Оригинал материала
«Правозащитное поле зачищают»: что происходило с правозащитниками в октябре
В октябре появилось сразу несколько тревожных новостей о правозащитных организациях. В Общественные наблюдательные комиссии не вошли многие известные правозащитники. Из Совета по правам человека президент исключил активных участников. Движение «За права человека» оказалось под угрозой ликвидации. В Комитете за гражданские права прошел обыск, против двоих заместителей его главы возбудили уголовные дела. ОВД-Инфо рассказывает о ситуации.
Новый состав ОНК
Общественные наблюдательные комиссии следят за соблюдением прав человека в местах принудительного содержания. Члены комиссий могут посещать учреждения ФСИН, в том числе колонии и СИЗО, а также отделы полиции, гауптвахты, психиатрические больницы. Это важный орган общественного контроля, который способен обнаружить нарушения, предать их огласке и добиться изменений.
В октябре Общественная палата утвердила новые составы ОНК в 43 регионах. В комиссии не прошли многие правозащитники.
Например, в Петербурге в ОНК не попали бывшие члены комиссии Яна Теплицкая и Екатерина Косаревская, благодаря которым стало известно о пытках фигурантов дела «Сети». В Нижегородской области, где расположены 20 колоний, из двух десятков активных правозащитников в ОНК прошел только один, глава «Комитета против пыток» Игорь Каляпин, — зато попали бывшие силовики. В московскую комиссию не попал член Московской Хельсинкской группы Евгений Еникеев. Он посещал обвиняемых в госизмене, которые содержатся в самом закрытом СИЗО «Лефортово».
«Закрытые учреждения стремятся таковыми и остаться. Чиновники скорее встанут на сторону силовиков, чем поддержат правозащитников. Лишняя шумиха вокруг нарушений и попытки отстоять соблюдение прав никому не нужны», — считает Еникеев.
В московской комиссии 40 наблюдателей, а активно работать из них будет примерно четверть, как и в предыдущем созыве, говорит он. Ситуация в регионах отличается в худшую сторону, рассказывает Екатерина Косаревская. По ее словам, в новом созыве ОНК не больше 2–3% независимых наблюдателей.
«Если в крупных городах в комиссии попали несколько опытных правозащитников, то в большинстве регионов списки почти полностью состоят из людей, далеких от общественной деятельности, функционеров. Есть ощущение, что Общественная палата стремилась набрать совсем неизвестных людей», — говорит Косаревская.
Главной проблемой она считает непрозрачность процедуры выборов. Общественная палата может отказать кандидату без объяснения причин. Чтобы помочь новичкам стать членами ОНК, правозащитники и активисты создали проект «Формируй ОНК 2019». Пройти отбор в комиссию смогли в основном те, кто ни в правозащите, ни в активизме замечен не был.
Ротация в СПЧ
Совет по правам человека в октябре тоже претерпел изменения. Президент Владимир Путин назначил нового главу — вместо Михаила Федотова СПЧ возглавил бывший ведущий «Первого канала», секретарь общественной палаты Валерий Фадеев.
Из совета исключили правозащитников Павла Чикова и Евгения Боброва, политолога Екатерину Шульман, профессора Высшей школы экономики Илью Шаблинского. Экс-судья Конституционного суда Тамара Морщакова покинула СПЧ после смены его состава. «Если это называется Советом по правам человека, а решать будет какие-то другие задачи, то на это, как говорят, я не подписывалась», — заявила она. Историк и социолог Светлана Айвазова попросила исключить ее в связи с ротацией состава и по состоянию здоровья.
В своем ютуб-блоге Шульман предположила, что оставшиеся члены совета тоже будут со временем оттуда выходить. «Говорить о том, что вся правозащита накрылась медным тазом я бы пока не стала. Теперь, когда это все закончилось, откровенно говоря, не было у нас никаких полномочий», — сказала она.
Отстраненные члены СПЧ готовили доклады о нарушениях на выборах и последовавших за ними акциях протеста. После акции 27 июля Следственный комитет возбудил уголовное дело о «массовых беспорядках», по которому сначала обвиняли 15 человек. Позже преследование в отношении пяти человек прекратили, а большинству из арестованных вменили другие статьи. Аресты по этому делу продолжаются до сих пор.
«Наша главная мысль была в том, что массовых беспорядков не было. И 212-й статьи [УК о массовых беспорядках] тоже», — отмечала Шульман. Поводом для своего исключения из совета Шаблинский посчитал заключение комиссии по выборам о том, что отказ в регистрации 29 кандидатам в депутаты Мосгордумы был неправомерным.
«СПЧ, несмотря на потерю былой славы, оставался Бабой-ягой, которая почти всегда против. И поскольку поводов быть против меньше не становится, продолжал раздражать. А начальство в стране раздражение всё меньше терпит, хочется комфорта, мягкого кресла и приятных слов. Неприятных не хочется», — написал Чиков.
