Почему четыре года колонии для фигуранта «московского дела» Константина Котова — это беспрецедентный приговор

5 сентября Тверской районный суд Москвы назначил четыре года колонии общего режима фигуранту «московского дела» программисту Константину Котову. За появление на акции в защиту свободных выборов в Москве 10 августа Котова осудили по статье о неоднократном нарушении правил проведения митинга. В этой истории беспрецедентно все — и следствие, и суд, и ход процесса, и жесткость приговора, и сама уголовная статья.

Следствию понадобилось всего три дня, чтобы решить: Котов — виновен

Дело в отношении Константина Котова возбудили 12 августа, его обвинили в неоднократном нарушении правил проведения массовых акций. До протестов из-за Мосгордумы Котов участвовал в акциях в поддержку аспиранта мехмата Азата Мифтахова, фигурантов дел «Сети» и «Нового величия», а также корреспондента «Медузы» Ивана Голунова — его арестовывали и штрафовали.

Котова задержали уже на следующий день после появления дела. А всего через два дня после задержания его адвокату сообщили, что расследование завершено. 20 августа, то есть еще через пять дней, Следственный комитет объявил, что собрал «необходимую доказательную базу» — и передает дело в суд.

Судебный процесс по делу Котова оказался еще короче — всего два дня

Процесс над Котовым начался 3 сентября. На следующий день прокурор запросил для него четыре с половиной года колонии общего режима. А уже на следующий день, 5 сентября, судья огласил приговор: четыре года колонии.

Суд отказался изучать ключевое доказательство, говорящее в пользу Котова

Смотреть запись с камер видеонаблюдения, запечатлевших весь путь Котова на акцию вплоть до момента задержания, судья отказался. 5 сентября, в день приговора Котову, телеканал «Дождь» опубликовал эту видеозапись.

На ней видно, что программист не успел поучаствовать в акции. Все, что он успел — это выйти из метро и спокойно пройти несколько десятков метров с белым плакатом в рюкзаке за спиной. Через 30 секунд его схватили полицейские и увели в автозак.

Статью, по которой осудили Котова, критиковал даже Конституционный суд

Статья 212.1 Уголовного кодекса частично противоречит позиции Конституционного суда. Еще в 2017 году КС рекомендовал уточнить основания для привлечения к уголовной ответственности по этой статье, хотя и признал, что она не противоречит Конституции. Суд указал, что отправлять в колонию надо лишь тех, кто не просто много раз нарушил порядок пикетирования, но причинил реальный ущерб или вред здоровью окружающих или создал реальную угрозу такого ущерба. Однако Минюст заявил, что не планирует готовить поправки к статье, потому что позиция КС его к этому «не обязывает». В итоге суд и следствие по делу Котова сочли, что он создал угрозу окружающим своим активным участием в предыдущих акциях.

Приговор Котову — беспрецедентно жесткий: даже его единственный предшественник получил вдвое меньше

Активиста осудили по статье, также известной как «дадинская» — по имени активиста Ильдара Дадина, который стал первым (и единственным до дела Котова) осужденным по ней. Статья появилась в УК в 2014 году, и с тех пор ее постоянно критикуют политики и правозащитники: как за чрезмерную жесткость, так и за двойное наказание за одно и то же — сначала по административной статье, а потом по уголовной. За отмену статьи выступали и глава Совета по правам человека при президенте Михаил Федотов, и уполномоченный по правам человека в России Татьяна Москалькова.

И даже сам Ильдар Дадин получил по этой статье только два года колонии — при том, что он хотя бы действительно успел поучаствовать в акции, за которую его задержали и осудили. А позже приговор Дадину вообще отменили как незаконный. Это произошло после резонансной истории с пытками Дадина в колонии.

Теперь Котов — единственный россиянин с действующим приговором по этой статье.

Петр Лохов