«У них клубника, они ее тяпали»

Краснодарский край стал первым регионом, где российские чиновники официально решили использовать в документах термин «карантин», а не объявленные по всей стране «самоизоляцию» и «режим повышенной готовности». А еще на Кубани внезапно ввели беспрецедентно жесткие меры по защите населения от COVID-19. О том, как живет всероссийская житница на карантине, — в репортаже «Таких дел»

«В России живем»

Ольга Кушнарева — мать-одиночка, живет в станице Каневской, крупном (44 тысячи человек) административном центре в 130 километрах от Краснодара. В канун нового, 2020 года молодая женщина перенесла сложную операцию и осталась без работы. А когда почувствовала силы вернуться к работе, грянула пандемия. Ольга говорит, что еще в декабре 2019 года, лежа в краевой больнице в Краснодаре, понимала, что что-то происходит нехорошее. Уже тогда с теми же защитными масками у персонала больницы были проблемы: ходили, спрашивали друг у друга, нет ли лишней. Когда вернулась после операции домой в Каневскую, не пустила старшего сына на учебу в колледж и сама посадила на карантин — примерно за месяц до того, как режим самоизоляции ввел президент. Дети могли принести в дом неведомую заразу, а у Ольги иммунитета после болезни не осталось совсем. Да и кто бы за ними, болеющими, ухаживал, если мама сама еле передвигает ноги?

Ольга по образованию инженер-конструктор. Всю жизнь работала швеей, около десяти лет — костюмером в районном детском доме творчества. Дело очень нравилось, но платили мало. После развода поняла, что детей на мизерную зарплату не поднять, — и стала предпринимателем. Вместе со знакомой швеей арендовали помещение в центре станицы и стали работать: кому шторы подшить, кому джинсы, кому платье сшить. Наработали клиентуру, на жизнь хватало. Сейчас мастерская закрыта. Арендодатель обещал две недели после карантина подождать с деньгами за аренду. Лишь бы карантин отменили как можно скорее и были силы работать.

На государство Ольга никогда не надеялась. Не стала в соцзащите выбивать даже пособие на детей: ради ежемесячных 120 рублей на каждого ребенка нужно не один день побегать со справками. За это время гораздо больше можно заработать. Про обещанные властями меры поддержки не слышала, да и не верит, что ей что-то перепадет. «В России живем, привыкли надеяться только на себя», — говорит женщина.

До коронавируса Ольга Кушнарева мечтала открыть курсы для начинающих швей. Говорит, и сейчас есть на это запрос, люди пишут, звонят. После карантина собирается заняться реализацией мечты — если здоровье не подведет.

Неразбериха и отряды самоконтроля

Школы и детские сады закрыты с 1 апреля: школьников отправили на дистанционное обучение вплоть до конца учебного года. В тот же день в крае перестали ходить пассажирские автобусы и электрички между населенными пунктами. Передвижение на личных автомобилях тоже запретили — если у вас нет специального пропуска. За нарушение карантина установили штрафы от 15 до 40 тысяч рублей — за этим должны строго следить муниципальные отряды самоконтроля. Приостановили работу предприятий, исключение пообещали сделать для тех, кто обеспечивает жизнедеятельность городов и станиц, а людей — самым необходимым. Закрылись торговые центры, рестораны и кафе, непродуктовые магазины, рынки и ярмарки выходного дня (не сразу, и по этому поводу был шум в соцсетях мэра), остановились стройки. Разрешили работать аптекам, продуктовым магазинам у дома, гипермаркетам.

Кубанские власти даже пытались полностью закрыть границы региона для транзитного транспорта и прекратить авиасообщение после того, как жители России массово потянулись на Черноморское побережье региона на отдых, решив, что режим самоизоляции — это каникулы. Туристов из Сочи поначалу просто выселяли из отелей и отправляли домой. Позже тем, кто уже разместился, все же разрешили находиться на курорте до конца оплаченного периода, но при условии соблюдения режима самоизоляции: не выходить за пределы отелей.

Многие восприняли все эти меры в штыки. Данные по заразившимся и умершим от COVID-19 в России в целом и в Краснодарском крае в частности на фоне ситуации в США или Италии, на фоне российской статистики смертности от того же туберкулеза казались ничтожными. Вначале это были просто споры в соцсетях, но взрыв недовольства произошел, когда на въездах в кубанские муниципалитеты выставили блокпосты в сопровождении бойцов ОМОНа в полной амуниции и когда сотрудники ГИБДД начали проверять регистрацию въезжающих и требовать спецпропуска на транспорт.

