Оригинал материала
Президент американских горок. Ректор РЭШ Рубен Ениколопов о плюсах и минусах экономической политики Трампа
При Трампе ВВП рос быстрее, чем при Обаме. Биржевые индексы достигали рекордных значений. Бедных и безработных становилось меньше. Тем не менее у экономической политики Трампа есть серьезные изъяны, которые могут сказаться в будущем. И дело даже не в ответе государства на пандемию. В очередном материале нашего спецпроекта «Кого выберет Америка» эти изъяны назвал ректор Российской экономической школы (РЭШ) Рубен Ениколопов.
Президент США Дональд Трамп вызывает очень полярные оценки у его сторонников и противников. Противоречивость оценок его достижений особенно ярко заметна, если мы попытаемся оценить экономические итоги его первого (и, вполне вероятно, последнего) президентского срока.
В этой оценке, безусловно, важно разделять все то, что происходило до начала кризиса, связанного с COVID-19, и то, что произошло во время него. Вплоть до начала 2020 года по таким объективным экономическим показателям, как рост ВВП, уровень безработицы, рыночные индексы, реальные зарплаты и уровень бедности, президентство Трампа было одним из самых успешных за последние полвека, и обсуждать можно было только то, насколько велик был вклад собственно самого главы Белого дома в эти успехи. Тем временем с момента начала коронакризиса американская экономика по тем же самым индикаторам показывает худшие цифры за тот же полувековой период. И, опять же, вопрос состоит лишь в том, в какой степени сам Трамп несет ответственность за такой экономический провал.
В первые три года президентства Трампа ВВП США рос со средней скоростью в 2,5% в год, на 0,2 процентного пункта выше, чем в период президентства Барака Обамы. Индексы Dow Jones и S&P 500 в начале 2020 года достигли рекордных значений. Благодаря созданию 6,4 млн дополнительных рабочих мест безработица упала до 3,5% — самого низкого уровня за последние 50 лет. Скорость роста реальных зарплат достигла 2,1%. Уровень бедности опустился до исторически низкого значения в 10,5%.
Все эти успехи были в одночасье перечеркнуты эпидемией коронавируса. США стали страной с наибольшим количеством заразившихся и погибших от коронавируса. Падение ВВП за второй квартал 2020 года составило 9,5% ВВП — худший показатель за всю историю наблюдений с конца XIX века. Уровень безработицы в апреле достиг 14,7% — рекорд со времен Великой депрессии. Хотя на данный момент она сократилась до 7,9%, это маскирует тот факт, что отчасти снижение произошло из-за того, что значительная часть американцев покинула рынок труда, то есть прекратила даже пытаться найти себе работу. Падение рыночных индексов в конце марта достигало более 30%, хотя благодаря прежде всего росту акций технологических компаний на данный момент это снижение уже практически полностью отыграно. Реальные зарплаты сокращаются начиная с мая. Достоверных данных по уровню бедности за этот год еще нет, но ожидается его заметное увеличение.
Более контрастную картину представить сложно. Но, чтобы отделить эффекты внешних шоков и лучше понять, насколько сам Дональд Трамп несет ответственность как за успехи экономики в первые три года своего нахождения у власти, так и за провал в последний год, необходимо смотреть на то, какую именно политику проводил американский президент и какие значимые реформы он инициировал. Среди наиболее важных из них были проведенные в первые годы на посту главы Белого дома реформа системы налогообложения, значительное дерегулирование экономики, существенное увеличение государственных расходов, изменения во внешнеторговой и иммиграционной политике.
В налоговой сфере Трамп реализовал в 2017 году реформу, существенно снизившую налоговую нагрузку на экономику. Были заметно уменьшены корпоративные налоги, несколько снижен подоходный налог на граждан, упрощена и расширена система налоговых вычетов, увеличены пороги по имуществу, на которые платится налог на наследство.
Еще одним значительным изменением стало дерегулирование экономики. Практически сразу после своего прихода к власти Трамп выпустил указ, который предписывал на каждое решение об ужесточении регулирования принимать два решения о снижении регуляторной нагрузки. В реальности это соотношение оказалось еще выше, что привело к существенному снижению уровня регулирования, особенно в сфере финансов и энергетики. Во многом именно благодаря снятию регуляторных ограничений, связанных с защитой экологии, США смогли выйти на рекордно высокие уровни добычи нефти и обошли по этому показателю Саудовскую Аравию и Россию.
Снижение налогов и дерегулирование должно было стимулировать увеличение инвестиций и, как следствие, рост экономики. По расчетам команды Трампа, снижение налогов должно было окупить себя уже через несколько лет. На практике же доля инвестиций в ВВП выросла лишь незначительно и не достигла даже пиковых значений периода президентства Барака Обамы, не говоря уже о значительно более высоких уровнях до кризиса 2008 года. В результате налоговые доходы заметно сократились. При этом расходы государственного бюджета только увеличились — даже если отбросить экстраординарные расходы во время текущего кризиса, объем государственных расходов вырос почти на 1% ВВП. В результате, по оценкам МВФ, дефицит американского бюджета увеличился с 4,4% до 6,3% ВВП.
