Поправки как наследственность

«Такие дела» сравнили историю подготовки и принятия Конституции в начале 1990-х и пакета поправок, подписанных Владимиром Путиным в марте 2020 года, и проследили логику эволюции конституционных основ России

Текст написан в соавторстве с Елизаветой Смирновой

Владимир Путин объявил новую дату «всенародного голосования» по уже принятым Думой и подписанным президентом поправкам к Конституции — в течение семи дней до 1 июля россияне могут сделать свой выбор. Раньше его планировали провести 22 апреля, но эту дату обнулила эпидемия коронавируса. Последствия COVID-19 уже видны: страдает экономика, упадут доходы населения, под вопросом окажется социальная стабильность. Для того чтобы ситуация в стране вернулась к состоянию 1990-х, не хватает только острого политического кризиса — и его может вызвать запущенная Кремлем конституционная реформа. «Нарушается баланс противовесов и стройность системы. Система может пойти вразнос», — предостерегает один из авторов Конституции 1993 года и ближайший сподвижник Бориса Ельцина Сергей Шахрай.

Как писали российскую Конституцию

Идея создать новую Конституцию для демократической России родилась в конце перестройки. Друг другу противостояли руководство РСФСР во главе с Борисом Ельциным и президент СССР Михаил Горбачев. На съезде народных депутатов РСФСР в 1990 году впервые заговорили о планах создания новой Конституции, которая провозгласила бы новые идеологические и ценностные ориентиры, а главное, обеспечила бы российское руководство широкими полномочиями в ущерб союзному центру. Съезд создал конституционную комиссию, которую как председатель Верховного Совета РСФСР возглавил сам Ельцин. Реальную работу над текстом координировал известный юрист, социал-демократ Олег Румянцев.

В 2020 году обсуждение поправок к Конституции заняло полтора месяца, а в начале 90-х на подготовку проекта Основного Закона страны понадобилось почти три года. Но есть и другие отличия. Например, Владимир Путин в январе 2020-го потребовал обеспечить приоритет Конституции над международным правом. А вот его предшественники три десятилетия назад, наоборот, рассматривали в качестве образцов конституции США и стран Западной Европы и считали, что в Конституции должны быть прописаны права человека, идея разделения властей, приоритет международного права и другие принципы либеральной демократии. Конституционная комиссия не жалела времени на привлечение к работе экспертов, представителей различных политических групп и организаций; дискуссии, споры и согласования продолжались месяцами.

«Комиссия действительно работала долго. И это было правильно, — говорит бывший депутат Верховного Совета Илья Константинов. — Была задача создать консенсусный документ. Работа затянулась, потому что были разные проекты, разные фракции, очень серьезные противоречия, разные взгляды и подходы. Спорили о соотношении полномочий исполнительной и законодательной власти, центра и регионов; плюс к этому отношения собственности; плюс права трудящихся. Не надо забывать, что тогда в каждом регионе была сформирована своя конституционная комиссия — и они тоже присылали свои идеи и предложения в центр. Все это нужно было согласовать — если мы хотели сохранить в обществе согласие, добиться чего-то мирным путем».

Однако время шло, и, когда проект Конституции был уже почти готов, ситуация в стране радикально поменялась.

Шоковая терапия

СССР распался. Ельцин оказался президентом независимой страны. Назначенное им правительство Егора Гайдара проводило программу радикальных либеральных реформ, так называемой шоковой терапии.

Только за январь 1992 года цены выросли в 3,5 раза, а годовая инфляция составила 2609%; в 10 раз выросла безработица

Большинство бывших политических союзников Ельцина перешли в оппозицию и потребовали изменить направление реформ. Организационным центром оппозиции стал парламент — Съезд народных депутатов и формируемый им Верховный Совет.

1992 г. Исполняющий обязанности премьер-министра России Е. Гайдар (слева), президент России Борис Ельцин (в центре) и руководитель группы советников при президенте России Г. Бурбулис в парламентском центре на Цветном бульвареФото: Анатолий Марковкин, Александр Сенцов/ТАСС

Камнем преткновения стал вопрос о том, кто должен формировать правительство — президент или парламент. В декабре 1992 года съезд отправил в отставку Гайдара, но пришедший ему на смену Виктор Черномырдин фактически продолжил прежний курс. Весной 1993 года Ельцин, пытаясь опереться на поддержку народа, провел референдум о доверии президенту и съезду. Большинство СМИ заняли сторону Ельцина.