В Краснодар, город-миллионник, ежедневно въезжают десятки тысяч транзитных автомобилей: в торговые сети и на прилавки везут продукты, жители других городов, станиц и хуторов едут в больницы и по насущным делам. Пока одни стояли в пробках на въездах, другие штурмовали администрации городских округов, чтобы получить заветные пропуска: красный — пропускать всюду по краю, желтый — можно передвигаться по Краснодару и пригородам, зеленый — допускается передвижение только внутри населенного пункта, в котором выдан документ.

Сотрудники ГИБДД проверяют документы и спецпропуска на передвижение в период карантина на въезде в Усть-Лабинский район Краснодарского краяФото: Николай Хижняк

С пропусками поначалу творилась ужасная неразбериха. 3 апреля случился настоящий коллапс на въездах в Краснодар. Оформленные 2 апреля предпринимателям пропуска утром пришлось срочно менять. Десятки грузовиков с продуктами для торговых сетей города зависли в пробках. Видео, как разъяренные люди с возмущенными криками толпятся у дверей администраций внутригородских районов краевого центра, облетели соцсети и мессенджеры. Утром 3 апреля невозможно было вызвать такси: их пропуска тоже оказались недействительными.

Пока фургоны с продуктами для торговых сетей томились в пробках на въездах, их владельцы-предприниматели совершали невозможное для замены негодного пропуска на годный. В очередях в администрациях городских округов доходило и до слез, и до размахивания кулаками: не доедь грузовики с продуктами до торговых сетей, предприниматели рисковали получить миллионные убытки.

Сначала карантин на Кубани ввели до 5 апреля и все очень ждали, что с 6 апреля жизнь войдет в привычное русло, — но ограничения продлили еще на неделю.

Госпитализацию и плановые приемы прекратили в кубанских больницах с 30 марта. Это одна из мер по предотвращению распространения коронавирусной инфекции: помощь пациентам должны оказывать на дому. Но если в больницу очень нужно, то следует позвонить в медучреждение по месту жительства, вызвать врача, он проведет осмотр и примет решение о выдаче направления на госпитализацию.

Главный врач первой краснодарской Краевой клинической больницы Владимир Порханов рассказал изданию «Живая Кубань»: «На сегодняшний день краевая больница № 1 является “чистой” больницей. Это значит, что мы принимаем только тех пациентов, у которых отсутствует подозрение на наличие COVID-19, нет признаков простудных заболеваний. Также мы продолжаем прием пациентов с онкологическими заболеваниями, больных, находящихся на программном гемодиализе, и еще некоторых категорий пациентов, нуждающихся в определенных видах хирургического лечения». При этом краевая инфекционная больница с 1 апреля перешла в режим госпиталя для больных коронавирусом и больше никого не принимает.

7 апреля в Краснодарском крае от коронавируса скончался первый пациент — 45-летний житель Лабинска. Мужчина до последнего занимался самолечением, врачи не сумели его спасти. К 9 апреля количество подтвержденных случаев заражения на Кубани перевалило за сотню.

Работа на земле

В соцсетях возникают все новые слухи — о выписанных штрафах, о вероломно схваченных полицией добропорядочных гражданах, шедших в ближайший магазин за хлебом, о выброшенных фермерами сотнях килограммов продукции. Как правило, у каждого случая возникает объяснение. Оштрафованный у продуктового магазина нахамил полицейским. Фермер не мог дальше хранить партию огурцов, за которыми не приехал вовремя покупатель, и выбросил скоропортящийся товар. Закрытая в больничных застенках супружеская пара из Лабинска прибыла из-за границы, но отказалась самоизолироваться. Писать статью на основе соцсетей я сочла неправильным, поэтому добилась получения нужного пропуска и лично объехала почти половину Краснодарского края, чтобы поговорить с людьми.

Проблем с выездом из Краснодара или какого-либо другого населенного пункта нет. Но они могут возникнуть со въездом, если нет специального пропуска. Впрочем, по словам моих собеседников, сотрудники ГИБДД на блокпостах не свирепствуют и вникают в каждый отдельный случай.

