Оригинал материала
HoodGraff о мурале на «Ленфильме»
Художники HoodGraff создали мурал на территории нового пространства KINO CORNER — оно откроется на «Ленфильме» 16 августа. В роспись площадью около 200 квадратных метров входят сцены фильмов, снятых на петербургской студии. Там изображены, например, профессор Преображенский, Шерлок Холмс, герои «Соломенной шляпки». Этот мурал — редкий случай, когда работа согласована с городом.
«Бумага» поговорила с продюсером проекта Артемом Буржем о новой росписи, легализации стрит-арта и его развитии в Петербурге и о том, как художники чуть не эмигрировали в США.
«Бумага» — информационный партнер пространства KINO CORNER
О новой росписи в KINO CORNER
С куратором KINO CORNER Никитой Роговым и его командой мы познакомились несколько месяцев назад. Он предложил оформить пространство в стиле стрит-арт, и мы сразу согласились. У нас совпали идеология и взгляд на то, каким должен быть современный образ Петербурга.
Мы решили подготовить все за два месяца. Это хороший пример, каким может и должен быть подход к оформлению пространств.
Изначально эскиз был очень большой, его делал художник Игорь Van Gee. Там очень много персонажей из картин «Золотой коллекции» «Ленфильма». Мы создаем лишь небольшую часть, здесь работают и будут работать многие художники.
Нам — как портретистам в первую очередь — было несложно реализовать это. Мы взяли сцены из «Соломенной шляпки» и «Приключений Шерлока Холмса и доктора Ватсона», изобразили Миронова, Гурченко, Ливанова, Соломина — все они сейчас размещены на фасаде. Шерлок курит трубку.
О легализации стрит-арта
Идея того, что стрит-арт должен быть нелегальным и протестным, — пережитки 90-х. Если единственная ценность арта в том, что он нелегален, это не искусство. Согласование работы означает, что она признана на городском уровне, что мы можем немного надломить эту систему — и в городе наконец присмотрятся к художникам, которых в Петербурге огромное количество.
Я не считаю, что легальность стрит-арта делает его плохим или делает его не стрит-артом. Думаю, что и вандализм у нас останется, и нелегальные работы. Но для художников, которые не могут позволить себе оплату штрафов, или для тех, у кого нет времени на месяцы согласования, — для них должны быть площадки, где они смогут спокойно работать.
В последнее время у нас происходит отток художников за рубеж и в Москву. Мы сами, честно говоря, планировали уехать в Штаты в этом году, но из-за пандемии остались. И нам снова пророчат большое лобби [закона о легализации стрит-арта] в администрации и КГА.
Город мне небезразличен, поэтому пока мы здесь, будем пытаться доводить эту историю до конца. Я рад, что вижу рост культуры стрит-арта: считаю, что это признак развития культуры в городе в целом.
О развитии стрит-арта в Петербурге
Появляются новые персонажи. Особенно это заметно в последний год. Раньше я ни на кого особо внимания не обращал, но попытался собрать всех в одном месте, чтобы понять, насколько сообщество в Петербурге готово к объединению, готово найти какую-то общую цель. Та попытка провалилась: тогда немногие считали, что стрит-арт должен быть легальным. А сейчас я вижу гораздо больше осознанных художников, которые проявляют себя и хотят поменять эту ситуацию.
[Из современных стрит-арт-художников] я уважаю LU BLUE, Van Gee, «Явь». Меня удивляет, что среди новых имен появляется много девушек, потому что стрит-арт дело нелегкое — в дождь лазать по стремянкам. И я думаю, что еще больше художников в городе активизируется, когда они поймут, что им дают площадки для реализации.
Стала меняться и реакция на работы. Мне кажется, мы выбрали достаточно понятную форму: монохромный портретизм. И сейчас местные жители, когда видят художника, который только начал рисовать, не бегут к телефону, чтобы вызвать полицию. Они скорее подойдут и узнают, что он хочет сделать, какой у него посыл. Мне кажется, что общество готово к прорыву в этой сфере.
О последних работах и уничтожении стрит-арта
Работа «Засиделись» посвящалась конкретному человеку — главному архитектору города Владимиру Григорьеву. Он живет неактуальной картиной мира. Отрицать существование такого вида современного искусства [как стрит-арт], по-моему, глупо.
В целом уничтожать работы, которые вызвали резонанс, на мой взгляд, неправильно. Если только у них нет привязки к контексту, ко времени: мы сами на следующий день уничтожили Зинаиду Тракторенко. Она была нарисована после того, как город закрасил прапорщика Задова и развесил там агитматериалы на тему предстоящих выборов. Это была сатира на тему выборов — и она потеряла свою актуальность на следующий день после них. Если работа неактуальна, то ее надо закрашивать. По другим критериям, мне кажется, оценивать невозможно.
Еще можно закрашивать, если работа в месте с хорошей проходимостью: неправильно отдавать его одной работе и одному художнику. В таких случаях можно обновлять работу каждый месяц — в Барселоне, например, такое практикуется.
Вообще, политический подтекст есть во многих наших работах, и мы планируем и дальше рисовать на те темы, которые нас интересуют. Если нас касается политика, то мы одной ногой ступим туда.
Подробнее о кластере KINO CORNER читайте здесь. «Бумага» также публиковала интервью с Артемем Буржем о знакомстве со Снуп Доггом и заказе на портрет Путина. Другие новости про стрит-арт ищите в этой рубрике.