Депутат Госдумы Сергей Обухов, бывший в 1993 году пресс-секретарем председателя Конституционного суда Валерия Зорькина, вспоминает: «Исполнительной власти в то время принадлежали электронные СМИ. И квинтэссенцией пропаганды тогда стала песня “Да-да-нет-да” (нужная для принятия Конституции последовательность ответов в бюллетенях, — прим. ТД), написанная специально для Пугачевой».

Верховный Совет пытался вернуть под свой контроль «Известия» и парламентское телевидение. Однако, несмотря на отсутствие баланса в СМИ, собрать нужное количество голосов для роспуска парламента не удалось.

В июне 1993 года Ельцин объявил о созыве нового, не предусмотренного ни в одном законе органа, Конституционного совещания, игнорируя итоги многолетней работы комиссии Румянцева. Однако в те времена исполнительная власть не могла рассчитывать на единодушное одобрение своих инициатив. Чтобы общество признало новый орган, нужно было создать вокруг него атмосферу широкого и открытого обсуждения.

5 июня 1993 г. Во время открытия первого пленарного заседания Конституционного совещания в КремлеФото: Александр Сенцов, Александр Чумичев/ТАСС

«В работе совещания принимало участие больше 800 человек, — говорит Илья Константинов. — Это было совсем другое время, эпоха была другая. Даже сторонники Ельцина были довольно демократично настроены. Такую ломовую, грубую подделку, как мы наблюдали сейчас, в то время не приняли бы».

К работе старались привлекать всех, кого могли. Даже руководство Верховного Совета после некоторых колебаний присоединилось к дискуссиям на созданной президентом площадке. Но уже на пленарном заседании 10 июня выяснилось, что им там не особенно рады.

«Когда на трибуну поднялся [спикер Верховного Совета Руслан] Хасбулатов, либеральная часть зала стала свистеть, устроила ему обструкцию. Тогда Хасбулатов возмущенно сошел с трибуны и направился к выходу. К ужасу организаторов вслед за ним вышла примерно треть участников», — вспоминает бывший член Конституционного совещания историк Александр Шубин.

Страсти кипели. Одного из оппозиционных депутатов — члена Российской коммунистической рабочей партии Юрия Слободкина, который тоже пошел вслед за Хасбулатовым, — сотрудники президентской охраны схватили и стали выносить из зала на руках. Когда его наконец поставили на пол, он поднял с пола свалившийся во время схватки ботинок и, размахивая им, прокричал в сторону президиума: «Борис Николаевич, вот ваша демократия!»

Диалог сторонников президента и оппозиции явно не завязывался. Шубин рассказывает про эпизод, участником которого был он сам.

«Я был членом Конституционного совещания от Социально-экологического Союза. Мы пытались внести в Конституцию запрет на ввоз радиоактивных отходов в Россию. Но [мэр Петербурга Анатолий] Собчак встал грудью против этой идеи. Как мне тогда показалось, по аргументам я эту полемику выиграл, но Собчак разошелся и, по существу, раскрыл их [руководства КС] подход ко всей нашей работе. Что, мол, вы тут беседуете — вот и беседуйте. А реальные решения будут приниматься узкой группой влиятельных деятелей. “Я туда даже передавать не буду ваше предложение”, — бросил мне Собчак. То есть идея была такая — выплеснуть пар в этих дискуссиях и протащить нужный им текст, что называется, не мытьем, так катанием».

5 июня 1993 г. Председатель Верховного Совета России Руслан Хасбулатов (на переднем плане), президент России Борис Ельцин (слева), председатель Совета министров Виктор Черномырдин (справа) во время выступления Хасбулатова на первом пленарном заседании Конституционного совещания в КремлеФото: Александр Сенцов, Александр Чумичев/ТАСС

Но, поскольку Конституцию изначально планировали провести через Верховный Совет, Ельцину приходилось идти на многочисленные уступки — и проект, разработанный Конституционным совещанием, приблизился к варианту, созданному комиссией Румянцева. Но по ключевому вопросу — о распределении полномочий президента и парламента — достичь компромисса не удалось.

Шахрай, бывший тогда зампредом правительства и одним из разработчиков ельцинского варианта разделения конституционных полномочий, не согласен с тем, что он и его соавторы прописали в Основном Законе модель «президентского самодержавия»: «Мы с Сергеем Сергеевичем [Алексеевым], царствие ему небесное, в шутку называли нашу модель российской моделью британской королевы. Потому что президентские полномочия не повседневные, а на специальные случаи. Если президент хочет лежать на печи, пусть будет британской королевой. Но если происходит, допустим, конфликт между парламентом и правительством, президент с печи слезает, меняет правительство или назначает досрочные выборы. Возникает конфликт между регионом и центром — президент снова с печи слезает и так далее».