Жесткий контроль ввели только на въездах в приморские районы края. В Туапсе на въезде в город установили противотанковые ежи. В Сочи по городу усиление спецов с автоматами. В город-герой Новороссийск можно въехать только по спецпропускам и только по служебной надобности. С 9 апреля закрыли въезды и в Армавир, отдаленный от моря.

Сочи. Сотрудники полиции, Росгвардии и казаки-дружинники Кубанского казачьего войска во время рейда по разъяснению условий периода самоизоляцииФото: Дмитрий Феоктистов/ТАСС

С пропусками на автомобили сложно и долго. Многие люди неделю ждут решения о выдаче. Получить красный пропуск – заветная и не всегда достижимая мечта, но и зеленый пропуск получает далеко не каждый. Предприимчивый народ за пару дней наладил торговлю поддельными пропусками. Стоимость «вездехода» начиналась с 2 тысяч рублей и достигала 7 тысяч. Многие рискнули и купили. В итоге власти Краснодара вынуждены были выставить своих сотрудников на блокпостах, чтобы «пробивать» машины с пропусками по актуальной электронной базе, выявляя фейки. Отсюда 8 апреля с утра на всех въездах в краевую столицу стояли огромные пробки. Зато количество автомобилей на краснодарских дорогах заметно сократилось.

На полях работа кипит, посевная кампания в разгаре. Сейчас на Кубани сеют зернобобовые, обрабатывают озимые посевы от вредителей и сорняков. Мне удалось перекинуться парой слов с рабочими сельхозпредприятий: говорят, никаких препятствий для проезда техники нет. Мол, были единичные случаи, но это скорее вопрос к инициативным сотрудникам ГИБДД, желающим подзаработать. Сложности возникали непосредственно у тех, кто в первые дни карантина пытался доехать до работы. Это магазин одежды закрыл — и все, поясняют мои собеседники, а животноводческие хозяйства должны работать: скотину нужно кормить, коров доить. Должны работать предприятия переработки, чтобы в магазинах были кефир, сметана, творог, мясо и так далее.

В сельской части Кубани на улицах большей частью безлюдно. Решающим фактором, говорят мои собеседники, стала не угроза заразиться коронавирусом, а размеры введенных в крае штрафов за нарушение режима самоизоляции — от 15 до 40 тысяч рублей. Платить такие штрафы станичникам нечем, вот и не лезут на рожон.

Сам по себе коронавирус, похоже, волнует не всех. А вот то, что из-за него могут запретить пойти в церковь на Пасху, обсуждается очень горячо — как и перспектива не попасть на кладбище в Родительский день, чтобы помянуть умерших. Этот день в Краснодарском крае еще с советских времен ежегодно объявляют выходным. Бабушки говорят мне, что при любых раскладах пойдут в церковь и на кладбище: их родители даже в годы Великой Отечественной войны ходили, и они пойдут.

Чтобы больше не было смертей, жители перевязывают ворота кладбищ. Хутор Новое селоФото: Галина Титаренко

Ни в одном из полутора десятков хуторов и поселков в сельской части края, куда я заезжала, не встретила те самые мобильные отряды самоконтроля с полицейскими и казаками. Правда, станичники уверяют, что обходы делаются. В том числе на кладбищах, где люди традиционно к Пасхе приводят в порядок могилы умерших: красят оградки, косят траву, сажают цветы. Уже, говорят, не штрафуют, а просто проводят профилактические беседы. В Кореновском районе контроль осуществляют народные дружинники из числа местных жителей.

А вот от приезжих в станицах теперь шарахаются, разговорить кого-то почти невозможно. Отвечают на ходу на вопрос и убегают. В хуторе Новое село я увидела перевязанные полотенцем кладбищенские ворота. Только третья встреченная местная жительница согласилась пояснить зачем. Говорит, человек накануне умер и ворота перевязали, чтобы остановить смерть. Такое старинное поверье на случай эпидемий.

Фермеры, молчать

Очень надеялась, что смогу во время объезда переговорить с фермерами — начитавшись в соцсетях криков о помощи: «Спасите, наш урожай пропадает!» В краевом министерстве сельского хозяйства Краснодарского края мне отказались помогать контактами фермеров. А с мужчиной из станицы Платнировской вышла неприятная история: мы договорились заранее, но в последний момент он от встречи отказался, сославшись на какие-то проблемы.