Ликвидация «иностранного агента»
Движение «За права человека» объединяет правозащитные организации по всей стране, имеет отделения в 40 регионах и оказывает помощь в случаях нарушения самого широкого спектра прав — от прав предпринимателей до заключенных.
За последние два месяца главу ЗПЧ Льва Пономарева пять раз оштрафовали по закону об «иностранных агентах». А общая сумма штрафов для самого движения достигла почти двух миллионов.
«По сути, на нас обкатали новую технологию — стали штрафовать за любые ссылки на ЗПЧ, в том числе в соцсетях. Потом такие же штрафы появились у „Мемориала“, „Общественного вердикта“ и других „иностранных агентов“», — отмечает правозащитник.
С февраля ЗПЧ числится в реестре «иноагентов», в октябре Министерство юстиции потребовало у Верховного суда ликвидировать движение.
Свое требование Минюст обосновал тем, что организация неоднократно нарушала законодательство. Помимо штрафов, в числе нарушений значится несоответствие устава движения поправкам в Гражданский кодекс. Устав при этом приняли в 2014 году, поправки же появились позже.
Пономарев считает претензии надуманными. По его словам, часть штрафов уже выплачена, другие — еще не вступили в силу. Недочеты устава Минюст обнаружил только спустя четыре года после его принятия. Сотрудники движения предлагали министерству дождаться съезда членов организации, на котором планировали исправить устав, однако письмо осталось без ответа.
«Для меня очевидно, что ЗПЧ просто стало неудобным для властей. Все претензии к нам — чисто бюрократические. Само признание нас „иностранными агентами“ — довольно интересная история. Мы получали грант от Комитета ООН по пыткам, куда вообще-то входит и Россия. То есть назвать государство, в интересах которого мы как бы действуем, невозможно. Но за это решили зацепиться», — объясняет правозащитник.
В течение восьми лет основным источником средств ЗПЧ служили президентские гранты, но в этом году движению отказали в финансировании. Следом посыпались штрафы, и в итоге — иск о ликвидации. По мнению Пономарева, причина такого давления в том, что «За права человека» работало по многим резонансным делам, которые ведет ФСБ. Среди них — дела «Сети» и «Нового величия», уголовные процессы против последователей Свидетелей Иеговы и членов «Хизб ут-Тахрир».
«Я уверен, что правозащитное поле сейчас целенаправленно зачищают. Нельзя сказать, что раньше всё было хорошо, а потом раз — и началось. Это последовательный процесс, он идет давно. Катализатором могли стать массовые протесты. Возможно, если бы их не было, давление было бы более медленное и мягкое», — говорит Пономарев.
Он считает, что у движения почти нет шансов избежать ликвидации. Свою работу ЗПЧ намерено продолжать вне зависимости от решения суда.
Два уголовных дела и обыск в Комитете за гражданские права
Заместителя председателя Комитета за гражданские права Андрея Маякова арестовали по обвинению в покушении на мошенничество. Его задержали после обыска в офисе организации. 22 октября в офис «ворвался какой-то парень с пакетом» и заявил, что собирается передать деньги Маякову, рассказывала член правления комитета Юлия Перепелова.
Следом в помещение вошли сотрудники НТВ и РЕН ТВ, позже появились силовики. Через несколько дней на НТВ вышел фильм, в котором в мошенничестве обвиняют и «Комитет за гражданские права», и движение «За права человека». В качестве «организаторов массовых беспорядков» упоминаются и другие правозащитные организации. Кадры задержания Маякова фигурируют в самом начале ролика.
Следствие считает, что Маяков получал от заключенного «незаконное вознаграждение» за обещание добиться от прокуратуры пересмотра приговора. Правозащитник якобы потребовал 2,5 миллиона рублей, но во время первого платежа его задержали.
По словам главы Комитета за гражданские права Андрея Бабушкина, мужчина сам предложил Маякову встретиться, а потом уговаривал взять пакет, в котором был муляж денег.
«Он хотел вручить Андрею Маякову пакет, в котором лежал конверт с деньгами. Андрей сказал, что нужно оформить договор о пожертвовании у коменданта. Мужчина сначала настаивал, но в итоге пошел к коменданту и оставил пакет там. После этого зашли сотрудники ФСБ, СК, уголовного розыска и НТВ», — рассказывает Перепелова.
Бабушкин называет произошедшее провокацией. «Под домашним арестом мой заместитель Александр Махаев, под стражей — второй. Вменяемые им правонарушения притянуты за уши, а информация в СМИ оказалась раньше, чем ее получили адвокаты. Это наталкивает на мысль о заказном характере дел», — говорит он.
Александра Махаева подозревают в том, что он содействовал крупной краже из квартиры Маякова. Поводом якобы послужил личный конфликт между коллегами и желание отомстить. При этом, как утверждает Бабушкин, сам Маяков, проходящий по этому делу как потерпевший, никаких претензий к Махаеву не имеет.