Оригинал материала
Мщение Ахилла
Рассказ Дениса Драгунского
— С карточки или наличными? — спросил Сидоров.
— Наличными, естественно, — ответил Муравьев. — Дураков нет.
— Рублями или как?
— Или как! — засмеялся Муравьев. — Я же, кажется, сказал: дураков нет.
— Ага. Тогда такую сумму только завтра.
— Да хоть послезавтра, — Муравьев равнодушно зевнул или сделал вид, что ему все равно.
— А успеем?
Муравьев посмотрел в окно, не желая продолжать разговор.
В окне был виден кусок вечерней улицы. На стену дома напротив наводили лазерную рекламу: «Победа Путина — победа России! Прими верное решение!» На дворе был мокрый теплый февраль 2030 года.
Сидоров явился через три дня.
— Вот, — он похлопал себя по животу.
— Сгружай, — кивнул Муравьев, подставив пластиковый мешок под задранный свитер Сидорова.
— Ложись, — сказал Муравьев
Он помог Сидорову устроиться на жесткой металлической кушетке. Кушетка была двуспальная, он лег рядом. Они пристегнулись. Потом над ними опустилась крышка. Капсула машины времени задраивалась автоматически. Зашипел воздух. Стало прохладно.
— Денег не жалко? — вдруг спросил Муравьев. — А то пока не поздно…
— Нет, что вы! — ответил Сидоров. — Я серьезный клиент.
— Можно на «ты», — сказал Муравьев. — Сегодня хорошая программа. Битва под стенами Трои. Мщение Ахилла. Ахилл убивает Гектора за то, что тот убил его друга Патрокла. Но тебе это не так важно знать. Ты будешь типа вместо Ахилла, понял? Засандалишь дротиком Гектору в шею. Я покажу, что да как. Поехали.
Машина загудела, и все потемнело вокруг.
— А если он меня? — встревожился Сидоров.
— Я буду рядом, — сказал Муравьев.
Было солнце, было жарко, было дико неудобно, особенно из-за этих медных панцирей. Сидоров каждое утро делал пробежку десять километров, и ходил в бассейн, и вообще был крепкий и выносливый — но три круга вокруг этой маленькой каменной крепости вымотали его вконец.
Он уже пожалел, что ввязался. Тем более что мужик, которого ему предстояло убить, был страшно здоровый, но, главное, симпатичный! Даже жалко. Но он так размахивал своим мечом, что Сидоров из последних сил отбивался тяжелым разукрашенным щитом. Было бы на нем поменьше всяких фигур, легче было бы, честное слово.
«И вообще, — вдруг почти раскаялся Сидоров, — что за кайф убивать живого человека?»
Но этот Гектор так на него набрасывался, что выхода не было, и он изо всех сил саданул ему в шею коротким дротиком и неожиданно для самого себя вдруг вскричал:
— Гектор, Патрокла убил ты — и думал живым остаться?
— Отлично. А теперь назад! — услышал он через гарнитуру голос Муравьева. — Быстро! А то сейчас остальные набегут.
Сидоров шагнул назад, на магнитную дорожку. Тут вправду набежали какие-то мужики и стали совершенно по-свински, как последняя гопота, колоть убитого мечами и дротиками и оборачиваться на Сидорова, как бы ища его одобрения. Казалось, они ждут от него какой-то речи. Каких-то громких и возвышенных слов. Он даже закашлялся от волнения, но все же сказал:
— Други, герои ахейцы, бесстрашные слуги Арея! Мужа сего победить, наконец, даровали мне боги!
— Давай назад, живее, — закричал сзади Муравьев. — Машина ждет!
Но Сидоров взбесился, вытащил из ножен меч, набросился на этих мужиков просто как дикий зверь и изрубил троих. Остальные убежали. Он метнул им вслед запасной дротик. Кажется, в кого-то попал. Муравьев схватил Сидорова за руку и втащил в капсулу машины времени.
— На хрена ты вот это вот все? — спросил Муравьев, когда все защелкнулось, потемнело и понеслось вперед. — Ты, козлина, рассказ Рэя Брэдбери читал? Про бабочку?
— Читал.
— Ты что, нарочно, сука? Что ж теперь будет?
— Нарочно не нарочно, а деваться некуда, — ответил Сидоров. — Считай, что нарочно. Остобрыдло все, понимаешь?
— Тишина! — скомандовал Муравьев. — Выходим из зоны.
На дворе был мокрый теплый февраль 2030 года. В окне был виден кусок вечерней улицы. На стене дома напротив мигала лазерная реклама:
«Побѣда Путина — побѣда Россіи! Прими вѣрное рѣшеніе!»
— Значит, Брэдбери все наврал? — спросил Сидоров. — Кроме орфографии?
— Да, мелковато вышло, — вздохнул Муравьев.