На обратном пути в Краснодар я набрела на тепличное хозяйство. Его хозяйка рассказала мне, что власти Динского района всем фермерам строго-настрого запретили общаться с журналистами.

Женщина выглядела очень напуганной. Сказала, что едва увидела черную машину, въезжающую в ворота, — решила, что Росгвардия. Рассказала, что накануне к одному фермеру, по слухам, приехали бойцы и изъяли 5 тонн пекинской капусты — то ли увезли, то ли покрошили на месте.

Тепличное хозяйство, в которое меня завел случай, существует более 15 лет. Земля в собственности, предприятие работает легально. Начинают с зелени ранней весной и заканчивают поздней осенью луком и картофелем. В сезон в теплицах ежедневно работает около 40 человек — жители близлежащих хуторов и станиц. Хозяйка рассказала, что уже неделю ей обрывают телефон, спрашивают, когда можно выходить на работу. Все сидят без денег, но трудиться нельзя — карантин. Еще неделя простоя — и можно будет выбрасывать с огромным трудом выращенную рассаду огурцов и помидоров: ее уже пора высаживать в грунт.

Теплицы. Хутор Новое село (Брюховецкий район)Фото: Галина Титаренко

Женщина сказала, что фермеров зачем-то приглашают на беседу в администрацию Краснодара: «Наверное, хотят, чтобы мы им просто так отдали свой урожай». По ее словам, сельхозпроизводители вынуждены были покупать за 7 тысяч рублей спецпропуска на автомобили, чтобы иметь возможность работать и сбывать выращенный урожай.

В еще одном хозяйстве, встретившемся мне по пути, тоже сказали про запрет на общение с журналистами. Хозяйка по имени Жанна рассказала, что сейчас хуже всего владельцам теплиц с ранней клубникой: ягоды зреют, их нужно отправлять потребителям. Обычно реализовывали на побережье, где в это время раньше было полно отдыхающих — а сейчас побережье закрыто на карантин. В торговые сети сдавать урожай не хотят: те работают через посредника, который дает слишком низкую закупочную цену. Фермерам это невыгодно, вот и ищут сейчас новые пути сбыта через интернет. Но клубника долго не лежит: два-три дня — и все, можно выбрасывать. На вопрос о помощи от администрации Динского района предприниматель рассмеялась: еле-еле смогли выбить один пропуск на легковой автомобиль ее отцу. И то для передвижения по Динскому району. О пропуске на фургон, который возит продукцию, остается только мечтать.

«У нас в станице Пластуновской поля. Мы неделю не могли поехать посмотреть, как у нас идет сев пшеницы с ячменем. Настолько все не подготовлено было с этим карантином. Неужели сложно было собрать нас, фермеров, и объяснить нормально, как все будет. В Новомышастовской папиного друга фермера оштрафовали три дня назад за то, что они с женой выполняли сельхозработы. У них клубника, они ее тяпали. Оштрафовали прямо на поле», — возмущается собеседница.

Коронавирус добьет розницу

Власти обещают поддержать бизнес и льготными кредитами, и отсрочками по налогам и арендным платежам. Бизнес смотрит на все это со скепсисом. Те, кто зарабатывал на аренде, например, уже несут реальные убытки. Кто их возместит? А думает ли кто-то о тех, кто занимался розничной продажей?

Между тем торговые центры закрыты, работники магазинов сидят без работы, собственники магазинов подсчитывают убытки и прикидывают, на какой срок смогут оттянуть банкротство. О своих делах на условиях анонимности согласились рассказать двое предпринимателей из Краснодара.

Виталий 18 лет занимается оптовой и розничной торговлей обувью. Товар это сезонный, отбирается за полгода на выставках под заказ, закупается на миллионы рублей. Если вовремя не сбыть, он почти навсегда зависнет мертвым грузом на складах — что сейчас и происходит. Магазины закрыты. С 30 марта продаж нет, торговля в интернете дала 5—10 процентов от общего объема: товар ориентирован на потребителей среднего возраста и пенсионеров, а они без примерки обувь не покупают. У Виталия четыре магазина, в каждом 3-4 сотрудника. Кредит на выплату зарплат предприниматель даже не рассматривает, так как отдавать его будет нечем. Оборотные средства есть, но они в основном в товаре. Так что выход один — банкротство. Есть какая-то собственность, семья предпринимателя не пропадет. А вот что будет с работниками и их семьями?