Однако в 1993 году Верховный Совет был не согласен с такой моделью. Он заявил, что собирается внести поправки в итоговый проект Конституционного совещания. Формальные полномочия на это у него были: в отличие от самого КС, он опирался на действовавшую в тот момент Конституцию. «Собственно, после этого Ельцину стало ясно, что надо идти на переворот», — говорит Шубин.

Конституционные перевороты по-русски

Когда президент Путин 15 января 2020 года впервые выдвинул идею конституционной реформы, это стало для абсолютного большинства граждан и экспертов сюрпризом. Сразу началась дискуссия о том, в чем заключается истинный смысл президентского маневра с поправками. Интерпретации звучали самые разные.

Некоторые наблюдатели строили теории о том, что путинские поправки запускают механизм передачи президентской власти «преемнику». Политолог Кирилл Рогов предположил, что Путин пытается перераспределить часть президентских полномочий между коллективными органами — Думой, Госсоветом, Совбезом, — чтобы сохранить за собой контроль над российской политикой после ухода с первого поста в 2024 году через систему партийной диктатуры. СМИ много писали о том, что в Кремле планируют организовать внеочередные парламентские выборы, ради которых якобы и задумывалась операция с поправками. В эти планы, судя по всему, верила и часть правящей элиты. Во всяком случае, депутат от «Единой России» Александр Карелин даже внес поправку о досрочных выборах парламента в 2020 году. Правда, тут же снял ее, после того как Путин сказал, что не видит в таких выборах смысла.

Ситуация прояснилась 10 марта. В этот день Государственная дума голосовала за пакет согласованных поправок к Конституции. Но перед самым голосованием депутат от «Единой России» женщина-космонавт Валентина Терешкова вышла к трибуне и с голоса внесла еще одну поправку, которая для многих прояснила смысл происходящих реформ.

10 марта 2020 г. Заместитель председателя комитета Госдумы РФ по федеративному устройству и вопросам местного самоуправления Валентина Терешкова во время выступления на пленарном заседании Государственной думы РФ, на котором состоялось второе чтение поправок к КонституцииФото: YURI KOCHETKOV/EPA/ТАСС

«Зачем крутить и мудрить? — задала Терешкова риторический вопрос депутатам. — Зачем городить какие-то искусственные конструкции? Надо все честно, открыто, публично предусмотреть. Или вообще убрать ограничения по количеству президентских сроков в Конституции, или, если этого потребует ситуация и, самое главное, если этого захотят люди, заложить в законе возможность для действующего президента вновь избираться на эту должность уже в соответствии с обновленной Конституцией».

Предложение «обнулить» президентские сроки Путина и дать ему возможность переизбираться на свой пост сразу сделало ясной и понятной всю архитектуру конституционной реформы. Депутаты сразу же одобрили его большинством голосов — против голосовала только фракция КПРФ и депутат от «Справедливой России» Олег Шеин. Хорошей новостью для страны назвал поправку Терешковой ведущий «Итогов недели» Дмитрий Киселев. «Будем честными, — сказал он. — Без Путина Россия нежизнеспособна».

Через два дня законными поправки, включая и обнуление сроков Путина, признал и Конституционный суд во главе с Валерием Зорькиным. Судьи сочли, что, учитывая «конкретно-исторические факторы принятия соответствующего решения, в том числе степень угроз для государства и общества, состояние политической и экономической систем и т. п.», Путин может, если захочет, править страной как минимум до 2036 года. Базовые конституционные характеристики государства от этого пострадать не должны — они защищены развитым парламентаризмом, реальной многопартийностью, политической конкуренцией, эффективной моделью разделения властей и правосудием, заверили в КС.

Москва. 10 марта 2020 г. Президент РФ Владимир Путин выступил на пленарном заседании Госдумы РФФото: Pavel Golovkin/AP/ТАСС

В 1993 году, когда противостояние с Верховным Советом зашло в тупик, Ельцин тоже решил обеспечить свою власть решительными действиями. 21 сентября он издал указ № 1400 «О поэтапной конституционной реформе». Этим указом президент распустил Верховный Совет и Съезд народных депутатов — тогдашний парламент страны. Конституционных полномочий на это у него не было, но это его не остановило. Однако поскольку «конкретно-исторические факторы» тогда были другими, конституционная реформа столкнулась с некоторыми сложностями.

