Верить ли исправленному? Антон Орех о 364 поправках в Конституцию

Дотошные товарищи посчитали, что всего в Конституцию предлагается внести 364 поправки. Тут есть нюанс, конечно. Поправка в юридическом смысле и поправка с лексическом и стилистическом смысле – не одно и то же. Но я вот подумал: как же мы жили прежде-то, если в наш Основной закон необходимо внести 364 уточнения, изменения и поправки? И что же мы так за него держались, призывали Президента и прочую власть уважать и соблюдать Конституцию, если в ней одни дыры?

Ну, и раз уж у нас нонче високосный год, то почему бы не сочинить еще пару правок, чтобы их стало аккурат 366 – по числу дней в этой году. Было бы символично. Мы же в первую голову за символизм ратуем. Голосование по поправкам проведут в 150-летнюю годовщину Великого Ленина. Путин подпишет все поправки скопом 18 марта в день Великого Воссоединения с Крымом.

Символика давно уже стала важнее любого смысла. Элла Памфилова сравнила принятие всех поправок чохом с комплексным обедом. Мол, вы же не будете отказываться от всего обеда, если не любите винегрет. Я, кстати, действительно не люблю винегрет. И комплексный обед с винегретом брать не стану. Потому что вместо невкусного и ненужного мне винегрета возьму другой обед, где съем всё и ничего не выброшу. Или вообще дерябну кофейку с пирожницем. Или в Макдональдс заверну. Или из дома бутербродиков в фольге притащу на работу.

Есть выбор! И в этом главное отличие от комплексного обеда поправками. Я же не могу поступить со статьями Конституции как с винегретом и вот эти параграфы с аппетитом соблюдать, а эти выкинуть собакам, которые тусуются около любой столовки? И другой Конституции у меня в стране не будет, в отличие от другого обеда. И вообще, если кто-то предложит мне слопать обед из 364 блюд – я помру. Да и любой помрет. От несварения и сочетания несочетаемых, неудобоваримых продуктов. А мне предлагают именно такие.

В тексте появится Бог. Но какой? Песков уточнил, что это будет своевременно прояснено. До сих пор я был уверен, что своевременные разъяснения мы получим только во время Второго Пришествия. Но, видимо, по Господу примут отдельный закон. А пока будем считать, что это тот Бог, который «с русскими».

Русские, кстати, станут государствообразующим народом. И с момента принятия Конституции, таким образом, получат конституционное право посылать на три буквы (и не к Богу) всех инородцев, начиная с многомиллионных в России татар, украинцев, башкир и далее по списку из сотни с лишним народов и народностей. Вот укрепим-то мы державу тогда, а! Прямо как завещали нам предки, передавшие нам свои заветы и память.

Про это тоже, к слову, напишут в Конституции. Но имена предков в ней не укажут и на кого из них конкретно уповать – непонятно. С какого момента вести отсчет? С первобытных времен? С дарвиновских обезьян, от которых мы ведем свой род, в соответствии с теорией этого ученого? С князя Владимира? Или с тех наших предков, который поклонялись Перуну? Как там у Пушкина: «Покорный Перуну старик одному»! Вот он Бог из Конституции! Вот они предки!

А если поближе взять? Мои предки были дворянами, а твои предки дворян на кол посадили в 1917-м. Чьи заветы заветнее? Твои предки были расстреляны, а мои предки их расстреляли в 1937-м. Чья правда?

Если говорить серьезно, то засерание Конституции белибердой это не просто занимательная ересь. Вот уже муфтий Татарстана выступил против государствообразующего народа. А вот уже иерарх РПЦ озаботился, что если детей провозгласят достоянием страны, то ювенальная юстиция начнет просто отбирать детишек у родителей именем Российской Федерации.

Пятилетка без Немцова

Всегда хочется представить мертвого человека живым. Особенно...

Кстати, вот эта формула про детей будет записана в тот раздел, где речь идет о… субъектах Федерации! То есть дети – это нечто вроде Красноярского края и Республики Коми? Или просто некуда было впихнуть поправку и ее впихнули куда смогли?

Всё это чудесно, и никто не будет переживать о содержании Конституции, пока жив и дееспособен Путин, под которого она целиком и написана. Но Путин не вечен. И когда она так или иначе уйдет, Бог (кем бы он ни был) его знает, чем стрельнет и как аукнется нам этот документ, где один сплошной памфиловский винегрет.