Краснодар. Девушка протирает витрину кафе, временно работающего только навынос из-за угрозы распространения коронавирусаФото: Игорь Онучин/ТАСС

Второго моего собеседника зовут Евгений. У него пять магазинов одежды и обуви в нескольких торговых центрах Краснодара. Они закрыты с 28 марта. Всего в компании Евгения 40 сотрудников, средняя зарплата 25—30 тыс рублей. На вынужденные выходные Евгений выдал своим небольшие суммы, попросил запастись терпением. Выдать больше не смог, так как по договорам 25 числа каждого месяца оплачивает аренду площадей.

Читайте также Почем краснодарский рай Что их поджидает жителей российских регионов в столице Кубани?

Много средств уходит на обслуживание кредита в Сбербанке. Евгений уже обращался в банк за льготным кредитом, но получил отказ: якобы отрасль, в которой он работает, пострадала меньше всего и не вошла в федеральный перечень отраслей, нуждающихся в поддержке государства. Надеяться особо не на что. Обратились в департамент поддержки малого и среднего предпринимательства Краснодарского края, но там пока разводят руками: еще нет нормативной базы для выплат. Владельцы торговых центров повели себя в условиях карантина по-разному: одни разослали арендаторам письма с разъяснениями о режиме работы и условиями аренды, другие просто закрылись без каких-либо писем. Евгений говорит, что не может даже просто попасть в свой магазин, чтобы забрать товар и попробовать сбыть его через аккаунты в соцсетях. Если торговые центры не откроют через неделю, бизнес можно будет сворачивать, сетует бизнесмен.

8 апреля глава Краснодарского края в ходе совещания доложил Владимиру Путину, что экономике в условиях самоизоляции хуже всего, что нужно снимать ограничения на работу предприятий. За скобкам остался вопрос, что делать таким, как Виталий и Евгений. Потребительский спрос с каждым месяцем все ниже и ниже, денег людям хватает на еду и обязательные платежи.

Смягчение и ужесточение

Наверное, если бы люди доверяли своему государству — с большей серьезностью воспринимали бы нынешнюю угрозу. Но доверия мало, и многие продолжают искать подводные камни, ломая голову над тем, что от нас пытаются скрыть, «раздувая истерию через СМИ». Даже тракторист Коля в полях Выселковского района уверен: по домам население закрыли не потому, что коронавирус, а потому, что в это время за нашей спиной кто-то честно жить не хочет и тащит народное достояние себе по карманам.

На 13 апреля 2020 года в Краснодарском крае зафиксировано 210 зараженных коронавирусом. Один мужчина и две женщины скончались, еще шестеро находятся в тяжелом состоянии. По данным на 11 апреля, у 39 заболевших состояние ухудшилось до средней степени тяжести.

Сотрудники ГИБДД проверяют документы и спецпропуска на передвижение в период карантина на въезде в Усть-Лабинский район Краснодарского краяФото: Николай Хижняк

11 апреля губернатор Вениамин Кондратьев принял решение продлить карантин до 18 числа — но смягчив его. В крае откроют ярмарки выходного дня, продуктовые рынки, станции технического обслуживания и автомойки самообслуживания. С 10 до 16 часов каждый день разрешено ездить на машине в границах муниципалитета без пропуска. В этот же день мэр Москвы Сергей Собянин ужесточил режим в столице — введя те самые пропуска и фактически закрыв город на въезд. Сделав то, что двумя неделями ранее с таким трудом ввели, а после спешно начали отменять на Кубани.

В материале используются ссылки на публикации соцсетей Instagram и Facebook, а также упоминаются их названия. Эти веб-ресурсы принадлежат компании Meta Platforms Inc. — она признана в России экстремистской организацией и запрещена.

В материале используются ссылки на публикации соцсетей Instagram и Facebook, а также упоминаются их названия. Эти веб-ресурсы принадлежат компании Meta Platforms Inc. — она признана в России экстремистской организацией и запрещена.

карантин коронавирус Краснодар малый бизнес пандемия региональная политика сельское хозяйство фермеры