Оригинал материала
В Москве пациентки психосоматического отделения пожаловались на жестокое обращение медперсонала
Несколько девушек, поступивших в Городскую клиничеcкую больницу № 67 имени Л. А. Ворохобова, рассказали «Таким делам» о нарушении прав пациентов в психосоматическом отделении для женщин. Пациентки сообщили о физическом насилии со стороны медицинского персонала и об оскорблениях от врачей. По рассказам собеседниц редакции, их заставляли мыть полы и ухаживать за лежачими, а также крали их вещи.
«Такие дела» направили запрос в департамент здравоохранения Москвы. По информации ведомства, в отделении соблюдаются права пациентов и помощь оказывается в соответствии с законом.
Въезд на территорию Городской клинической больницы № 67 им. Л. А. Ворохобова в МосквеФото: РИА Новости «Я согласилась против своей воли»
У Веры Беляевой биполярное аффективное расстройство (БАР). Девушка наблюдается у психиатра и проходит терапию. Вера подчеркивает, что у нее хорошие специалисты, благодаря которым она успешно справляется с расстройством и находится в устойчивом психологическом состоянии.
«Как-то на меня навалилось очень много дел — и я забыла выпить таблетки, которые надо было принять в течение дня. Я знала, что терапию пропускать нельзя, и решила выпить все положенное за день перед сном. Это, конечно же, глупость, но все мы иногда делаем глупости», — говорит Вера.
Я знала, что терапию пропускать нельзя, и решила выпить все перед сномПосле того как девушка разово приняла дневную норму лекарств, она почувствовала недомогание. Испугавшись, Вера вызвала скорую помощь, ей промыли желудок. Она хотела остаться дома, но врачи начали настаивать на госпитализации — медработники позвонили психиатру, который сказал, что девушку надо забирать. Врачи расценили действия Веры как попытку самоубийства. По словам Веры, она категорически отказывалась, объясняла, что таких намерений у нее не было.
«То, что я не планировала покончить с собой, многократно подтвердил муж, плюс у меня были рецепты на лекарства от БАР. И я выпила всего семь таблеток. Столько не пьют для передозировки. Но психиатр по телефону сказал врачам: “Вы понимаете, что либо вы будете плясать под ее дудку, либо она под вашу?” В итоге меня начали шантажировать, что если я не поеду в обычную больницу сейчас, то через час приедет психиатрическая служба. Мне стало страшно, угрозы сработали, и я согласилась против своей воли», — рассказала Вера.
«Можно вас как недееспособную оформить»
Вечером 7 июня Веру привезли в Городскую клиничеcкую больницу № 67 имени Л. А. Ворохобова (выписки, подтверждающие ее пребывание в больнице, есть в распоряжении редакции. — Прим. ТД). Ее мужа вместе с вещами не пустили в учреждение, отметила она. Девушку положили в реанимацию, после просьбы Веры отпустить ее домой или объяснить, где она, врач сказал ей: «Раздевайся».
«Объяснений нет. Я чувствую себя некомфортно, но раз для осмотра нужно — выполняю. “Трусы тоже”. Объяснений нет. Раздеваюсь, держу белье. Его отбирают, прикрыться не дают, голой провозят по коридорам, как мешок вываливают на койку. Я успеваю только прикрыть рукой оголенные части тела. Ко мне оперативно подходят два санитара и раздвигают мои ноги, рывком двигают к себе, втыкают катетер. Мне было очень больно, я рыдала от унижения», — вспоминает Вера.
Девушка отметила, что за все это время она не подписывала никаких документов о согласии на госпитализацию и каждого, кто заходил в палату, просила сообщить администрации об отказе от лечения. Спустя какое-то время пришел врач и извинился за то, что процедура оформления затянулась. Вера ответила, что в лечении не нуждается. По ее словам, на это врач сказал: «Знаете, можно вас и как недееспособную оформить. Я просто позову сейчас психиатра, он вас осмотрит и решит, что вы не способны контролировать свои решения. И подпись поставят за вас. Так мне звать бригаду?»
Вера сказала, что тогда она попросила дать ей позвонить адвокату, но ей отказали, сославшись на то, что телефоны в реанимации категорически запрещены. «Так меня второй раз шантажом и угрозами заставили подписать разрешение делать с собой что угодно. В ответ добрый доктор великодушно позволил мне писать в судно, сняв катетер, после чего я наконец смогла обернуться лежащей подо мной простыней», — рассказала девушка.
«Это психушка. Не буянь, а то привяжут»
Соседями Веры по палате в реанимационном отделении была женщина, которая каждые пять секунд громко кричала, и мужчина в бреду. По словам Беляевой, он без перерыва разговаривал, снимал с себя памперс, вытаскивал катетер и бросал все на пол. Вера сообщила, что чуть позже в палату привезли человека на грани смерти.
«На следующий день к нему подошли и накрыли его лицо простыней, после чего он пролежал в палате еще три-четыре часа. Но думаю, я была рядом с трупом намного дольше: кто знает, когда он умер», — сообщила Беляева.
Вера надеялась, что в девять утра ее выпишут. Все это время ей не давали вещи — 16 часов она голая просидела на койке, ходить было нельзя. Но выписывать девушку не стали, по словам Веры, ее опять голую посадили на инвалидное кресло и отвезли в таком виде на другой этаж больницы.
«Меня встретила медсестра с розовой ночнушкой в руках и сказала: “Быстро, б**дь, надела ночнушку!” Я попыталась возмутиться, сказала, что мне нужна моя одежда. Вдруг санитар мне шепнул на ухо: “Ты знаешь, что ты в ПСО [психосоматическое отделение]? Знаешь, что это такое? Психушка. Так что не буянь, а то привяжут”. Шантажом и обманом меня заманили в ту самую “психушку”, боязнью которой заставили поехать в больницу», — рассказала девушка.