Например, КС, во главе которого тогда стоял тот же Зорькин, признал действия Ельцина неконституционными, и на этом основании президиум Верховного Совета отстранил президента от власти. Конфликт перешел в открытую фазу и сразу вылился на улицы.

«Авторитет Конституционного суда тогда был запредельный, — говорит Сергей Обухов, — даже в период кризиса, в октябре, Конституционный суд играл свою самостоятельную роль. Он был медиатором. Но Ельцин вышел за рамки правового поля. Он перекрыл все каналы информации, Хасбулатов не мог выходить в эфир».

В марте 2020-го КС признал поправки к Конституции, включая «терешковскую», в рекордные сроки. 14 марта документ поступил на рассмотрение суда, а 16 марта решение уже было вынесено.

«Года три назад я встретил Зорькина — говорит его бывший пресс-секретарь, — и он мне грустно сказал: “Я уже другой Зорькин”»

В Москве начались массовые митинги. Сторонники парламента собирались у Белого дома и возводили там баррикады. Людям раздавали оружие. Но руководители силовых структур остались лояльны Ельцину: парламент оцепили войска, ОМОН и милиция. В нескольких местах произошли прямые столкновения демонстрантов с полицией. Некоторые из них вылились в настоящие уличные бои. Защитники Белого дома захватили здание московской мэрии, но при попытке взять под контроль телецентр «Останкино», чтобы выйти в телевизионный эфир, по демонстрантам открыли огонь на поражение.

«Самая большая загадка 1993 года в том, что 4 октября Ельцин дал согласие на предложенный Зорькиным нулевой вариант: согласился на одновременные досрочные президентские выборы и выборы Верховного Совета, — рассказывает Обухов. — После этого наступили чудеса: протестующих на Крымском мосту вдруг пропустили к Белому дому. Произошла деблокада парламента. И [политик, бывший и будущий депутат] Макашов всех позвал на штурм Останкино. Я уверен, что это была провокация. Провокация в том, что кто-то подсказал идти на Останкино. Если бы они просто деблокировали Белый дом и остались там, то нулевой вариант был бы однозначно».

Но в ночь с 3 на 4 октября здание парламента было расстреляно из танков и взято штурмом. Оставшихся в живых защитников и лидеров оппозиции взяли под арест.

Москва. Баррикады на Садовом кольцеФото: Игорь Зотин/ТАСС

Короткая гражданская война на столичных улицах привела к массовым жертвам. По официальным данным Генпрокуратуры, погибли 124 и были ранены 348 человек. Еще 34 человека погибли позже от ранений или из-за избиений и травм при аресте. Но эти данные с первого дня подвергались сомнению.

Виктор Илюхин, расследовавший эти события во главе парламентской комиссии в конце 1990-х, называл другие цифры: 148 погибших внутри Белого дома и 101 снаружи здания. Еще несколько десятков около ТЦ «Останкино». Телеканал CNN, опираясь на свои источники, заявил, что погибло около 500 человек. Участники событий со стороны оппозиции называли и другие цифры — тысяча, 1,2 тысячи, даже 1,5 тысячи человек.

После расстрела Дома Советов оппозиции почти не осталось, но Конституции по-прежнему нужно было обеспечить демократическую легитимность. Для этого ее было решено провести через процедуру «всенародного голосования». Ельцинским ноу-хау воспользовался через 27 лет и его преемник на посту президента Владимир Путин. Свои поправки к Конституции он также решил провести через процедуру всеобщего одобрения.

Всенародное одобрение

Пресс-секретарь президента Дмитрий Песков разъяснил, что о референдуме речь не идет, поскольку предложенные поправки не касаются тех трех глав Конституции, для изменения которых он необходим. «Но президент посчитал необходимым именно свериться с точкой зрения народа. Поэтому он и говорил об этом голосовании», — добавил неопределенности Песков. Власти предпочитают использовать термин «всенародное голосование», хотя ни один закон не описывает, что это такое. Поэтому к его процедуре и результатам неприменимы нормы, обычно используемые при организации голосований и для контроля за подсчетом голосов.

Перед Ельциным 27 лет назад стояли похожие проблемы. Дело в том, что по действовавшему тогда Основному Закону принять новую Конституцию можно было только на всероссийском референдуме, назначить который мог только парламент. Но над ним еще поднимался дым от танковых выстрелов.

