у Дмитрия уже было по сыну, сегодня они уже взрослые. Потом у пары родилась общая дочь Раиса. Когда девочке было пять лет, отец слег: ноги почернели и покрылись наростами, больше ходить Дмитрий не мог. В итоге конечности ампутировали, и теперь Наталья 24 часа в сутки рядом с мужем. Семья живет на его пособие по инвалидности в четырнадцать тысяч рублей. Еще тысячу четыреста получает Наталья за уход за лежачим больным.

— Когда он был здоровым, у нас дома все было. У нас и хозяйство было, и покушать было всегда. Мы людей не обижали, все было хорошо, машина была, правда, пришлось машину продать. Он все-все сам делал, несмотря на то что у него огромные пальцы были, отеки вот эти вот, ноги больные.

В одном из дворов БиробиджанаФото: Наталья Булкина для ТД Затопленный огородФото: Наталья Булкина для ТД

В мастерской Дмитрия все до сих пор на своих местах: кастрюлька с гвоздями на столе, вся стена напротив окна в полочках, между ними висит штангенциркуль. Но полки уже погнулись, и все покрылось пылью. После инсульта Дмитрий разговаривает с трудом — и только с маленькой дочерью и женой. Наталья жалуется ему на наводнение, что в доме снова придется менять линолеум, а ведь его только недавно постелили, что непонятно, как собрать дочку в школу, как добиваться компенсаций. Дмитрий в ответ только тихо пожимает плечами.

Когда дом Ларисы Дроздовой начало затапливать, она отвела детей именно к Наталье. Тогда вода стояла у нее еще только в огороде. Женщина приняла гостей на три дня. Оставила бы их и дольше, но Лариса переживала, что маленькие дети будут беспокоить лежачего мужа соседки.

Сюрпризов не будет

Во время наводнения пострадавшим жителям Тукалевского привозят наборы продуктов и чистую воду. Водой из колодцев и колонок пользоваться теперь невозможно. Гиви уверен, что это все только из-за приближающихся выборов. Но свои пайки отдают и простые работники МЧС. Такой они собирали и для Ларисы.

Затонувший ресторан «Армения»Фото: Наталья Булкина для ТД Затонувший ресторан «Армения»Фото: Наталья Булкина для ТД Затонувший ресторан «Армения»Фото: Наталья Булкина для ТД

На следующий день вода в луже у дома Дроздовой падает на двенадцать сантиметров. Двор все еще в воде, но Ларисе пора готовить документы для получения компенсации. Скоро должна приехать комиссия, которая оценит урон от стихии.

Вместе с мужем Лариса выходит из дома, провожает его до машины — коллега подбросит до работы. Дроздова говорит, что мужу нельзя поднимать тяжести из-за воспаления поджелудочной железы. Год назад была четвертая операция, но дом все равно нужно обустраивать заново.

В магазине Лариса переодевается и меняет болотники на изящные ботинки на платформе. Под сапогами оказываются черные легинсы, под джинсовой курткой — ярко-розовая водолазка. От Ларисы сладко пахнет духами.

Женщина уезжает на автобусе с остановки возле лужи перед домом. Из-за такого соседства каждый раз, когда нужно в город, местным жителям приходится перебираться через озеро вместе с эмчеэсовцами.

Очередная партия пассажиров выбирается на сушу. Часть людей на остановке меняют шлепанцы на обычную обувь. У одной из пенсионерок на ногах резиновые сапожки, разукрашенные цветами.

Вид на улицу с затопленного двораФото: Наталья Булкина для ТД Затопленный огородФото: Наталья Булкина для ТД Дом Ларисы, пострадавший во время наводненияФото: Наталья Булкина для ТД

Внутри автомобиля ГАЗ-66 все разговоры о том, у кого как подтопило. Вода в огороде, или под полом, или на полу, или уже отступила. Светловолосая девушка рассказывает, как в другом районе Биробиджана у нее поплыла машина:

— Я сижу в салоне, не знаю, что мне делать. У меня такая истерика была! Полный салон воды — по руль! Я просто выскакиваю с перепугу, у меня документы, все-все утонуло.

По дороге мы подбираем девочку Машу. Утром она в одних балетках добиралась через лужу до магазина — купить сладкие сюрпризы двоюродному брату. Она отметит их на карте дома, а он будет искать. Сюрпризов не хватило, поэтому Маша едет в магазин.

— По телевизору я слышала, что дождей больше не будет, — говорит Маша.

— Ну и хорошо. Все высохнет, и будет золотая осень, — отвечает ей пенсионерка.

Прогнозы не оправдались. Через пару дней в поселке снова полил дождь.

---

Редактор — Владимир Шведов

биробиджан дальний восток женщины наводнения