Как в Петербурге сохраняют память о блокаде

Как в городе сохраняют память о погибших в блокаду, какие экспонаты в музеях больше всего трогают посетителей и почему дневники блокадников хранить сложнее, чем картины Матисса? «Бумага» поговорила с бывшим заместителем директора Музея обороны и блокады Ленинграда по науке и руководителем проекта нового музея Миленой Третьяковой.

— В последние пять лет посещаемость Музея обороны и блокады составляла около 30–40 тысяч человек в год, и это максимальная проходимость площадки в Соляном переулке. Поскольку улица пешеходная, туда не могут подъехать автобусы и негде остановиться.

Большая часть посетителей — школьники, которых приводят в музей организованными группами. Музей входит в список обязательного посещения в памятные даты. При этом обычно к нам приходили только ученики младшей и средней школы — старшеклассников уже сложно заставить. У музея нет возрастного ограничения, поэтому детям разных возрастов важно по-разному рассказывать о блокаде.

Есть одиночные посетители разных возрастов. Но, конечно, не ветераны: они обычно не ходят в музеи просто так. Мы, например, приглашали их на концерты, которые проводили в выставочном зале, — чтобы сказать спасибо.

Регулярно приходят люди, которые хотят что-то подарить музею. Важно сказать, что почти все поступления в Музей обороны и блокады Ленинграда — это дары жителей, поэтому к их хранению нужен особый подход. Картина Матисса прекрасна сама по себе и не требует дополнения в виде рассказа автора, а блокадный дневник или платьице маленького ребенка, сохраненное родственниками, требуют, чтобы их историю записали, поговорили с дарителями, собрали фотографии.

Вообще, конечно, самые трепетные вещи — это дневники. Символ блокады не столько хлеб, сколько дневник, в котором люди писали об этом хлебе, рассказывали свои переживания и чувства.

Одна из самых интересных коллекций, подаренных музею блокады в последние годы, — это дневники Анны Лазаревны Мойжес. Она была редактором газеты «Ленинградские искры» и оказалась в эвакуации в Татарии с детьми ленинградских журналистов. Там ребята делали газеты, в которых писали, что происходит в эвакуации: как они работают в колхозе, собирают малину, обустраивают дом, топят печь. Есть даже записки с подростковыми переживаниями, где девочки жалуются, что под их окнами поет влюбленный в одну из них мальчик, а они в это время не могут уснуть.

Еще у нас в экспозиции была копия записи, которую маленькая девочка с дистрофией сделала в больнице. Она мечтательно размышляла, что бы хотела съесть: перечисляла и первое, и второе, и третье. Нам сообщили, что девочка умерла еще в больнице, но позже выяснилось, что она выжила в блокаду и лет 8–10 назад умерла в Белоруссии.

Конечно, в музее есть то, что вызывает смех и недоумение у современного поколения. Например, парадные портреты руководителей, которые висят на входе. Подростки не всегда понимают, что восприятие блокады и рассказ о ней со временем меняются. Еще 50 лет назад это была констатация победы, военные музеи рассказывали о датах и подвигах. Но лет 15–20 назад произошла революция: музеи повернулись в сторону простого человека.

Людей интересует не просто список побед генерала Жукова, а его личность, то, как лично он ко всему относился. Все любят слушать истории, поэтому современные выставки больше показывают прошлое через рассказ о человеческой жизни. Посмотрите на мемориалы 70-х годов, где есть только гранит и золотые буквы, а затем на «Бессмертный полк», где тысячи людей несут фотографии погибших родственников.

Если раньше без интернета сложно было получить информацию о блокаде, то сейчас можно легко узнать что-то, что лежит на поверхности. Для более глубоких знаний нужен нарратив, рассказы тех, кто пережил эти события.

Мы до сих пор не знаем всю историю блокады Ленинграда. Даже количество жертв трагедии доподлинно не известно. И история жизни тысяч ленинградцев достойна большого развернутого рассказа. Поэтому городу нужен новый музей, в котором будет не только выставочная площадка, но и научно-исследовательский центр для изучения блокады.

Нам важна дата создания города Петром, поэтому мы празднуем каждое столетие с гордостью. Дата снятия блокады такая же важная, как и рождение города, потому что это его второе рождение.