Заемщик шестой категории: как Александр Лукашенко получил от Владимира Путина $1,5 млрд

На четырехчасовой встрече в Сочи Владимир Путин сказал Александру Лукашенко три главных слова: «кредит на полтора миллиарда», после чего Кремлю пришлось заверять журналистов, что эти деньги не повторят судьбу одолженных Виктору Януковичу в декабре 2013 года $3 млрд, которых Россия так до сих пор и не увидела. Что в ответ пообещал Путину Лукашенко, мы не знаем — встреча проходила за закрытыми дверями, но Кремль должен спешить воспользоваться слабостью Лукашенко, чтобы додавить его до нужных России решений об «интеграции» между Россией и Белоруссией.

Встреча Путина и Лукашенко прошла так, как и должна была пройти. Путин поздравлял Лукашенко с победой на выборах и хвалил его за планы «конституционной реформы». Лукашенко, заняв в кресле позу, напоминающую о переговорах сербского премьера Александра Вучича с Дональдом Трампом, благостно рассуждал о том, что «друг познается в беде».

Ключевым моментом стало заявление Путина о том, что Россия выдаст Белоруссии кредит на $1,5 млрд. По совпадению, почти ровно столько ($1,4 млрд) правительству Александра Лукашенко пришлось потратить в августе на поддержание курса стремительно падающей национальной валюты — это 15% золотовалютных резервов Белоруссии. Но и это позволило лишь ограничить ослабление белорусского рубля к доллару 8,4%.

Заявление Путина о кредите прозвучало как настоящее дежавю. В очень похожих условиях Россия за счет денег ФНБ в декабре 2013 года купила евробонды Украины на $3 млрд, чтобы поддержать президента Виктора Януковича — с той разницей, что на тот момент его режим казался куда более устойчивым, чем режим Александра Лукашенко сейчас. Эти деньги Россия предсказуемо обратно не получила — после свержения Януковича новые украинские власти заявили, что кредит был взят по принуждению, и отказались платить. Россия подала иск в британский суд. Шансов на победу у Украины мало, но слушания, которые дошли до Верховного суда Великобритании, продолжаются уже пятый год. В июле представитель суда говорил, что решения стоит ждать не раньше сентября 2020 года.

Претендент на пост президента Белоруссии Светлана Тихановская решила опередить события и заранее намекнуть, что в случае победы оппозиции долги возвращать не будет. «Надеюсь, что Путин понимает, что именно Лукашенко, а не наш народ, должен будет отдавать этот кредит <...> Агонию Лукашенко это может продлить, но победы народа предотвратить не сможет», — написала она в своем телеграм-канале.

На вопрос об аналогиях с украинским кредитом пришлось отвечать и пресс-секретарю Владимира Путина Дмитрию Пескову — в стиле «Вы не понимаете, это совсем другое!». «Это абсолютно неверная в корне постановка вопроса <...>. Кредит предоставляется не президенту Лукашенко, он предоставляется Белоруссии, нашему большому союзнику, братской нам стране», — цитирует Пескова РИА «Новости».

Особенно обидно должно быть российскому Минфину — меньше месяца назад он подготовил проект правил предоставления двусторонних кредитов иностранным государствам, призванный ограничить выдачу безнадежных займов. Согласно этим правилам, Белоруссия не смогла бы получить госкредит сразу по двум критериям — Минфин предлагал не выдавать займы странам, которые ОЭСР относит к категориям риска 6 и ниже (у Белоруссии — категория 6), и странам, находящимся в состоянии социально-политических кризисов. Правда, проект оставлял возможность в виде исключения предоставлять госкредиты в индивидуальном порядке «с учетом стратегического характера политических отношений Российской Федерации с государством-заемщиком» — по этому критерию Белоруссия наверняка бы прошла.

Что Александр Лукашенко за четыре часа переговоров пообещал Владимиру Путину — пока неизвестно. В последние несколько лет главными требованиями Москвы к Минску было создание базы российских ВВС (сейчас на территории Белоруссии нет российских военных баз — только узел связи ВМФ и радиолокационная станция под Барановичами), а также признание российского суверенитета над Крымом и независимости Абхазии и Южной Осетии.

В 2019 году Россия резко форсировала переговоры об объединении двух стран, которые с 1999 года связаны договором о Союзном государстве, за исключением открытых границ существующим только на бумаге. Весной 2019 года Лукашенко, по данным «Коммерсанта», обещал Путину «начать интеграцию» на условиях отзыва агрессивно настаивавшего на ней посла Михаила Бабича. Бабич был отозван, но дальше слов дело не пошло. В декабре 2019 года Лукашенко провел безуспешные переговоры с Владимиром Путиным, после этого Россия начала против Белоруссии очередную энергетическую войну, а российская угроза стала основой предвыборной кампании Лукашенко, заявлявшего, что Путин предлагал ему «обменять нефть на независимость».

Что мне с этого?

$1,5 млрд — не такая большая сумма для российского бюджета. Но думать, что эти деньги окупятся даже в тех категориях, в которых мыслят в Кремле, было бы наивно. За 25 лет сотрудничества с Александром Лукашенко Россия потратила на его поддержку $120 млрд, подсчитали «Открытые медиа», — а взамен не получила даже признания независимости Абхазии. А вот обратить против себя граждан одной из последних дружественных стран на постсоветском пространстве — куда более реальная задача, и в ее решении мы уже на полпути.