Предъявите ваши документы! Как Минобороны манипулирует историей Варшавского восстания

Публикация рассекреченных документов Министерства обороны России в связи с 75-летием освобождения Варшавы вызывает восторги в прокремлевских кругах - и вопросы у специалистов. В Центре польско-российского диалога и согласия подборку сочли однобокой: там нет ни документов об убийствах в Августове, ни о том, как советское руководство определялось с отношением к Варшавскому восстанию.

Начальник научного отдела пресловутого Российского военно-исторического общества Юрий Никифоров договорился вообще до абсурда: «Реальное значение публикации документов связано с 17 января, когда войска Красной Армии и Войска Польского наконец освободили столицу Польши. Многие документы из подборки говорят о том, что оставшееся в городе население, пережившее ужас оккупации и варварского разрушения, встречало Красную Армию не просто лицемерными улыбками и цветами. Эти люди испытывали неподдельный интерес, помогали, когда могли ускорить продвижение наших частей. Вот это общее настроение простых людей, далеких от политики, однозначно свидетельствует о больших симпатиях к Красной Армии».

Интересно, а где варшавяне 17 января цветы взяли? Наверное, г-н Никифоров полагает, что они договорились с люфтваффе, чтобы те оперативно слетали в Нидерланды, которые как раз переживали «голодную зиму», стоившую жизни 18 тысячам человек. Там задешево поменяли тюльпаны из оранжерей на консервы из НЗ и обратно в Варшаву. Варшавяне же объяснили немцам: «Скоро придет Красная Армия, надо же ее как следует встретить! А вам, немцам, в плену скидка будет!» Вообще же советского штурма Варшавы как такового не было. Немецкий гарнизон покинул польскую столицу без боя на шестой день советского наступления из-за угрозы окружения.

Читателям предлагается документ, названный «Протокол опроса вышедшего в ночь с 1 на 2.10 из Центрального района г. Варшава разведчика штаба фронта капитана «ОЛЕГ». Публикаторы, похоже, были не в курсе, что подлинное имя «капитана Олега» давно уже обнародовано, равно как и протокол его опроса. Например, в сборнике документов «Советский Союз и польское военно-политическое подполье. Апрель 1943 г. — декабрь 1945 г.», опубликованном фондом «Демократия» в 2016 году, в 1-й части 2-го тома полностью воспроизведен упомянутый протокол опроса «Олега». Он дан как приложение к письму члена Военного Совета 1-го Белорусского фронта Николая Булганина Сталину от 9 октября 1944 года (так что подчеркивания в документе – сталинские). В этом письме говорится, что «капитан Олег» - это лейтенант Иван Андреевич Колос. В 1994 году ему было присвоено звание Героя Российской Федерации, а умер он в 2007 году. При этом письмо Булганина Сталину впервые было опубликовано еще в 1993 году в «Военно-историческом журнале», а протокол опроса «капитана Олега» - в 1994 году в сборнике документов «Русский архив: Великая Отечественная. Т. 14 (3—1): СССР и Польша. 1941 — 1945». Называть ранее уже дважды опубликованный протокол только что рассекреченным документом не следовало бы, поскольку рассекречен он был четверть века назад.

Насколько же информация, содержащаяся в «протоколе опроса капитана Олега», соответствует действительности?

Некоторые заявления Колоса в дальнейшем не нашли подтверждения - например, сообщение о том, что в Варшаве действовал британский разведцентр, чья основная задача заключается в нейтрализации советских усилий. Наиболее сомнительным по содержанию выглядит следующее место протокола: «Реакционные элементы, и в первую очередь боевая подпольная организация АК [Армии Крайовой], так называемая ПКБ, проводила ярко выраженную националистическую политику. Все украинское население, оставшееся в городе, было вырезано или расстреляно. Силами ПКБ также были уничтожены остатки евреев, которых не успели уничтожить немцы. ПКБ проводил специальные облавы на русских военнопленных, вырвавшихся из немецкого плена, стремясь захватить заложников для последующего обмена с Красной армией. Так, например: AK держало в качестве заложников подполковника НИКОЛАЯ РУМЯНЦЕВА, майора НИКОЛАЯ ГОРОДЕЦКОГО и профессора медицины АЛЕКСАНДРА ДАНИИЛОВИЧА ЕРШОВА. Представители AK пытались расстрелять майора ВОЛКОВА, причем один офицер заявил: «Вы нас расстреливали в Хатыни (правильно, конечно, «в Катыни», но это скользкое название лучше лишний раз не поминать. – Б.C.), и мы будем вас расстреливать». Также были убиты офицеры и бойцы 9-го полка I Польской армии, которые прошли в центр после разгрома немцами Чернякувского участка. Сообщивший мне об этом сержант полка ЛЯХНО вскоре после разговора со мной был застрелен из-за угла».

Тут стоить заметить, что руководители восстания в еврейском гетто Варшавы в 1943 году Мордехай Анелевич (Еврейская боевая организация) и Павел Френкель и Давид Апфельбаум (Еврейский воинский союз) были членами Армии Крайовой и получали от АК оружие для организации восстания. А один из немногих уцелевших командиров повстанцев-евреев Марек Эдельман принял участие и в Варшавском восстании 1944 года, и именно бойцы АК уже после капитуляции помогли ему бежать из города вместе с несколькими бойцами Еврейской боевой организации. Согласно же опубликованным в российско-польском сборнике «Варшавское восстание 1944 в документах из архивов спецслужб» в 2007 году показаниям вахмистра жандармерии Энгельберта Моравица, находившегося в плену у АК и освобожденного немецкими войсками, «в одной транспортной роте я видел двух евреев, которых люди из АК якобы нашли в гетто. Обращались с ними очень мягко». А один из командиров АК Юзеф Шостак в 1951 году на допросе в польской госбезопасности свидетельствовал: «В гетто мы освободили оставшихся еще там евреев».

Что же касается украинского населения Варшавы, то оно было немногочисленным - гораздо больше украинцев было в Кракове. В ходе восстания бойцам АК пришлось сражаться против украинцев, которые служили в немецких полицейских частях, брошенных на подавление восстания - до 3 украинских полицейских рот, боевая группа Украинского легиона самообороны и 34-й полицейский полк СС, где было много украинцев. Жандарм Моравец показал об украинских пленных: «Повстанцы рассказывали друг другу, что украинцы пытают пойманных бандитов, отрезают им руки и т. д. Поэтому они ненавидят украинцев. Обращаются с ними плохо и используют на самых тяжелых работах». Он же подтверждает расстрелы пленных украинцев, как и немцев, но ничего не говорит о расстреле украинских мирных жителей. И очень трудно представить себе, чтобы у повстанцев хватило времени и сил, чтобы разыскивать немногочисленных украинцев-варшавян в развалинах города. Согласно показаниями поляка Витольда Спрингвальда, служившего в Национал-социалистическом механизированном корпусе (НСКК) и бежавшего из плена АК, вместе с ним в плену находились трое украинцев, тоже служивших немцам: «Меня с 3 украинцами оставили на месте. Ночью, когда мы находились в подвале, повстанцы отступили, предоставив нас собственной судьбе. Утром 3 украинцев пробовали добраться к себе домой, так как они жили где-то недалеко, а я вместе с другими штатскими побежал к немцам». И вообще, по мнению Спрингвальда, у повстанцев «внушительная часть их офицеров и других командиров это евреи».

А начальству была нужна только информация, дискредитировавшая Армию Крайову. И таковы почти все документы, опубликованные Минобороны

Колос старался по возможности сообщать то, что от него хотело услышать начальство. А начальству была нужна только информация, дискредитировавшая Армию Крайову. И таковы почти все документы, опубликованные Минобороны, будь то политдонесения или переговоры по прямому проводу высокопоставленных политработников и материалы просоветских Войска Польского и Армии Людовой.

Что же касается будто бы удерживаемых АК советских офицеров, то едва ли у повстанцев в условиях жестоких боев была реальная возможность переправить их на советскую сторону.

Сам Колос, находившийся в штабе Армии Крайовой, вряд ли мог получить там сведения об убийстве аковцами евреев и украинцев. Скорее всего, с соответствующими слухами, в том числе о пленении АК советских офицеров, он познакомился в первый день пребывания в Варшаве, когда приземлился в расположении отряда коммунистической Армии Людовой, стремившейся всячески дискредитировать аковцев.

То, что даже подлинные документы Красной Армии далеко не всегда отражают истину, доказывает пример, относящийся к той же Варшавско-Познанской операции. После войны, выступая на научной конференции по изучению Берлинской операции войск 1-го Белорусского фронта генерал-лейтенант Константин Телегин заявил: «После Варшавско-Лодзинско-Познаньской операции мы стали подсчитывать, сколько же пленных было захвачено и сколько фактически поступило на сборно-пересыльные пункты в лагеря. Получилась поразительная картина. Так, например, с 14 января по 12 марта 8-я гвардейская. армия показала нам в донесении 28 149 человек, а по декадным донесениям армией было взято 40 тысяч., на фронтовые пункты — по ее же донесениям — оказалось сданными только 27 953 человека, фактически было принято от 8-й гв. армии 5221 человек. Из 40 тысяч осталось 5 тысяч. Почему доносили, что на фронтовые пункты сдано 28 тысяч? 47-я армия донесла, что сдано на приемные пункты 61-й армии 4497 человек., а 61-я армия никакими документами не подтверждает это». Дело в том, что 8-я гвардейская армия генерала Василия Чуйкова осаждала город-крепость Познань, численность гарнизона которой Василий Иванович оценивал в 60 тысяч человек вместо реальных 10 тысяч. Вот штаб 8-й гвардейской армии и показал в донесениях 40 тысяч пленных, чтобы оправдать фантастическую численность гарнизона Познани.

Президент России Владимир Путин заявил, что создание открытого центра с архивными документами к 75-летней годовщине Победы в Великой Отечественной войне поможет не допустить искажения истории: «Мы заткнем поганый рот, который открывают некоторые деятели за бугром для того, чтобы достичь сиюминутных политических целей. Мы заткнем его правдивой фундаментальной информацией». Надо полагать, что в архивном центре будут только такого же рода документы, какие были обнародованы в связи с 75-й годовщиной освобождения (или овладения) Красной Армией Варшавы. Тогда правды мы не узнаем еще долго. Неслучайно польский Институт национальной памяти просит предоставить исследователям свободный доступ ко всем документам, касающимся Красной Армии и советских репрессивных органов во Второй мировой войне, а не только к тем, которые имеют отчетливо пропагандистский характер.

История Второй Мировой войны по версии «Вестей недели»: подарки СССР Литве и бессилие советских войск под Варшавой.