Кафе и барам в Петербурге запретят работать после 23:00

Вице-губернатор Петербурга Евгений Елин объявил, что с 26 октября бары и рестораны должны закрываться в 23:00. Запрет ввели на фоне растущей заболеваемости коронавирусом — в городе фиксируют рекордное число случаев.

«Бумага» собрала мнения экспертов о том, как новая ограничительная мера скажется на работе баров и ресторанов.

Фото на обложке: Александр Коряков / «Коммерсантъ»

Александр Романенко

представитель Bakunin Group

— Я считаю, что это имитация меры, а не мера, поскольку опять пытаются запретить места, где люди все-таки стараются соблюдать какие-то нормы. При этом общественный транспорт, супермаркеты, где давка, не закрывают.

Проблема [для баров] в том, что 50 % выручки приходит после 22:00. На мой взгляд, это даже хуже, чем закрытие, потому что когда тебя закрыли, ты можешь договориться с собственником помещения, получить какие-то льготы. А здесь тебя вроде официально не закрывают, нужно платить всем по полной, но половины денег тебя лишают.

Ограничение повлияет на заведения, у которых в выручке больше доля алкоголя. Это не только бары, но и рестораны, где по ночам пьют дорогие вина.

Вообще, смущает риторика [вице-губернатора] Елина. Он сказал: «придется им смириться» (речь идет об интервью Елина «Фонтанке» — прим. «Бумаги»). Это что, такой диалог власти с бизнесом? Никто не говорит «мы постараемся поддержать пострадавший малый бизнес» или «мы понимаем, что это удар, но мы вам поможем». Нам говорят: теперь вы закрываетесь в 11, придется вам смириться.

Настроение паническим я бы не назвал, но достаточно большое число общепитовцев заявляет о желании выйти из бизнеса навсегда. Есть сильная проблема, связанная с персоналом, потому что именно он получил наибольший стресс от ограничений.

Анна Лапченко

руководитель отдела торговой недвижимости Knight Frank St Petersburg

— Предполагаю, что практически никто не будет нарушать новые правила. Введенные при первой волне меры показали, что большинство заведений достаточно дисциплинированно исполняли предписания, хотя и испытывали большие сложности, удерживая персонал и выплачивая арендную ставку; нарушения были минимальны. Особенно это касается крупных сетей.

Безусловно, [ограничения] скажутся на выручке предприятий общепита, и за этим могут последовать обращения к собственникам помещений о снижении стоимости аренды.

Алена Мельникова

гастроэксперт, управляющий партнер ресторанов The Repa и бистро «Яйцо и булочка»

— Думаю, что это всего лишь начало. То, что происходит в мире, как бы намекает, что этим всё не ограничится. Другой вопрос: удивляет то, что работает общественный транспорт, театры. Если в Мариинском все в масках и сидят через кресло, то, к примеру, на концерте в филармонии все хоть и были в масках, но сидели как обычно. Еще я убеждена, что Петербург — город «ковид-диссидентов»: маски надевают по принуждению в общественных местах. Осознанность у нас не очень.

Мне понравилась история в Москве с QR-кодами, которые позволяют вычислять заболевших и тех, кто с ними контактировал, еще бы тесты были бесплатными. Но, к сожалению, всё это полумеры, наверное, только азиаты с их жесткими карантинами показывают сейчас позитивную динамику.

[Новое ограничение] повлияет на бары, клубы, рестораны, которые заточены на ночное потребление: это примерно 30 % рынка. В целом в Англии комендантский час, по-моему, с 22:00. Причина такая: выпивая, мы перестаем контролировать себя (маски, социальная дистанция), а соответственно, представляем угрозу распространения вируса.

Никита Михайлов

управляющий кафе-бара «Фартук»

— Не думаю, что эти меры дадут какой-то контрэпидемический эффект, а вот очередной негативный экономический — наверняка. Не ясно, каким образом ограничение продолжительности работы ресторанов позволит пресечь распространение инфекции. Чем вечернее время отличается от любого иного?

Что касается влияния на рынок, то ресторанный сегмент пострадает не так сильно, как барный и клубный, у которых основная выручка формируется после 23 часов.

Разумеется, мы будем соблюдать все предписания властей. Хотя энтузизма, разумеется, ни мы, ни другие рестораторы не испытываем.

Светлана Гузь

управляющий партнер Бюро юридических стратегий LEGAL to BUSINESS и соосновательница Ассоциации собственников и арендаторов стрит-ритейла

— Ограничение в наибольшей степени коснется работы баров, а также других заведений общепита, расположенных в центральных районах города, так как именно эти заведения популярны среди туристов и жителей города ночью.

Однако нельзя сказать, что спальные или курортные районы Петербурга не пострадают, поскольку запрет на ведение деятельности после 23:00 ставит крест на политике лояльности (принцип работы до последнего клиента). Конкурентное преимущество при этом получат заведения при отелях, так как там есть рум-сервис.

Подобная мера необоснованно ограничивает возможность свободно осуществлять предпринимательскую деятельность.Также запрет не соответствует [своим] целям: едва ли это позволит снизить риск распространения коронавируса.

Профессиональному бизнес-сообществу рестораторов необходимо уже сегодня, на стадии обсуждения возможных нововведений, занять максимально активную позицию, вступить в диалог с властью. Только в этом случае рестораторы смогут достичь компромиссного для них решения.

Павел Штейнлухт

сооснователь «Бекицера», «Бабагануш», «Шенгена» и других заведений (цитата по «РБК»)

— Я очень расстроен, потому что для многих заведений запрет работать после 23 часов — это равноценно закрытию. У множества ресторанов и баров основная работа начинается в восемь-девять; и закрыться в одиннадцать, особенно в выходные, значит лишить предприятия основного дохода, на который они сейчас выживают и пытаются выбраться из той ямы, в которую их вогнал локдаун весной и летом.

Анна Коварская

ресторанный журналист

— Я отношусь к новым ограничениям хорошо, потому что они вынужденные и это пока цветочки, которые в будущем могут превратиться в более серьезные меры. Тут важно то, что сейчас сами рестораторы предлагают властям принять компромиссные меры — они очень не хотят, чтобы их закрыли во второй раз. Президент профессионального ресторанного альянса Дмитрий Левицкий, например, стал инициатором идеи ввести чек-ины (регистрация по номеру телефона для дальнейшего оповещения о контакте с зараженным COVID-19 — прим. «Бумаги») и, насколько я знаю, многие из профсообщества идею поддерживают.

В какой-то мере ограничения в Петербурге половинчатые, но лучше так, чем закрыть. Многие думают, что открыть заведение после закрытия — это как повернуть выключатель и включить свет, но это совсем не так. Некоторые рестораны второго такого закрытия не выдержат.

Понятно, что запрет больше ударит по барам, ведь большинство людей после 23:00 не едят, а в основном пьют, гуляют. Кухни большинства кафе и ресторанов и так работают до одиннадцати вечера. Думаю, это в том числе мера против масштабных молодежных тусовок и прочих рейвов. Если этого станет меньше, какая-то часть людей действительно не заболеет. Если получится закончить этими ограничениями, считаю, будет прекрасно. А барам придется немножко потерпеть.

Евгений Хитьков

ресторатор, идеолог «ОПГ Добрых дел», представитель Союза развития культуры питания и сохранения исторического наследия «Улица Рубинштейна»

— Вице-губернатор ошибается, что люди после 23:00 только танцуют и обнимаются. В обычных ресторанах никто не танцует после 23:00, но люди активно заказывают еду и напитки и просто сидят и общаются. Популярные рестораны в пятницу и субботу до двух ночи активно принимают гостей, и никто в них не пляшет.

Никто специально не считал, но несложно понять, что доля танцевальных форматов в общей структуре общепита ничтожна. Получается, что ради контроля 2–3 % предприятий сейчас снова скинут в пропасть всю отрасль. Такие решения нельзя принимать без консультаций с конкретной отраслью бизнеса, так как представители власти могут понимать и разбираться в отдельных отраслях бизнеса, но не во всех.

Считаем решение правительства Петербурга по ограничению работы ресторанов и баров с 23:00 до 06:00 губительным, поскольку в пятницу и субботу делается половина всей выручки ресторана за неделю, а в пятницу и субботу после 23:00 делается 50 % выручки этих дней. Итого наши потери оборота составят 25 % в месяц. Рентабельность нашего бизнеса 15–20 % от оборота. То есть при такой мере мы уходим в минус.

У петербургского бизнеса начали отзывать разрешения на работу за нарушение масочного режима. Ранее об этом предупреждал Александр Беглов. «Бумага» подробно писала об усилении мер против коронавируса в общественном транспорте и торговых центрах.