В целом все вышеуказанные меры можно охарактеризовать как предоставление бюджетных экономических стимулов, позволивших поддержать экономический рост на приемлемом уровне в ситуации, когда в остальных развитых странах он заметно снизился. Экономисты расходятся в оценках того, сводился ли эффект от этих мер к краткосрочному стимулированию, которое сошло бы на нет без дополнительных бюджетных вливаний, или же они способствовали структурным изменениям, которые позволили бы поддержать экономический рост в долгосрочной перспективе. Большинство экспертов сходятся в том, что скорость роста могла бы быть еще выше, если бы не негативные эффекты от протекционистской политики в области международной торговли и иммиграции высококвалифицированных сотрудников.
Агрессивная политика США в отношении не только Китая, но и практически всех своих зарубежных торговых партнеров, а также открытый саботаж работы ВТО привели не только к тому, что американские производители пострадали от ответных мер, но и к общему сокращению мировой торговли, отразившемуся и на Соединенных Штатах в том числе. Показатель неопределенности экономической политики — один из важнейших факторов, оказывающих влияние на экономический рост, — достиг исторических максимумов в середине 2019 года именно из-за опасений полномасштабной торговой войны с Китаем (прежде чем пробить и этот потолок в апреле 2020 года). По оценкам МВФ, подобная война может стоить мировому ВВП падения на 1%, то есть больше $800 млрд. При этом заявленных целей восстановления производства в США достичь не удалось, а повышение цен на импортные товары из-за увеличения тарифов привело к росту общего уровня цен на 0,5%, что эквивалентно снижению среднего располагаемого дохода американцев на $1,3 тысячи.
К важным негативным последствиям для экономики может привести и ограничение на иммиграцию, особенно высококвалифицированных специалистов, приезжавших в США по визе H-1B. Исследования о влиянии общего уровня иммиграции на экономический рост не дают однозначного ответа. Но в том, что касается притока высококвалифицированных специалистов, в частности именно по программе H-1B, имеются достаточно убедительные свидетельства того, что она имеет положительный эффект на развитие тех городов, которые привлекают большее количество таких иммигрантов. Так что вводимые Трампом ограничения на выдачу этого типа виз рискуют привести к значимому сокращению экономического роста в будущем.
Но все негативные последствия торговой и иммиграционной политики меркнут по сравнению с экономическим шоком, вызванным коронавирусом. Этот кризис коснулся всех стран мира, так что обвинять Дональда Трампа в том, что он не уберег США от его последствий, было бы глупо. Однако масштаб кризиса и то, насколько адекватными были меры по сдерживанию распространения болезни, а также экономические меры, направленные на поддержку экономики, — предмет горячих дебатов. И хотя в полной мере оценивать их последствия еще рано, все имеющиеся свидетельства указывают на то, что Трамп несет ответственность за, как минимум, очень высокий уровень распространения вируса в стране. Непоследовательные и противоречивые заявления о важности вводимых ограничений, характерное для популистов пренебрежение мнением экспертов, постоянная политизация этой проблемы — все это зачастую превращало борьбу с вирусом в политическое шоу на грани фарса. В такой ситуации сложно ожидать, что граждане будут следить за соблюдением необходимых мер предосторожности, что не преминуло отразиться на количестве зараженных.
С точки зрения экономических эффектов тот факт, что падение экономики США было одним из самых больших в мире, скорее отражает структуру американской экономики, в которой относительно более важную роль играет сфера услуг, наиболее пострадавшая от кризиса. Одно только сокращение медицинских услуг, не связанных с коронавирусом, привело к падению ВВП более чем на 2%. Беспрецедентный объем государственной помощи, выделенный американским правительством, в какой-то мере скомпенсировал удар по благосостоянию американцев. Но эффективность конкретных механизмов еще предстоит оценить. Так, уже возникают вопросы относительно эффективности программы раздачи денег напрямую подавляющему большинству взрослых граждан США. По имеющимся данным, из всего объема выделенной помощи в среднем было потрачено лишь 40%, а остальное пошло на выплату имеющихся долгов и увеличение сбережений. Получатели помощи, конечно же, от этого выиграли, но вот стимулирующий эффект на экономику оказался гораздо ниже ожиданий. Тем не менее сам по себе размер оказанной помощи является одним из факторов того, почему, по последним прогнозам МВФ, падение экономики США окажется существенно меньше, чем в других развитых экономиках.
В целом итоги работы Дональда Трампа на посту главы Белого дома выглядят весьма и весьма противоречиво.
Часть мер (такие как снижение регулирования и упрощение налоговой системы), скорее всего, способствовали долгосрочному росту экономики.
Увеличение госрасходов и резкое снижение налогов имело стимулирующий, но, скорее всего, лишь краткосрочный эффект, который уже полностью перекрыт коронакризисным шоком, лишь усиленным непоследовательной политикой Трампа по сдерживанию распространения болезни. Ограничение иммиграции и развязывание торговых войн могут иметь важные долгосрочные негативные последствия как для США, так и для всего мира.
Но основным негативным эффектом политики Трампа можно считать заметное снижение доверия ко всем государственным институтам. Ведь без доверия практически невозможно построить нормально функционирующую современную экономику, где частный бизнес и государство в гораздо большей степени поддерживают друг друга, чем конкурируют между собой. И вот эта проблема может причинить действительно важный урон будущему развитию американской экономики.
Узнайте больше
Другие вышедшие материалы спецпроекта «Кого выберет Америка»: