«Бок о бок» пройдет в Петербурге в 13-й раз — и почти каждый год его пытаются сорвать

ЛГБТ-кинофестиваль «Бок о бок» пройдет в Петербурге с 12 по 19 ноября. В программе — 34 фильма, среди которых призеры и номинанты Берлинале и кинофестиваля Торонто. Из-за пандемии число зрителей ограничено, но картины можно посмотреть онлайн.

«Бок о бок» организуют уже больше 12 лет — и почти каждый год показы пытаются сорвать с помощью анонимных звонков о минировании и жалоб на «гей-пропаганду». В этом году за три дня до фестиваля организаторов вызвали в полицию из-за жалобы депутата Милонова.

«Бумага» поговорила с основательницами «Бок о бок» Мэнни де Гуэр и Гулей Султановой. Они рассказали, как появился ЛГБТ-кинофестиваль, как на него повлиял закон о «гей-пропаганде» и почему пришлось закрыть проект в регионах.

Как появился фестиваль «Бок о бок» и какие проблемы возникли с первым мероприятием

Мэнни де Гуэр: Первый «Бок о бок» проходил в 2008-м — уже почти 13 лет назад. Фестиваль длился четыре дня и получил большой резонанс и внимание. Предпринимались разные попытки его сорвать — например, во время подготовки [было] давление на площадку. У нас было соглашение с кинотеатром «Пик», но из-за угроз они отказались от нас. Потом мы получили возможность провести фестиваль в The Place и баре «Сочи», но за день до начала там была проверка МЧС, которая якобы выявила разные нарушения пожарной безопасности.

Уже тогда нам было понятно, что наша задача — сложная, но мы были готовы. В конце концов удалось найти маленькую площадку, более андеграундный вариант (название места не разглашалось — прим. «Бумаги»). Информацию зрителям мы передали через сарафанное радио. Каждый день на фестивале был полный зал — приходило от 60 до 100 людей. Это был знак, что «Бок о бок» нужен зрителям.

Следующий фестиваль стал более открытым, мы собрали до 2 тысяч зрителей. До 2011 года «Бок о бок» быстро развивался, мы проводили его в обычных больших кинотеатрах. Но потом, к сожалению, началась вся эта гомофобная кампания (летом 2013-го приняли закон о запрете «гей-пропаганды» среди детей — прим. «Бумаги»), что создало для нас много проблем. Как фестиваль, мы сразу начали чувствовать волну агрессии к нам и ЛГБТ.

В чем миссия фестиваля и как меняется отношение к ЛГБТ к России

Гуля Султанова: Мы продолжаем создавать открытое культурное пространство для общения, публичного проговаривания проблем, привлечения внимания к вопросам гомофобии и трансфобии и диалога с широким обществом.

Нам важно как можно более широко работать со СМИ и регионами, где ситуация значительно хуже, чем в Петербурге и Москве. Есть пространства, из которых нас пытаются вытеснить, но мы за них боремся. Их всё меньше, люди переходят в сетевой режим, режим закрытых вечеринок, но любое общение и поддержка важны.

МГ: Фестивали всегда проходят со сложностями, но зрители и ЛГБТ-сообщество очень активны. Каждый год всё больше и больше людей, которые открыто нас поддерживают. Сейчас невозможно не видеть ЛГБТ-сообщество, не замечать их права. Это самое большое изменение за последние годы и одно из достижений нашего фестиваля и других организаций, который работают по всей России.

Как на фестиваль повлиял закон о «гей-пропаганде»

ГС: Этот закон декларируется как защита несовершеннолетних, но всё происходит наоборот: он вредит подросткам. Они не могут получить достоверную информацию, участвовать в ЛГБТ-мероприятиях.

Этот закон создает огромные трудности для тех, кто работает с подростками — учителей, психологов и даже родителей, если они принимают детей, их идентичность и пытаются им помочь. Всё это может быть интерпретировано как распространение информации о нетрадиционных сексуальных отношениях, что, конечно, полный абсурд. Именно подростки оказываются в изоляции — психологической, моральной и информационной.

На нашу работу это тоже влияет. Гомофобы используют закон [о «гей-пропаганде»], чтобы нам навредить. Например, подсылают к нам несовершеннолетних, чтобы поймать нас на нарушении. Закон используется и как политическое давление на людей разных профессий, ученых, учителей, имеющих другую политическую позицию. На них заводят дела из-за того, что они поддерживают ЛГБТ-сообщество.

Закон становится поводом для каких-то надуманных проверок, через которые мы регулярно проходим и до фестиваля, и во время него. Наши противники инструментализируют его для цензуры, чтобы заткнуть рот всем, кто устраивает публичные выступления на ЛГБТ-тему.

Кто и зачем почти каждый год пытается сорвать «Бок о бок»

МГ: Конечно, действия гомофобов создают нам большие сложности, но мы всегда к этому психологически готовы. Очень мешают ложные минирования — нам приходится эвакуировать аудиторию, потом ждать по два часа, пока идет проверка, всё это портит наше мероприятие. При этом полиция не помогает: никто из этих людей не получил реальный срок. Это ярко показывает, что здесь нет правового государства.

Постоянно поступают угрозы, в том числе физические. При этом нам важно, что мы на фестивале создаем для ЛГБТ-сообщества безопасное пространство. Мы максимально работаем с полицией, когда можем, с уполномоченным по правам человека в Петербурге и всеми людьми, которые могут нам помочь. Эти выступления гомофобной группы очень давят на нас. Но если вы посмотрите ролики с фестивалей, то увидите, что на «Бок о бок» радостная атмосфера и много людей. Мы преодолеваем все трудности и показываем, что мы здесь, что мы боремся за пространство, на которое имеем право.

ГС: В этом году всё типично — очередные жалобы и проверки со стороны полиции и прокуратуры. Всё это безосновательно, и сами люди, которые нас проверяют, понимают, кто это пишет, но по долгу службы вынуждены отрабатывать. Это создает сложности, но мы понимаем, что сейчас такой период развития движения, что без этого никак.

Кто ходит на фестиваль «Бок о бок» и почему среди зрителей становится всё больше пожилых людей

ГС: К нам приходят ЛГБТ-люди и не только. Мы проводим анкетирование аудитории и процентов 20–25 % — это люди не из сообщества. Это для нас важно и ценно, потому что мы позиционируем себя как фестиваль для всех. В центре — тема ЛГБТ и квир-сообщество, но мы рады абсолютно всем, кто приходит без агрессивных намерений. Мы готовы дискутировать и общаться, обсуждать другие темы — но в мирном и уважительном формате.

Наша самая активная аудитория — это молодежь в возрасте от 20 до 35 лет. Это поколение, которое не знает, что такое статья о преследовании гомосексуалов — ее отменили в 1993-м (до этого в СССР и России существовало уголовное наказание за «мужеложство» — прим. «Бумаги»). После этого изменилось и общественное мнение, и сами люди почувствовали себя свободнее. Когда у тебя нет ощущения, что ты преступник, конечно, жить легче.

К нам приходят петербуржцы и старшего поколения, чем мы очень гордимся. Для нас это всегда победа, потому что, исходя из своего опыта, люди боятся.

Одна из тем фестиваля этого года — люди старшего возраста. Мы покажем несколько фильмов о них, поговорим в том числе о положении старших ЛГБТ внутри сообщества (дискуссию проведет шеф-редактор «Бумаги» и ведущая подкаста «Молодость всё» Александра Шаргородская — прим. «Бумаги»). Чувствуют ли они, что движение — для них, как они себя ощущают в нем, учитывает ли оно их потребности.

Чем отличаются фестивали в Петербурге и Москве и почему пришлось закрыть проект в регионах

МГ: Сейчас фестиваль проходит только в Петербурге и Москве. В 2010-м он проходил в других регионах России — Кемерове, Архангельске, Новосибирске. Но, к сожалению, из-за гомофобных настроений мы не смогли продолжить там работать, это очень сложно.

Сейчас любой кинопоказ находится под контролем государства. Раньше мы имели право отдать нашу программу в регионы, и маленькие инициативные группы организовывали показы. В этом году у нас есть онлайн, и я надеюсь, что люди из разных городов посмотрят наши фильмы.

Что касается Москвы, там фестиваль получается немного другим. Петербург — это наш город, а там мы только раз в год. Но «Бок о бок» в Москве тоже очень радостный, приходит много людей. Правда, в 2019-м было достаточно сложно: каждый день гомофобные группы и националистические активисты пытались помешать фестивалю. Были ложные минирования, протесты НОДа.

ГС: Но это так сильно сплотило людей, что даже площадка, где проходил фестиваль (киноклуб «Фитиль» — прим. «Бумаги»), начала к нам относиться с большим уважением. Они сами предложили на своей крыше поднять радужный флаг. В конце этого сложнейшего фестиваля нам удалось поднять флаг на открытом воздухе в центре Москвы, и «Бок о бок» завершился на радостной ноте.

Как на «Бок о бок» появился клуб для родителей ЛГБТ-детей и что приезд Кончиты Вурст рассказал о российском обществе

ГС: На «Бок о бок» для меня значимыми были вещи, изменившие ход жизни. Например, на третьем кинофестивале родился проект «Родительский клуб» — собрание родителей, которые воспитывают ЛГБТ-детей (читайте интервью с психологом клуба — прим. «Бумаги»). Многие родители хоть и принимают своих детей, но сами подвержены гомофобным установкам и страдают. Этот клуб создает пространство для общения на равных, взаимопонимания, помощи. Например, моя мама ходила в него какое-то время, и можно сказать, что ее отпустило. Она с самого начала приняла меня, но внутри себя очень переживала.

Еще проходили очень сильные ивенты. Например, когда к нам приезжала Кончита Вурст — были полные залы, абсолютно радостная атмосфера (читайте интервью с Кончитой Вурст — прим. «Бумаги»). Российские СМИ положительно писали про этот приезд — хотя, казалось бы, Кончита Вурст. На самом деле всей этой агрессии к ЛГБТ, которую нам предъявляет господин Милонов, нет в обществе. Конечно, есть националистические агрессивные группы, но они агрессивны ко всем. Общество не так враждебно, как нам рисуют. Приезд Кончиты Вурст показал, что всё нормально. Кому интересно — придет, кому нет — нет. Не надо устраивать никакие минирования, не нужно ни на кого нападать.

МГ: Фестиваль для меня — это сложно, он отнимает много энергии. Но однажды, когда я шла по улице, ко мне подбежала молодая женщина, остановила меня и поблагодарила за то, что я сделала «Бок о бок». Она сказала, что это очень важное мероприятие для нее, она каждый год следит за ним и недавно совершила каминг-аут перед родителям. В такие моменты я понимаю, что наше дело — великое и помогает людям. Это очень приятно слышать.

Как на «Бок о бок» отбирают фильмы и что стоит посмотреть в этом году

МГ: Это обычная процедура, как и на других фестивалях. Есть открытый конкурс, дистрибьюторы, режиссеры, которые отправляют фильмы. Я также мониторю, что показывают на других фестивалях, какие картины выигрывают призы.

В этом году мы в том числе говорим о пожилых людях. Показываем фильмы «Ты и я» и «Поцелуй в сумерках». Это новая тема, которую режиссеры сейчас начинают обсуждать, и она очень актуальна для России, а эти два фильма идеальны для включения в программу. Я всегда стараюсь выбрать кино, которое имело бы резонанс для российской аудитории.

Еще одна важная тема — каминг-аут, взросление. На фестивале покажут два таких фильма — «Кокон» и «Одна на миллион». Фильмы на трансгендерную тему: «Маленькая девочка» и «Морской конек», который мы показывали в прошлом году. Это тоже актуально для России.

Нам важно, чтобы каждый фильм давал новый ракурс, новые ощущения, новый взгляд на старые темы. Всегда надо через программу дать людям возможность обдумать ЛГБТ-темы. Я хочу, чтобы человек каждый год ходил на «Бок о бок» и каждый раз получал новую информацию, новое настроение и новый взгляд. Люди ждут нашу программу, потому что понимают, что мы показываем им отличные, качественные фильмы.

ЛГБТ-фестиваль «Бок о бок» пройдет с 12 по 19 ноября в особняке «Пальма». Часть программы можно будет посмотреть онлайн. Билеты на онлайн-программу можно купить здесь, на офлайн-показы — на месте, за полчаса до сеанса.

Ранее «Бумага» поговорила с психологом клуба Наталией Савенко о том, как родители гомосексуалов реагируют на каминг-аут детей, в какие мифы об ЛГБТ они верят и как на принятие влияют религиозность и традиции.