Отсюда не выбраться
Вера отмечает, что она попала в психосоматическое отделение для женщин, но там она не получала терапию. За четыре дня, которые она там провела, ей лишь один раз дали одну таблетку. Уколы делали «по желанию», последние два дня девушка просила об этом со слезами, потому что боялась ухудшения своего психического расстройства без лечения.
«Если у человека с БАР в таком месте начинается депрессия, грустить и плакать здесь нельзя: санкции будут жесткие. Первое, что я поняла: отсюда не выбраться. Все дееспособные пациентки озабочены только тем, как вернуться на волю. Это единственная тема разговоров, пытались найти хоть какую-то закономерность: “выпускают после сдачи анализов”, “надо пролежать дня четыре”, “надо не ругаться с персоналом”. Это не работает, закономерности нет. Одну совершенно здоровую и тихую девочку продержали две с половиной недели, потому что врач велел взять самую спокойную, чтобы она ухаживала за людьми с инвалидностью», — рассказала Вера.
Этот пост будет совсем не похож на то, о чем я обычно пишу, но молчать не могу. Очень прошу дочитать ее до конца (пост…
Опубликовано Эрикой Байрамовой Понедельник, 15 июня 2020 г.
По словам девушки, врачи и медицинский персонал систематически унижали и оскорбляли пациенток. «Мозгов у тебя нет совершенно, тупая ты, конечно, страшно», — цитирует Вера разговор врача и пациентки. Медсестры применяли физическое насилие: «били наотмашь» бабушек, в том числе лежачих. «И конечно, орут. Цитаты: “Пошли все в палату на**й, по своим, б**дь, койкам, сейчас всех привяжу!” Иначе разговор не велся никогда», — цитирует Беляева.
При этом свои обязанности медперсонал не выполнял, отметила девушка. Пациенткам с серьезными заболеваниями обычно не помогали: кормили и помогали с гигиеническими процедурами их соседки по палате, сказала Вера.
«Мозгов у тебя нет совершенно, тупая ты, конечно, страшно», — разговор врача и пациенткиПомимо этого, дозвониться до родственников, чтобы попросить что-то привезти, было практически невозможно, добавила Беляева. По ее словам, сначала надо было попросить разрешения врача, потом убедить медсестер, что это разрешение есть. Код, который надо было набрать, чтобы позвонить с таксофона на мобильный телефон, им отказывались говорить, пациентки набирали наугад.
При этом посылки были необходимы, подчеркивает Вера. По ее словам, из одежды у нее была лишь розовая ночнушка, медперсонал не выдал ей даже тапочки. Средства гигиены санитарки тоже давать пациенткам не хотели, отметила Беляева. После выписки девушка узнала, что часть вещей из посылок ее мужа украл медперсонал.
Помыть полы за сигарету
Другая пациентка этого отделения — Лиза (имя изменено по просьбе девушки, выписка есть в распоряжении редакции. — Прим. ТД) рассказала, что она попала в отделение после попытки самоубийства. Она подтвердила, что медицинский персонал не помогал людям с инвалидностью, а заставлял это делать других пациентов.
Она рассказала, что с ней лежала девушка с ампутированной ногой, к которой в палату всегда подселяли пациентов без серьезных расстройств психики. Вместо санитаров они ее мыли, приносили ей чай и еду.
«Санитарки ничего не делают, они только орут, ругаются матом и все запрещают. В отделении настолько пахнет мочой, что начинает чесаться кожа. Я провела там 10 дней, и только один раз я смогла сходить в душ. Для этого я с пневмонией помыла полы во всем отделении. Точно так же можно было помыть полы за сигарету», — рассказала девушка.
Лиза отметила, что им постоянно угрожали тем, что привяжут к кровати. Привязывали и тех, кто пытался освободить других пациенток.
По ее словам, одну девушку за 15 тысяч рублей перевели в мужское ПСО-отделение этой же больницы. Она сказала, что там были санитары с противоположным отношением к больным: поили лежачих из трубочки, разрешали выходить на улицу.
О многочисленных нарушениях прав пациентов в психосоматическом отделении для женщин говорит и Вера Каспорянц, которая находилась там одновременно с Беляевой. Девушка назвала рукоприкладство «нормой» для санитарок, которые, по ее словам, могли толкнуть и начать пинать пациенток.
Права пациентов не нарушаются
«Такие дела» направили запрос в московский департамент здравоохранения с просьбой прокомментировать жалобы девушек на сотрудников отделения. В ведомстве ответили, что нарушений в оказании медицинской помощи в учреждении не выявлено, а медперсонал работает в строгом соответствии с законом РФ «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании».
«В отношении всех пациентов учреждения строго соблюдаются все установленные правила и регламенты, права пациентов не нарушаются. Всем пациентам проводится лечение, исходя из поставленного диагноза и назначений, медицинская помощь оказывается в полном объеме. Важно отметить, что при поступлении пациентов по скорой в реанимацию их личные вещи в соответствии с действующим регламентом передаются на хранение и затем выдаются пациенту», — говорится в письме ведомства.
В депздраве также отметили, что в реанимации пациенты действительно размещаются без одежды, для того чтобы она не мешала «при проведении реанимационных мероприятий». Кроме того, в отделениях реанимации и интенсивной терапии не разрешается пользоваться мобильной связью, в том числе для того, чтобы не нарушать покой других пациентов и не мешать персоналу.
Связаться с Городской клинической больницей № 67 редакции не удалось.