Три месяца после октябрьского переворота Ельцин управлял страной указами. Используя появившуюся возможность, он продолжал редактировать текст конституционного проекта. «В материалах Конституционного совещания есть несколько факсимиле Ельцина, — рассказывает Александр Шубин, — его поправки, которые вносились уже в ноябре. Например, в одной из поправок говорилось о праве президента председательствовать на заседаниях правительства». Политик и историк Сергей Станкевич впоследствии утверждал, что одной из таких поздних поправок стало пресловутое слово «подряд» в формулировке об ограничениях количества президентских сроков. Именно его предложил наконец изъять из текста Конституции Путин. Правда, он им уже успел воспользоваться, вернувшись на президентский срок после перерыва в 2008—2012 годах. На будущих выборах его прежние президентские периоды обнулятся, и он вновь сможет выставлять свою кандидатуру.

Президент РФ Борис Ельцин в Тульской дивизии воздушно-десантных войскФото: Юрий Пирогов/PhotoXPress

Но бесконечно управлять страной с помощью указов было нельзя. Поэтому Ельцин издал специальный указ о проведении «всенародного голосования». То ли по иронии судьбы, то ли в силу традиции власть в 2020 году использовала тот же термин, что и в 1993-м.

Дело в том, что, по действовавшему тогда Основному Закону, принять новую Конституцию можно было только на всероссийском референдуме. Он регламентировался специальным законом «О референдуме РСФСР». И назначить такой референдум мог только парламент — Верховный Совет или Съезд народных депутатов. Которые Ельцин только что расстрелял. Приходилось уходить от неловкости с помощью эвфемизмов.

Помимо терминологических инноваций Кремль озаботился изменением процедур и регламентов народного волеизъявления. Согласно закону о референдуме, решение считалось принятым, если за него голосовало более 50 процентов от имеющих право голоса граждан. Но на практике рассчитывать на такую поддержку не приходилось, и администрация Ельцина произвольно изменила эту норму. Было установлено, что для принятия новой Конституции будет достаточно 50 процентов от количества пришедших на избирательные участки. Это позволяло Ельцину представить результат легитимным даже при небольшой явке и демонстративной фронде некоторых регионов (в голосовании не собиралась участвовать Чечня, его критиковали и власти Татарстана).

Одновременно с «всенародным голосованием» были назначены выборы в новый парламент — Государственную думу. Проблема заключалась в том, что такого органа власти в России на тот момент не существовало. Он лишь предполагался проектом новой Конституции, которую — хотя бы теоретически — народ мог отклонить.

Москва. 4 апреля 1993 г. Сдавшиеся мятежники выходят из Белого домаФото: Олег Власов/ТАСС

Важную роль в «конституционном процессе» и в 1993-м, и в 2020-м сыграла верхушка статусной интеллигенции. В обоих случаях она оказалась на стороне власти. В феврале и марте 2020-го известные актеры и певцы, в том числе Сергей Безруков, Владимир Машков и Олег Газманов, записали рекламные ролики. В видео они призывали граждан поддержать предложенные властью (и даже уже принятые) поправки к Конституции во имя любви к русскому языку или уважения к памяти предков, отдавших свои жизни за Родину.

В 1993-м градус противостояния и ставки в политической борьбе были намного выше. Поэтому и призывы «мастеров культуры» звучали более радикально. Например, Лия Ахеджакова прямо призывала Ельцина совершить военный переворот и покарать сторонников парламента. «Говорят, там уже 100 тысяч людей. А где наша армия? Почему она нас не защищает от этой проклятой Конституции?» — эмоционально говорила она в своем известном выступлении на телевидении.

В «Известиях» 5 октября опубликовали письмо 42 литераторов под названием «Писатели требуют от правительства решительных действий». Писатели просили Ельцина приостановить деятельность всех органов советской власти, включая местное самоуправление, запретить все коммунистические партии и вооруженные формирования, а также закрыть немногочисленные СМИ, поддерживавшие Верховный Совет. В 2012 году одна из подписанток этого письма, литературовед Мариэтта Чудакова, заявила, что нынешняя власть ей «осточертела», но на вопрос журналиста о том, не жалеет ли она о своем участии в «Письме сорока двух», без колебаний ответила: «Подписала бы и сегодня».

Раздавались и другие голоса. Левая и оппозиционная «Правда» напечатала открытое обращение трех известных антисоветских диссидентов — Андрея Синявского, Владимира Максимова и Петра Абовина-Егидеса. Они жестко осуждали Ельцина и его действия. Обращение завершалось словами: «Только отставка. Монастырь. Грехи замаливать».

Указом № 1661 от 19 октября Ельцин удовлетворил требования 42-х. Восемь поддерживавших Верховный Совет партий и общественных движений были запрещены. Среди них оказались «Трудовая Россия» Виктора Анпилова, Российская коммунистическая рабочая партия, общественный «Союз офицеров» Станислава Терехова, Фронт национального спасения, который возглавлял Илья Константинов. Газетам, поддерживающим оппозицию, не дали выпускать новые номера.

«Общество, создающее демократические основы гражданской жизни, не может позволить использовать демократические институты, прежде всего выборы, тем, кто уже обагрил свои руки кровью и впредь не собирается отказываться от человеконенавистнических идей», — говорилось в указе президента.

12 декабря 1993 года. Выборы депутатов Совета Федерации, Государственной думы ФС РФ, Московской городской думы и всенародное голосование по проекту Конституции РФФото: Владимир Федоренко/РИА Новости

Несмотря на почти полную монополию Кремля на СМИ и административный ресурс, а также на самую активную агитацию, в голосовании 12 декабря, по данным Центральной избирательной комиссии, приняли участие только 58 миллионов человек, немногим более половины (54,8 процента) избирателей. Из них за принятие нового проекта Конституции проголосовало 58,4 процента.

Перед выборами сторонники Ельцина были полностью уверены в своей победе. Поскольку оппозиция в стране была разгромлена, первое место на выборах в Госдуму должно было достаться недавно созданному прокремлевскому блоку «Выбор России» во главе с Егором Гайдаром. Чтобы отпраздновать его победу, вечером в день выборов организовали телемарафон «Встреча политического Нового года». Пригласили известных актеров, музыкантов, писателей. Передача задумывалась как демонстрация триумфа, но обернулась конфузом.

Первое место заняла ЛДПР Владимира Жириновского. На третьем месте шла единственная допущенная к выборам левая партия — КПРФ во главе с Зюгановым. «Выбор России» получил всего 15,5 процента голосов.

Это вызвало шок у участников марафона. Писатель и литературовед Юрий Карякин поднялся на сцену и выразил свое негодование фразой, ставшей крылатой:

«Россия, одумайся. Ты одурела»

На следующий день передовица «Известий» подвела итог минувшего голосования: «С Конституцией у России все в порядке. С парламентом предвидятся сложности».

«Сложности с парламентом» у ельцинского руководства продолжались до конца 1990-х. Выборы часто приносили победу левой оппозиции, но конституционные полномочия президента позволили справиться с этой проблемой. Главным инструментом Кремля в этой борьбе стала прописанная в 83-й главе конституции администрация президента. «Эта статья съела все остальные, — констатирует Александр Шубин. — Потому что в ней фактически прописан ЦК КПСС, который даже сидит в том же здании на Старой площади. Этот орган своими структурами пронизал все, захватил все полномочия, подмял все статьи Конституции, которые ему не нравятся, и управляет страной».

В послании к Федеральному собранию 15 января 2020 Владимир Путин отметил, что потенциал Конституции 1993 года еще «далеко не исчерпан». И теперь страна следит за тем, как поправки, предложенные президентом и так удачно расширенные Валентиной Терешковой, помогают еще полнее раскрыть этот потенциал.

Президент России Владимир Путин в Ново-Огареве поздравляет православных христиан и всех граждан России, отмечающих ПасхуФото: Алексей Дружинин/пресс-служба президента РФ/ТАСС

«Вопрос легитимности Конституции встает при каждом кризисе, — считает Сергей Обухов. — Это родимое пятно, это изъян, который никуда не делся. Сейчас Путин сам создал предпосылки для политического кризиса — вдобавок к экономическому и социальному. Ему хотелось просто повысить свою легитимность, а в результате запустились деструктивные и неуправляемые процессы».

Мнение авторов может не совпадать с мнением редакции «Таких дел»

В материале используются ссылки на публикации соцсетей Instagram и Facebook, а также упоминаются их названия. Эти веб-ресурсы принадлежат компании Meta Platforms Inc. — она признана в России экстремистской организацией и запрещена.

В материале используются ссылки на публикации соцсетей Instagram и Facebook, а также упоминаются их названия. Эти веб-ресурсы принадлежат компании Meta Platforms Inc. — она признана в России экстремистской организацией и запрещена.

власть закон история Конституция президент