Оригинал материала
Давать шанс всем животным
У Татьяны Шеиной в детстве и юности не было домашних животных, но первая же спасенная собака изменила ее жизнь. Сейчас Татьяна — руководитель одного из лучших в России приютов для животных и президент национальной ассоциации организаций помощи животным «Мы вместе»
Помогаем Помощь бездомным собакам Помочь«Как можно выбирать?»
Днем в большом приюте на Большом Смоленском проспекте в Петербурге постоянный лай и гвалт. Животные переговариваются друг с другом, кто-то отправляется на процедуры, кто-то с нетерпением требует обед, кого-то выводят гулять.
ТатьянаФото: Лиза Жакова для ТД В скромном кабинете, где мы разговариваем с Татьяной, гораздо тише. Кажется, это единственное помещение, где не живет хотя бы одна собака или кошечка. Но как выясняется, это кабинет не Татьяны — директора по развитию фонда «Помощь бездомным собакам» (который руководит приютом), а бухгалтера, которой для работы нужны тишина и порядок. Татьяна от своего кабинета давно отказалась — в пользу животных. Она работает прямо на ресепшене приюта вместе с другими сотрудниками. Рядом с ней — собака Марфа. Она тут давно и поэтому на особых правах: гуляет сама по себе.
ПрогулкаФото: Лиза Жакова для ТД Впрочем, обычно Татьяна не сидит на месте, а вечно чем-то занята: руководит деятельностью приюта, проводит экскурсии для школьников и студентов, встречается с представителями властей и бизнеса, ищет инвесторов или дает интервью. И выглядит она соответствующе — деловая женщина, руководитель серьезного проекта, целеустремленная и успешная. Ярким макияжем и светлыми волосами она немного напоминает свою старшую коллегу — французскую спасительницу животных Брижит Бардо.
Сейчас в приюте фонда «Помощь бездомным собакам» живет около 500 собак и примерно 270 кошек, для многих из них приют стал постоянным домом, в котором они провели большую часть своей жизни. Другие находят новых хозяев и — после сложной процедуры оценки и обучения желающих забрать животное — отправляются в квартиры петербуржцев.
ПрогулкаФото: Лиза Жакова для ТД «Мне иногда говорят: зачем вы держите этих старых собак? Берите других, а этих усыпляйте, молодых проще пристраивать, — говорит Татьяна, пожимая плечами. — А как можно выбирать: вот эту усыплю, а эту не буду, потому что она перспективная, как? Да, у нас большинство собак уже старые, но они здесь живут до 15, до 17 лет, полноценную жизнь. А буквально вчера, например, у нас взяли в семью 12-летнюю собаку, причем она инвалид, без одной ноги. Вот поэтому надо давать шанс всем животным до конца».
ПрогулкаФото: Лиза Жакова для ТД Рассказывая о добрых людях, взявших собаку, Татьяна тут же тянется за телефоном и показывает трогательное видео встречи Кента с новыми хозяевами. Улыбчивая молодая девушка обнимает большого белого трехлапого пса в холле приюта, а тот изо всех сил виляет хвостом. К моменту встречи он знаком с хозяйкой уже около трех недель. Это время, которое требуется на проверку: анкетирование потенциальных хозяев, занятия с кинологом и близкое знакомство с будущим питомцем. Человек и животное должны привыкнуть друг к другу, а приют — убедиться, что желание завести собаку или кошку — не сиюминутная прихоть, а взвешенное решение.
«Челси будет ходить»
Метод проверки обращающихся в приют людей Татьяна подсмотрела в Германии. Оказалось, что на российской земле он работает ничуть не хуже. В питерский приют питомцев не возвращают практически никогда, только в исключительных случаях — например, если хозяин внезапно умер.
Любимая собака Татьяны Челси. Попав под машину, чуть не лишилась двух лап. Одну удалось спасти. На лапе аппарат ИлизароваФото: Лиза Жакова для ТД Здесь вообще все устроено по последнему слову техники. На первом этаже находятся стационар и отделение экстренной помощи, в котором все как у людей: современная операционная с кучей сложных приспособлений, не менее технологичная лаборатория, комната дезинфекции, душевая, несколько складов с лекарствами и лечебными кормами и даже своеобразная кухня. Здесь сотрудник по уходу за животными два раза в день готовит по назначению ветеринара индивидуальные смеси из лечебного корма и лекарств для каждого пациента — имена и диеты указаны в специальном журнале.
Часть приюта, в которой живут кошкиФото: Лиза Жакова для ТД Сами пациенты лежат в «палатах» — отдельных маленьких комнатках или клетках, которые иногда расставлены в самых неожиданных местах. Так, одна кошечка временно живет прямо в душевой — места постоянно не хватает. Всех постояльцев приюта Татьяна знает по имени, а те — во время нашей импровизированной экскурсии — отвечают ей приветственным лаем или мурчанием.
Любимица Татьяны трехногая собака Челси реабилитируется после операции в просторном одноместном боксе. Когда мы заходим внутрь, она поднимает с подстилки большую грустную морду и буквально бросается к Татьяне с объятиями, отказываясь «сидеть» и «идти на место».
Часть приюта, в которой живут кошкиФото: Лиза Жакова для ТД «Ее какие-то нелюди подстрелили, обе передние лапы. Когда к нам привезли, одна лапа буквально на коже висела. Мы думали, все: будет ходить на двух. Уже заказали специальную коляску, но одну лапку все-таки удалось спасти, вот на ней сейчас аппарат Илизарова, будет ходить», — говорит Татьяна Анатольевна, наглаживая благодарную собаку. Та, не останавливаясь, скачет вокруг нее в меру своих возможностей.
«Нужно что-то делать»
В приюте на Большом Смоленском ежедневно почти в круглосуточном режиме работают более десятка волонтеров, которые ухаживают за животными, кормят их, выгуливают, проводят необходимые процедуры. А сама Татьяна, помимо руководства приютом, работает и над решением более масштабных проблем. В том числе вместе с созданной при ее участии национальной ассоциацией организаций помощи животным «Мы вместе», которая объединила три десятка частных приютов и фондов по всей России.
Все члены ассоциации придерживаются общих правил содержания, приема и выдачи животных, а главное — постоянно делятся опытом, знаниями и ресурсами.
Операция по удалению глазаФото: Лиза Жакова для ТД О том, что такая поддержка бесценна, она знает не понаслышке. Впервые Татьяна ощутила эту необходимость 20 лет назад, когда она — уже вполне состоявшаяся женщина с семьей и зачатками типографского бизнеса — попыталась спасти ощенившуюся собаку. Это не только оказалось очень сложным и энергозатратным делом, но и в итоге заставило Татьяну полностью пересмотреть свои взгляды и посвятить спасению животных целую жизнь.
«В Петербурге тогда не было практически ни одного приюта для животных. А еще у нас не было, например, интернета, — вспоминает Татьяна, — и было совершенно непонятно, что делать с щенками, где их держать, как пристраивать. Я стала развешивать по району объявления с именами собак и короткими стихотворениями, чтобы привлечь внимание. Многие потом благодарили меня за стихи, но собак не брали. В итоге мы их, конечно, пристроили, но стало ясно, что нужно что-то делать».
«Где-то далеко, в 45-м»
ТатьянаФото: Лиза Жакова для ТД 
ТатьянаФото: Лиза Жакова для ТД Погрузившись в тему спасения животных и отказавшись от идеи заниматься типографским бизнесом, Татьяна познакомилась с Кирой Никитиной, которая стала ее компаньонкой во всех начинаниях, а потом еще и ветеринарным врачом. Вместе в 2001 году им удалось найти и арендовать маленький участок земли с двумя строительными вагончиками в районе Старой Деревни, возле Серафимовского кладбища. В вагончиках оборудовали теплый приют на несколько десятков собак, площадку рядом использовали для выгула. Тепло давала печка на дровах, а воду приходилось возить с колонки.
«Там же мы их лечили и кастрировали: снимали дверь с петель, клали на спинки стульев — и ветеринар делал операцию. Потом дверь возвращали на место, и жизнь продолжалась, — вспоминает Татьяна. — Ощущения были очень неадекватные, казалось, что мы где-то далеко, в 45-м, потому что вокруг магазины, все светится, все там живет, метро рядом, а мы печку топим, чтобы воду с колонки согреть. Со временем мы все там обустроили, но тот приют все равно был для нас сердцем».
Приют в Старой Деревне просуществовал до апреля прошлого года, затем его перенесли в другой район (там сейчас живет около 90 собак), а нынешний основной приют — на Большом Смоленском — начал работу в 2008-м, когда городские власти выделили фонду Татьяны и Киры «Помощь бездомным собакам» здание старой швейной фабрики и участок земли. Ремонтом и обустройством приюта фонд занимался уже на свои средства, а город предоставил бессрочную стопроцентную скидку на все коммунальные платежи, чем сильно облегчил жизнь приюта.
Собаки после операций и собаки в тяжелом состоянии содержатся в отдельных боксахФото: Лиза Жакова для ТД Несмотря на сложности и отсутствие бюджетного финансирования, Татьяна убеждена, что приюты для животных должны быть частными. Только полностью погруженный в проблему человек может организовать все как надо, посвятить свою жизнь бездомным собакам и кошкам — так, как это делает Татьяна и ее коллеги. Но такому приюту не обойтись без помощи неравнодушных людей, которые забирают домой брошенных животных, оказывают волонтерскую поддержку и, конечно, помогают финансово. Потому что денег не хватает хронически, «мы всегда хоть немного, но в минусе, в долгах, — грустно улыбается Татьяна, — а хочется развиваться».
Сейчас фонд «Помощь бездомным собакам» привлекает средства на новое оборудование для хирургического отделения своей ветеринарной клиники, которое сделает операции в нем более безопасными и безболезненными для четвероногих пациентов. И чем скорее мы с вами соберем необходимую сумму, тем лучше будут жить сотни собак и кошек, каждая из которых может стать чьим-то лучшим другом.